Глава 4

Мужчина нависал, давил энергетикой, габаритами, пышущим  яростью взглядом.

Соня сглотнула и машинально облизала губы.

Глаза милорда опасно потемнели.

– Не молчите, же-е-ена-а-а, не испытывайте моё терпение!

Вот и что сказать? Пристал, как…И вообще!

Софья попыталась встать, чтобы освободиться от тесного контакта, но герцог не позволил.

– Сидите на месте… же-е-ена-а-а. Не вынуждайте меня применять силу.  И отвечайте – кто из моих слуг продался? Кто принёс ягоды фликсы? Где достали, ведь сейчас не сезон? Думали, что самая умная? Думали, я не распознаю? Откуда вы про них знаете, кто научил?  Говорите!

Последнее слово муж буквально бросил ей в лицо.

И неожиданно Соня успокоилась. То ли самосохранение отключилось напрочь, то ли сознание включило режим«мне всё по барабану, хуже уже не будет», но девушка почувствовала, что эти пляски злого бабуина и демонстрация самцового доминирования больше на неё не действуют.

Устала бояться.

И как в омут с головой:

– Нет, муж мой, этовымне объясните, кто это ввашемзамке посмел подсунутьвашей женеопасные ягоды? Неужели  вы уже здесь не хозяин, раз за  спиной слуги или придворные творят, что хотят? Кто-то вознамерился убить молодую супругу, а вы  вместо того чтобы перетрясти весь замок и всех гостей, – последнее она произнесла с жирным намёком, – вместо  того чтобы по горячим следам искать исполнителя, накинулись на чудом спасшуюся жертву!  Начинаю сомневаться, что я добровольно в то окно прыгнула.  Может быть, мне кто-то помог, а?

– Какую жертву, что вы мелете?! – милорд несколько опешил от реакции герцогини. –Когда я покинул спальню, то  вы оставались там в одиночестве. Это же была наша брачная ночь, миледи! А ягоды фликса не ядовитые!

– Почему тогда вы требуете ответа именно от меня?  Я всю неделю пролежала в комнате без сознания и очнулась буквально день назад! Когда бы я успела что-то там подготовить?  Расспросите слуг, кухарку. Того, кто утверждал меню, наконец!

Герцог отстранился, выпрямился и смерил супругу внимательным взглядом.

– А говорили, что ничего не помните!

– Знаете, дорогой супруг, достаточно просто подумать, чтобы сообразить – я ничего не могла организовать. Скажите, вы привезли меня в свой дом впервые или я бывала здесь раньше?

– Да, мы приехали сюда сразу из храма, после церемонии бракосочетания. Незамужняя девушка не может входить в жилище холостяка. Я берёг вашу честь, миледи… Хотя, как оказалось, беречь давно было нечего.

– Вот! Я попала в чужой дом, вы не отходили от меня ни на шаг. Правильно? А уже ночью я выпала из окна. Так? – Соня решила проигнорировать упрёк.

– Так. Не хотите покаяться? Кто он? Назовите мне имя вашего любовника! –герцог снова вернулся к больной для себя теме.

– Как я могу покаяться в том, о чём ничего не помню? Отложим до лучших времён, а сейчас лучше поговорим о ягодах. После того как я выпала из окна, я всю неделю не приходила в сознание. Верно?

– Да.

– Ну и когда бы я смогла организовать подмену плодов на ягоды? Ищите исполнителя среди своих домочадцев и слуг. Найдёте его – узнаете имя заказчика.

Софья помолчала, отметив, что супруг выглядит уже не так воинственно. Ага, включил соображалку? Понял, что не на того набросился? Кстати…

– Объясните, милорд, что с этими ягодами не так? Из-за чего столько шума и обвинений, если они не ядовитые?

– Это сильное противозачаточное средство, – буркнул мужчина. – Если съесть много, то можно спровоцировать выкидыш. Я подумал, раз вы… То могли испугаться, что ваш проступок принёс… плоды. И решили таким образом… избавиться от последствий.

– Оу, – Соня нахмурилась. – Теперь буду знать, что это за фрукт. Но почему тогда вы не приказали их убрать со стола? Плошка уже стояла, когда мы пришли. Причём почти под вашим носом!

Мужчина поморщился.

– Миледи, откуда вы набрались таких слов? Видимо, ваша голова на самом деле сильно пострадала. Ягоды фликса внешне ничем не отличаются от плодов лайна. Их  можно различить по листьям,  если ягоды сорваны гроздью: у фликсы они резные, а у лайна – округлые, но в плошке лежали только ягоды.  Второе отличие – если  ягоду  разломить или раскусить, она постепенно начинает выделять специфический аромат. Поэтому я понял, что моя жена ест отнюдь не лайн, только на третьей или четвёртой штуке.

– Понятно, – Соня прикрыла глаза и потёрла переносицу.

Как же она устала! От событий, упрёков, угроз…

– А что не так с той птичкой, которую мы разделили на двоих?

– С бентаркой? Но… Вы что, правда, ничего не помните?

– К сожалению…

– Её мясо ценят только мужчины. Для женщин оно слишком пряное и волокнистое. Леди предпочитают более мягкое и белое мясо. И уж точно  ни одна не выберет бентарку, когда на столе полно других кушаний. Но все знают, что у беременных появляется извращённый вкус, они могут даже огурцы с мёдом есть. И некоторые леди в интересном положении просят именно бентарку.  А после родов снова на дух её  не переносят.  Вот я и подумал… А когда вы принялись горстями есть фликсу, то сомнений у меня не осталось.

– Ничего не знала про свойства ягод, а если знала, то прочно забыла, – произнесла она спустя пару минут молчания. –Что до птички – простоя была очень голодна и не наелась парой ложек, которые были у меня в чашке. После болезней и травм, знаете ли, организм требует  белок!

– Что? Белок?! – вытаращил глаза герцог. – Их мясо несъедобно, миледи!

– Белок, – повторила Соня, еле сдержавшись, чтобы не закатить глаза. – Иными словами – мясо, творог, сыр, молоко.

– Творог вам дали!

– Да. Две ложки, – подтвердила Софья. – Я не наелась, а птичка так вкусно пахла, что устоять было невозможно.

Мужчина растерянно сморгнул, переваривая полученную информацию.

– Кстати, леди Адель сказала, что лично приказала приготовить для меня творог. Думаю, она лучше всех знает, как и кто перепутал десерт. Расспросите её.

– Леди Адель ни при чём!  Да она…– герцог снова ощетинился – ни дать ни взять – боевой петух: перья распушил, гребень набекрень, шпоры прищёлкивают….Того и гляди закукарекает.

– Ваша любовница. Я знаю, – спокойно отреагировала Софья. – И могу вас заверить, что не имею ничего против. Хотела только напомнить, что раз именно она занимается выбором блюд и на правах хозяйки следит за кухней и домашней прислугой, то вопрос относительно ягод уместнее задавать ей, а не мне.

Герцог заметно растерялся, и, видимо, чтобы справиться с шоком, отошёл от кресла  к противоположной стене.  Повернулся к сидящей Софье, сложил руки на груди и хмыкнул.

– Вы не смеете оскорблять леди Адель! С чего вы взяли, что она моя любовница? Она моя невестка! Вдова младшего, безвременно погибшего брата! И да, до моей женитьбы она выполняла роль хозяйки, но я планировал передать вам все полномочия  сразу после брачной ночи. Но после того, как я узнал, что вы лгунья…

– Дорогой супруг, – развеселилась Соня, – неужели статус вдовы может служить препятствием для роли постельной грелки? Ноне волнуйтесь вы так. Повторяю, я не имею ничего против. Даже наоборот.

– Падение сильно вас изменило, Сония, – задумчиво произнёс милорд. – Вы  легко говорите о  таких вещах, о которых леди даже думать непозволительно… Неужели  вам на самом деле всё равно, есть у меня фаворитка или нет?

– Не всё равно. – Герцог ухмыльнулся, но Соня закончила предложение, и с мужчины буквально стекло довольное выражение. – Я рада, что у вас есть с кем коротать ночи.  Значит, вы не станете требовать с меня супружеский долг. Это меня полностью устраивает.

– Почему? Я вам не нравлюсь?

– Честно? Нравитесь. Чисто полюбоваться со стороны. Но трогать или… бе-е-е! Не люблю пользоваться общественным. Вы вот меня упрекаете, что  потеряла невинность, хотя мне ещё не представили никаких этому доказательств, кроме голословных обвинений. Но сами-то в брачную постель разве легли девственником?

– Миледи, вы забываетесь! Я – мужчина!  Вы же не сберегли себя для супруга, а ведь честь – это главное сокровище девушки!

– Всегда думала, что главное сокровище девушки – это ум, а не кусочек плоти, – пробормотала себе под нос Софья.

– Любая другая на вашем месте супругу ноги бы целовала, вымаливая прощение.  Ведь я не изгнал вас из своего дома, не опозорил перед всем светом, хотя был в своём праве. Я прикрыл ваш грех, но вы держите себя так, слово это не я сделал вам одолжение,  а вы снизошли… Да мне до сих пор неприятно к вам прикасаться, зная, что до меня вы уже с кем-то были!

– Не поверите, милорд, но мне тоже противны ваши прикосновения! Сколько лет до свадьбы вы не блюли целибат и сколько женщин прошло за  эти годы через вашу постель?  Дай бог здоровья леди Адель!

Супруг стоял, вытаращив глаза и хватая ртом воздух. Глаза снова опасно потемнели, кулаки сжались, на скулах катались желваки, а на шее, грозясь прорвать кожу, билась синяя жилка.

Вот это довела мужика!!! Что сейчас бу-у-удет…

Соня непроизвольно втянула голову в плечи.

И…

Распахнулась дверь,  в кабинет влетел лекарь.  Позади него в  дверном проёме  застыли физиономии  двоих слуг.

– Вот антидот! Нашёл в запасе настойку! Сейчас я дам миледи выпить и всё будет хорошо. А эти, – кивок головы в сторону коридора, – бережно отнесут миледи в лечебную комнату.

– Нет, – отмер герцог, – я сам отнесу супругу. И не в лечебницу, а в  её собственные  покои.  Берите ваши лекарства, продолжите на месте.

После чего  ловко извлёк Соню из кресла и прошептал ей на ухо.

– Мы не договорили, же-е-ена-а-а! Продолжим позже! Но я тебя услышал…

Соня не возражала – ни против транспортировки на руках супруга, ни против продолжения  разговора.

Дискуссии им обоим на пользу – с герцога немного спесь собьётся, да и треуголку ему, наполеону средневековому, поправить не мешает. А для неё каждое общение – источник информации. Но лучше вернуться к беседе попозже. Когда-нибудь потом, как только у неё будет подходящее для этого настроение, а «муж-объелся-груш», груши эти, то бишь её ответы, переварит.

Только вот его светлость с её мнением до сих пор и не думал считаться. Приспичит ему «не попозже, а прямо сейчас», и ей не останется выбора.

Своей отповедью она его озадачила, вон, шагает весь сосредоточенный,  хмурится. Наверняка так с ним ещё никто не разговаривал. Ничего,  иногда встряска полезна.

Пикировка её взбодрила.  А новый способ  перемещения по замку  подарил капельку уверенности. Если бы она совсем-совсем не нравилась милорду, стал бы он таскать её на руках?

Через минуту Соня разочарованно вздохнула – новые покои оказались совсем близко от кабинета.

Всё ещё безымянный супруг пинком открыл дверь, едва не прихлопнув  створкой нерасторопную служанку, и зашёл внутрь.  Софья только и успела заметить, что комнат как-то многовато – милорд пронёс её через одни двери, потом через другие и, перешагнув через третий порог,  сгрузил жену на кровать.

Трёхкомнатные апартаменты! Все как в сказках и книжках?!

Соня с интересом рассматривала обстановку. М-да, нельзя сказать, чтобы она была в восторге: фиолетовый и жёлтый… Нет, так-то цвета неплохо сочетаются, но каждый день созерцать подобное – увольте. Тем более в спальне!

На кровати можно было играть в прятки – размеры вполне позволяли. В ногах необъятного ложа что-то вроде небольшой кушетки… диванчика без спинок…

А, вспомнила: оттоманка?

У одной из стен большое зеркало и перед ним низкий  резной столик с вычурными ножками.  Рядом пуфик. С другой стороны кровати расположено кресло и ещё один стол, повыше и покороче.

На полу – Соня вытянула шею, рассматривая пушистый ковёр –пылесборник в  фиолетово-жёлтых оттенках.

На окне тяжёлые шторы, поверх кровати балдахин… Цвета тех и других отдельно упоминать бессмысленно – ясен пень, то же самое.

– Нравится? –насмешливый тон знакомого голоса вернул в действительность.

Всё это время герцог вёл себя так незаметно, словно бы даже дыша шёпотом... Иона совсем забыла, что в комнате не одна!

– Мрачновато, – ответила Соня, и супруг выгнул одну бровь.

– Мрачновато?! Но это мои родовые цвета –драгоценное золото и благородный фиолет!  Носить такие и украшать ими своё жильё могут только члены моей семьи!

Оу, похоже, его светлость оскорбился, что она не оценила… Но откуда бы ей знать? Сам же спросил, а ей не очень. Надо было соврать?

И как это он умудрился вздёрнуть только одну бровь?

Соня попыталась повторить, но без зеркала понять, получилось ли, не вышло.  Девушка решила, что попробует ещё раз попозже, подняла глаза и наткнулась на озадаченный взгляд супруга.

– У вас что-то болит? Голова?

– Н-н-нет, – и до неё дошло: это он о её гримасах при попытке повторить трюк с бровью!

Неловко-то как вышло!

«Мы его подобрали, обогрели, а он нам фигвамы рисует».

И чтобы сгладить момент и перевести мысли мужчины в другое русло, она выпалила:

– А как вас зовут?

– Что? – казалось бы, удивиться сильнее было невозможно, но вид его светлости доказывал, что для него нет ничего невозможного. – В каком смысле?

– В прямом. Я не помню ваше имя.

Мужчина открыл рот, похлопал ресницами, – кстати, что за несправедливость? зачем мужику такие длинные и пушистые ресницы, любая девушка обзавидуется? –закрыл рот и шумно выдохнул.

– Вы специально меня злите? Миледи, я ведь могу и по-плохому!

– Простите, милорд, не знала, что ваше имя – тайна. Но раз вы против, то буду обращаться к вам по-прежнему – милорд и ваша светлость.

– Сона, – почти простонал герцог, – вы меня доконаете! Вам полное имя или обойдёмся сокращённым вариантом?

– Лучше полное, – секунду подумав, ответила Софья. – А то кто-нибудь его произнесёт, а я и не пойму, что речь идёт  о вас.

– Эймерай Арман Готье, герцог Д’Аламос, граф Филиберт. Своё имя назовёте? – мужчина снова выгнул бровь.

– У вас тоже потеря памяти? – не осталась она в долгу.

– АлександриСония, графиня де Вилье! –немедленно выпалил герцог. И с обидой посмотрел на жену.

– Ну вот и познакомились, – пробормотала Софья себе под нос. – И как мне к вам обращаться? Эймерай… Рай…

Герцог приблизился, наклонился, кожу девушки опалили дыхание и  жаркий взгляд мужчины.

Ну что же такое, смотрит, словно собирается съесть! Что опять-то не так? Не понравилось сокращение?

– Милорд, – оказывается, в дверях до сих пор мается лекарь. – Антидот для её светлости! Позвольте, я подам?

Мужчина сморгнул, прогоняя наваждение, но перед тем как выпрямиться, успел шепнуть:

– Арман! Но наедине можете звать меня  Рай… Разрешаю.

И прежде чем Софья успела отреагировать, его светлость выпрямился и отошёл от кровати.

– Приступайте. И постарайтесь побыстрее поставить её на ноги, – это муж адресовал уже геру Ханцу.

– Милорд, а что здесь происходит? – господи, какой же противный у вдовушки голос!

Герцогиня повернула голову на звук и  получила визуальное подтверждение – точно, леди Адель.

Стоит,  с возмущением смотрит на Соню, словно это Соня ворвалась в её личную спальню.  Красивый   рот  вдовушки искривился, взгляд мечет молнии…

– Милорд, зачем она... здесь? Разве миледи не уезжает? Вы говорили, что сразу после представления, – леди закусила нижнюю губу. – Я пришла сообщить, что карета уже готова!

– Спасибо, леди Адель, за хлопоты! Вы – моя палочка-выручалочка, – лицо мужчины неуловимо изменилось: исчезла жёсткость во взгляде, разгладились черты.– Я не успел предупредить, но у нас появились новые  обстоятельства.  Миледи никуда не едет. По крайней мере в ближайшие две недели.