Глава 27
Глава 27
Три дня пролетели быстро. Наступил день свадьбы Ривы и Вериса.
Как оказалось, чтобы стать мужем и женой, невесте с женихом достаточно зайти в ближайший храм и принести клятвы перед ликом Всевидящего. Священник подтверждает честные намерения пары, после чего брак считается предварительно заключённым. Родственники и сами новобрачные танцуют, пьют, едят – эта часть, как и в её мире. Только размах поменьше. А завершение обряда происходит в брачную ночь.
Наутро смущённая Рива и донельзя довольный Верис появились на пороге усадьбы, держась за руки. Запястья обоих украшала яркая брачная вязь.
Кора прослезилась и бросилась обнимать дочь, а Римус, крякнув, с чувством похлопал зятя по плечу.
Брак состоялся – поняла Соня и вспомнила, что у неё на запястье тоже есть вязь, только не такая заметная. Это потому что между Сонией и Арманом не было чувств? Или потому что в этом браке их трое? А может быть, причина заключается в её не совсем местном происхождении? Женился-то герцог на графине де Вилье, а сейчас от той графини тут только оболочка...
Вопросы, вопросы. Когда уже появятся ответы?
Молодые сразу поселились в старом домике смотрителя, а гончара разместили в комнатке за кухней. Кроме него, в усадьбе появились ещё одна служанка – молодая женщина из Медных Родников. Вместе с Лотой на новое место жительства перебрались две козы, корова-первотёлка с телёнком и полтора десятка разномастных кур. Только живность осела в сарайчике за домом смотрителя, а Лоту поселили в главном доме, в бывшей комнате Ривы.
Население усадьбы росло на глазах и обещало ещё увеличиться, так как Лота оказалась беременна. Собственно, именно поэтому она и была вынуждена уйти из деревни: молодую женщину, которая вернулась из города с приплодом, но безмужней, односельчане во главе с родной матерью девушки поедом ели.
Нет, Софья не страдала альтруизмом. Но случайно услышав разговор Коры и Ривы на кухне, она заинтересовалась, расспросила слуг подробнее. И решила, что лишние руки им не помешают, тем более что она и сама уже подумывала обзавестись какой-никакой живностью. Не дело за десятком яиц ездить в деревню, когда у них тут полно свободного места – заводи хоть сотню кур и молочное стадо! Да и Коре помощница не помешает – едоков-то прибавилось.
Кроме ухода за живностью, Лота взяла на себя уборку в доме, полностью освободив от этого и Кору, и Риву. Правда, новой служанке приходилось всё делать руками, потому что магии в ней ни на каплю не было, но молодая женщина относилась к этому спокойно.
Подумаешь, не маг. Не всем дано. А руками пусть и дольше, зато привычнее.
День за днём она обходила усадьбу и планомерно и тщательно вычищала комнату за комнатой. Пусть здесь не было большой грязи, ведь Рива и Кора тоже сложа руки не сидели, но освежить помещения не мешало. Освежить не магией, а мылом и водой, чистящими порошками и разложенными по углам ароматными травами.
И пока Рива обустраивала семейное гнёздышко и обслуживала хозяйку, Кора готовила на всех, Римус рубил и возил дрова, а Лота наводила лоск в усадьбе, Софья с Ником ломали головы над изготовлением труб для водопровода и канализации.
– Миледи, я сегодня ходил к оврагу у реки, посмотрел материал. На первый взгляд, глина хорошая. Принёс немного, размял, пересыпал в старый таз и залил водой. После отмучивания скажу точно, нужны ли добавки к глиняному тесту, и какие.
– Отмучивания... тесто... Мы будем мешать глину с мукой? – переспросила герцогиня.
– Нет, что вы! Мука нам ещё понадобится, но позже, для обвара. А отмучивание – это очищение материала водой. Заливаем, потом перемешиваем, отстоится, сливаем воду и осторожно вычерпываем глину, не трогая самый нижний слой. Там осядут песок и камешки, – объяснил Ник. – Глина становится эластичной, не липнет к рукам, как хорошее тесто. Вот из неё я и попробую вылепить эти самые трубы. А пока глина отстаивается, мы с Верисом изготовим гончарный круг и печь для обжига. Только, миледи, пачкотня будет, не в усадьбе же этим заниматься. Я смотрел, самое подходящее место для печи за конюшней. А в крайнем стойле поставим гончарный круг, если вы позволите. Можно и на улице, но тогда я не смогу работать во время дождя, да и сушить готовые изделия надо под крышей. Всё равно конюшня пока пустует, а там и колодец неподалёку, и к оврагу выход есть. Да и не придётся таскать грязь в усадьбу.
– Конечно, занимайте, – разрешила Софья. – А ты уже придумал, как будешь делать трубу?
– Рисунки я посмотрел, но уж больно длинная вещь нужна. Такую целиком сделать не получится. Но выход есть: слепить несколько как бы высоких кувшинов или ваз, только ровных и без дна, – произнёс гончар.
– Цилиндров, – подсказала Софья. – Но мне нужна герметичность. Как их потом соединить в одно целое?
– Цилин... Ага. Когда они высохнут, обжечь, затем в обвар, для него понадобится, как я говорил, ржаная или овсяная мука. А следом можно будет скрепить куски между собой при помощи всё той же глины. И высушить-обжечь-обварить потом места стыков. А можно, – парень замолчал, выжидающе глядя на хозяйку.
– Продолжай, – поощрила она его.
– Я подумал, а что если взять длинную ровную лесину и обернуть её в глиняное тесто? Обмять, обкатать и высушить. А когда высохнет, приподнять один конец, чтобы была тяга, обложить углём и поджечь и его, и лесину, что в глине. Постепенно она выгорит, заодно обожжет изделие изнутри и оставит его полым.
– Средневековый хот-дог, – задумчиво пробормотала Соня.
– Миледи?
– Хорошая идея, говорю. Надо будет попробовать. Занимай конюшню, стройте с Верисом печь, мастерите гончарный круг. Глину на себе таскать не нужно, возьмёте повозку и за ходку-две привезёте сколько нужно. Высыпайте в сторонке и работайте, пробуйте, – решила герцогиня. – Вериса я заберу через день-другой, надо выложить яму камнем, и добавила уже для себя: – А я пока подумаю, как провести в дом и мастерскую воду...
Воду в усадьбе брали из колодца.
Такой себе деревенский натюрморт – бревенчатый четырёхугольники рядом с ним высокий ворот с противовесом из стопки связанных вместе камней. Руками за ворот тянешь вниз, пока ведро не погрузится в воду и не наполнится, а потом просто отпускаешь. Ведро поднимается, перехватываешь его и переливаешь добытую жидкость в другую посудину.
Соня как-то наблюдала за процессом, впечатлилась. Ведь эту воду потом нужно донести до кухни или купальни! А потом в обратном порядке – отнести подальше от дома использованную.
В прошлой жизни ей приходилось много читать – но, увы! – в голове не отложились инженерные расчёты и схемы. Впрочем, она их никогда внимательно и не рассматривала. Но знание, что в её мире до изобретения электричества люди как-то выходили из положения, осталось. Кажется, в Китае воду умудрялись поднимать на расположенные выше уровня реки поля. Неужели она, дитя двадцать первого века, не сможет придумать нечто подобное?
Молодая женщина исчеркала несколько листов бумаги, прежде чем нашла более-менее приемлемый вариант.
Водяное колесо им в помощь!
Осталось выяснить, возможно ли его установить, какого диаметра и хватит ли одного колеса или придётся делать каскад.
Софья в сопровождении Римуса прогулялась к реке, осмотрела берег. К счастью, усадьба располагалась в низине, хоть в этом повезло – можно будет обойтись одним агрегатом.
В одном месте русло перекрывал большой камень, из-за чего скорость течения увеличивалась. И хоть это сужение находилось не прямо напротив усадьбы, а чуть левее, Соня решила, что колесо лучше всего ставить именно здесь.
Римус выслушал беспокойную госпожу, по обыкновению, почесал в затылке.
– Толково придумано, миледи! Должно получиться, только вот желоба у нас быстро засорятся листьями и всяким мусором. Расстояние невелико, можно ходить и раз в день чистить, но лучше желоба сразу сделать крытыми.
– Да, мусор – это проблема, – задумалась герцогиня. – Зимы тут морозные? Река встаёт?
– Нет, зима здесь мягкая, не то что в горах. Бывают холодные дни, но недолго. Да и течение хорошее, но мусор...
– Трубы, – уверенно произнесла Софья. – Значит, и сюда нужны трубы! Но для керамических, то есть из глины, надо будет опоры прочнее, чем для деревянных желобов.
– Посмотрим, что за трубы, пока Никеша ещё ничего не слепил, чтобы оценить, годятся ли, – уклончиво ответил Римус. – Что нужно из дерева, я сделаю, и парни помогут. Древесины полно, хватит и на опоры, и на желоба, и на ковши. Но, миледи, вы уверены, что колесо должно быть такое большое?
– Именно такое, нужен перепад высоты, чтобы вода дальше самотёком шла. Сначала сделайте небольшой вариант, макет. Испытаем, может быть, придётся что-нибудь доработать или изменить, – предложила герцогиня.
И работа закипела.
Макет колеса переделывали три раза, прежде чем он исправно стал крутиться, зачерпывая воду и выливая её в верхней части.
Рук не хватало, поэтому с позволения герцогини Римус нанял в Родниках четверых мужиков, двое из которых помогали ему сооружать невиданное колесо, а двое других устанавливали в тридцати метрах от усадьбы диковинный резервуар на массивной платформе.
– Водонапорная башня, – коротко объяснила Софья.
И заметив, что никто не понял, достала новый лист и быстро нарисовала схематическое изображение резервуара и ответвлений от него.
– Смотрите, это как бы бочка, только побольше. В верхнюю часть выливается вода от колеса, и чуть ниже есть водоотвод, чтобы спускалась лишняя. Подсоединим желоб, по нему отведём ненужную воду в прудик. Кстати, надо выкопать за скотным двором небольшой котлован, укрепить берега, и можно будет завести уток и гусей. От пруда, в нижней его части, проложим канаву до огорода. Чтобы её не размывало, укрепим её камнем – будет неиссякаемый источник воды для полива, и таскать издалека не надо. А что не используется, то стечёт в самый низ и польёт луговину. Трава сочнее вырастет, мы её на сено для коровы и коз. Понятно объясняю?
Римус и Верис молча кивнули.
– А в самом низу резервуара, то есть бочки, ещё одно отверстие. К нему присоединим трубу, по которой вода под напором пойдёт в дом. Надо рассчитать высоту, чтобы хорошей струёй шло, а не цедилось по капле. И заглушки придумать. Нужна вода, открыл вентиль – набрал, сколько требуется. Потом вентиль закрыл, и всё, не течёт. А лишняя...
– В пруд, – заворожённо пробормотал Верис.
– Да, именно! Сделаем?
И они приступили.
Соня в спальню приползала только спать, а есть не забывала лишь потому, что Кора неустанно за этим следила, порой вылавливая неугомонную госпожу то в глинистом овраге, то у речки.
– Миледи, ну нельзя же так! С утра маковой росинки во рту не было! Вы и так худенькая, что скажет его светлость, когда приедет? Скажет, что мы вас голодом заморили! А у нас продуктов девать некуда, всё свежее! Тем более, теперь свои молоко, масло, яйца. Ешь – не хочу. А вы часами где-то пропадаете!
Больше всего в причитаниях служанки царапало упоминание герцога.
Время шло, Умар исправно раз в неделю появлялся с припасами и книгами, а Арман о жене и не вспоминал.
За заботами Софья забывала об этом, но иногда по вечерам, лёжа в постели, или вот так, когда напомнит кто-то из слуг, перед глазами вставала та ночь... И притягательный облик супруга.
Но скоро ей добавилось переживаний, и образ его светлости отправился в долгий ящик – однажды утром, когда прошло полтора месяца, как она поселилась в «Двух тополях», Рива была особенно нерасторопна. Вообще, Соня не могла пожаловаться на свою горничную, но сегодня мыслями та была явно где-то в другом месте. И когда герцогине пришлось в третий раз повторить просьбу, она не выдержала.
– Рива, ты здорова? Ты меня совершенно не слышишь...
Молодая женщина смущённо улыбнулась и залилась румянцем.
– Простите, миледи, я сейчас всё сделаю.
– Рива?! Что случилось, ты сегодня сама не своя.
– У нас будет малыш! – выпалила служанка и засияла, не в силах сдержать радость.
– О, как здорово! – восхитилась Софья, а про себя подумала, что в усадьбе уже двое беременных, пора подыскивать лекаря. Да такого, чтоб согласился переехать и постоянно тут жить. Выделить ему или ей флигель. В нём достаточно комнат, чтобы устроить и жилые помещения, и смотровую с отдельным входом. А если пристроить ещё комнату, то её можно пустить под лазарет. Мало ли, серьёзно заболеет кто или поранится. Роды, опять же – Лота, теперь и Рива... В Гладов не наездишься, если придавит, а ближе только ветхая травница в Родниках.