Глава 35

Картина складывалась невесёлая. Насколько я знала, как таковой победы у империи Драгора над империей Риадох не было, что бы там ни говорили народу. Но был подписан мирный договор, по которому часть земель империи Риадох переходило Драгоре. Тем самым Драгора получала доступ к горам, где добывались камни и руды.

А вот Риадох так и не получил выхода к плодородным землям и договориться с Драгорой о том, чтобы та посылала к ним на работы магов с урожайной магией, не смогла. Драгоре было не выгодно, чтобы Риадох сам стал производить еду, тогда бы у Драгоры исчезла возможность получать баснословную прибыль. Потому что пшеница и все остальные продовольственные культуры ценились в Риадохе на вес золота.

Собственно, это и была основная причина, по которой произошла война, и она не исчезла.

И из рассказа попутчика я поняла, что бизнес по торговле магами был всегда, но после войны торговцев поприжали, хотя уничтожить это гадкое дело так и не смогли. Да на любой спрос всегда есть предложение, и в Риадохе спрос оставался, хотя война принесла им ощутимые изменения.

– Приедешь и увидишь, – сказал мне попутчик. – Не бойся, там твоих много, не ты одна будешь. – И неожиданно проговорился: – Мужчины, конечно, в основном, женщина нам с такой магией впервые попадается, поэтому, думаю, так постарались все с этим заказом.

Услышав это, я вдруг осознала, что если меня не вызволят, то меня ждёт страшная судьба. Драконы Риадоха захотят получить как можно больше гарантированных магов.

«Мамочки, – пришла паническая мысль, – я не хочу становиться инкубатором».

Была у меня надежда, что при пересечении границы меня обнаружат. Я, правда, не знала, как здесь проверяют, но мне почему-то думалось, что на границе всегда проверяют тщательнее, чем на обычных станциях.

Надежда моя умерла, когда вошедший пограничник осмотрел вагон, увидел меня и спросил:

– Зачем она?

Я попыталась закричать, надеясь, что он поймёт, что меня увозят насильно.

Но попутчик ответил:

– Видишь, больная. По просьбе родственника забрали, всё под приглядом родни будет.

И прямо при мне передал пачечку денег пограничнику.

А я сидела и думала: «А как же – таможня мзды не берёт? А меня вот продали!»

– Да ты не переживай так, – «успокоил» меня попутчик, – относиться к тебе будут бережно.

«Дурак», – подумала я, но так ничего и не сказала: всё равно не услышит, а рот разевать мне надоело.

И вообще, после пересечения границы на меня навалилась апатия, и я вдруг не понаслышке, а на собственном опыте поняла, что пока у человека есть надежда, у него есть силы сопротивляться и бороться, а отними у него надежду – и силы исчезнут.

Поезд мчал меня в самый центр империи Риадох, туда, где, если я верно поняла услышанное от попутчика, риадохцы пытались выращивать урожай.

Доехали мы только ранним утром следующего дня.

Много раз поезд проезжал через тоннели, я думала, что у Риадоха интересная магия: они могут прорубать горы насквозь, а вот еду вырастить не могут.

Утром меня наконец-то освободили от цепи, браслет на ноге, правда, оставили, зато я смогла выйти на улицу, на свежий воздух. Воздух был даже слишком свежим, и как оказалось, это оттого, что место, куда мы приехали, находилось довольно высоко над уровнем моря. Вокруг везде виднелись вершины гор, но здесь, казалось, была ровная поверхность.

Как такового вокзала не было, и похоже, поезд остановился исключительно для того, чтобы высадить меня. И через несколько минут уехал.

– Что это за место? – спросила я, удивляясь, что наконец-то слышу свой голос. – Непохоже, чтобы был какой-то город или посёлок.

– Это плантации, – сказал попутчик, – здесь и работают ваши маги, и ты будешь здесь жить.

Мы так и стояли возле поезда, словно кого-то ожидая, и вскоре я увидела, что с левой стороны в нашу сторону движется большой чёрный автомобиль.

Попутчик задёргался. Я удивлённо на него посмотрела, даже показалось, что он не ожидал увидеть автомобиль.

– Что-то не так? – спросила я.

– Сам хозяин едет тебя встречать, – сказал попутчик и натянул на половину лица повязку.

А у меня возникла мысль, что он почему-то не боялся открывать лицо передо мной: неужели уверен в том, что я навсегда останусь здесь? От этой мысли стало не по себе, и ребёнок внутри зашевелился. А вот это было странно.

Наконец автомобиль подъехал, и из него выбрался красавец-дракон. Глаза у него светились, одет он был как… фермер: брюки, похожие на широкие джинсы, заправленные в высокие сапоги, широкая клетчатая рубашка и сверху кожаный жилет, на поясе висели пистолеты. Вслед за ним из машины выбралась блондинка. А вот она была одета как светская дама: длинное бирюзового цвета платье, сверху было накинуто меховое манто белого цвета. И выражение лица тоже было светское, без эмоций – только нейтрально-скучающее выражение. Даже странно было видеть такую даму возле старого поезда и посреди безлюдной местности.

Мужчина подошёл ближе, взглянул на меня. Я же смотрела на него, стараясь не морщиться, потому что у меня внутри начался «мини-футбол». Мой ребёнок определённо реагировал на этого дракона.

«Может, он на всех драконов реагирует?» – подумала я.

Мужчина не был похож ни на владетеля, ни на моего фронтового «супруга», он был другим: рыжеватые короткие волосы, красивое лицо, крупные черты лица, высокий, широкоплечий. Драконы все красивые.

Он внимательно осмотрел меня, подошёл ближе, потом ещё ближе и, в конце концов, встал так близко, что я подумала: всё, сейчас его дама мне волосы выдерет.

Дракон наклонился и принюхался, а мне вот совсем не было неловко, хотя я, вообще‑то, несколько дней в вагоне без удобств ехала.

Но он, вместо того чтобы сморщиться, вдруг вообще отшатнулся и, взглянув на отступившего на несколько шагов попутчика, резким, отрывистым голосом спросил:

– Ты один?

Попутчик растерянно оглянулся на рельсы, но поезда там уже не было, и он кивнул.

Дракон резко сделал шаг к попутчику, тот попытался схватить меня, одновременно выхватив пистолет, но дракон каким-то невероятным движением схватил его. И я не увидела, но услышала странный хруст, а когда оглянулась, то позади меня лежал попутчик, голова его была странным образом свёрнута, а глаза смотрели в небо.

У меня закружилась голова. Я вытянула руку и попыталась то ли оттолкнуть приближающегося ко мне мужчину, то ли зацепиться за него – я в тот момент почему-то так испугалась, что не понимала, что делаю, – но не успела, потому что провалилась в темноту.