Глава 18 · Романтическое безумие

Ромео вздрогнул. Я замерла, чувствуя, как внутри всё смешалось: шок, испуг и что-то ещё. Но прежде, чем я успела понять, что происходит, Ромео вдруг потянулся ко мне. Робко, осторожно, будто боялся, что я отстранюсь. Его губы мягко коснулись моих, и на сей раз добровольно.

Это было так неожиданно, что я не сразу осознала, что происходит. Его прикосновение — тёплое, почти невесомое — заставило весь мир вокруг исчезнуть. В комнате больше не слышалось запаха лекарств, ветер за окном больше не стучал по стёклам. Остался только этот момент, только чужое дыхание и мягкое прикосновение.

Я не отстранилась, но и тело словно перестало мне принадлежать. Мысли растаяли — все до одной, уступив место странной, сладкой волне, которая захватила целиком. Руки Ромео скользнули к моей талии, а поцелуй стал глубже, настойчивее. Моё сердце билось громче, чем когда-либо.

Я забыла о том, где нахожусь, забыла всё, что нас разделяло, и даже о том, что эта жизнь какая-то фальшивая. На какое-то мгновение мне даже показалось, что рождается новая реальность — наша реальность, в которой не нужно было ни объяснений, ни оправданий. Трепетная надежда, глупая, как пробка, начала активно подавать признаки жизни.

Но вдруг меня обожгла мысль: что я делаю? Это же Ромео! Человек, который смотрел на меня свысока, избегал, презирал. А я… отвечаю на его поцелуй?

Резко отстранившись, я выровнялась и сделала шаг назад. Воздух в комнате сразу же показался густым, тяжёлым, и я хватала его жадно, будто не могла надышаться.

Ромео тоже застыл. Его взгляд стал ошеломлённым, словно он не ожидал от самого себя такой импульсивности.

«Что это было?» — пронеслось у меня в голове.

Ромео ничего не сказал, но, вероятно, подумал то же самое. Лицо его быстро стало непроницаемым — он снова надел маску безразличия.

Я не знала, куда себя деть: может, осмотреть комнату, спрятаться за креслом, сделать вид, что ничего не было? Чувствовала себя так, будто стою под прицелом. И не важно, что он молчал. Тишина была хуже любых слов.

Судорожно пыталась придумать повод уйти, но ничего не придумывалось.

— Мне надо проверить, как там… как там… — пробормотала я.

Боже, как нелепо и жалко это прозвучало! Но лучше оправдываться и бежать, чем оставаться здесь. Я развернулась и вылетела из комнаты, словно за мной гнались.

Коридор встретил холодной пустотой. Или же эта пустота образовалась у меня внутри? Многочисленные бра с горящими свечами внутри едва освещали стены. Тени казались слишком длинными, слишком мрачными, слишком угрожающими.

Мои лихорадочные шаги отдавались эхом. Стук каблуков звучал громче, чем хотелось, и раздражало.

Почему я ответила на этот поцелуй? — спрашивала себя, шагая ещё быстрее. — Это же Ромео! Он отталкивающий, холодный, раздражающий. Почему моё сердце сейчас колотится так, будто ему это важно?

Но ответ я знала. Хотела я признавать этого или нет, но этот поцелуй взбудоражил во мне всё то, что я так тщательно подавляла всё время. То, что с такой лёгкостью заставило меня забыть о его холодности и фальши в нашем браке. Эта мысль была хуже всего…

Я всё равно вижу в нём Рому. Мои чувства никуда не делись и начинают периодически проецироваться на этого высокомерного аристократа.

Кажется, я была так поглощена мыслями и ощущением собственной беспомощности, что не заметила, как позади раздался знакомый ехидный голос.

— О, а я думала, ты у Ромео и ухаживаешь за ним, а ты ходишь непонятно где!

Я резко обернулась. Конечно, это Элинор! Кто ещё мог в первое же мгновение встречи говорить гадости? Правда, выглядела она странно. Идеально уложенные волосы слегка растрепались, лицо подрумянилось, а в глазах горел какой-то лихорадочный блеск.

— Что тебе нужно? — произнесла я, чувствуя, как раздражение накрывает волной.

— Нам надо поговорить, — ответила она неожиданно.

— У меня нет никакого желания с тобой разговаривать, — ответила я, но она схватила меня за руку и потащила за собой.

— Это важно! — процедила она сквозь зубы.

Я могла бы вырваться и не идти, но в её голосе прозвучало что-то странное, даже просительное. Это вызвало во мне глубокое любопытство.

Элинор всё время оглядывалась, словно опасаясь погони. Наконец она завела меня в библиотеку. Запах старых книг и пыли ударил в нос, и я чихнула.

Но тут же взяла себя в руки, переплела руки на груди и, посмотрев кузине Ромео в глаза, спросила:

— Ну?

— Это правда, что ты видела человека, который стрелял в Ромео? — внезапно спросила она.

Я нахмурилась.

— О чём ты? Никого я не видела.

— Нет, ответь! — Она шагнула ближе. Её глаза блестели не от гнева, а от возбуждения… или страха?

— Что с тобой? — спросила я, отступая. — Я видела Ромео уже раненым. Никаких убийц на пути не встречалось.

Её взгляд метался, движения были рваными и нервными. Неужели она так переволновалась из-за покушения? Интересно, знает ли она, что Ромео спасла именно я?

— Ты должна была его видеть, — прошептала она, отворачиваясь к окну.

Элинор была буквально не в себе.

— Увы, это не так, — твёрдо произнесла я, чувствуя поднимающееся раздражение. — Это всё? Я, пожалуй, пойду.

— Нет, стой! — Она не повернулась ко мне, но голос прозвучал требовательно.

— Ну что ещё? — выдохнула я устало.

— Расскажи, как всё было. Во всех подробностях.

Я пожала плечами и рассказала. Всё это время она слушала меня, не отрывая взгляда от окна.

Но в какой-то момент я поняла, что Элинор погрузилась в свои мысли, а моя речь для неё звучит фоном. Когда я повторила несколько раз одну и ту же фразу, и она не отреагировала, я замолчала.

Нет, ну это уже переходит все границы! К чему это всё?

И тут мне в голову пришла чёткая мысль: она меня сюда выманила.

Но зачем?

Элинор продолжала думать о своём. Похоже, она стала настолько рассеянной, что просто забыла о моём существовании.

Не теряя больше времени, я развернулась и бросилась обратно к спальне Ромео.

Почему я пошла туда? Не знаю. Почувствовала что-то.

Я влетела в комнату и замерла на пороге, увидев невероятное зрелище: шикарная блондинка-аристократка склонилась над лежащим в кровати Ромео. Её губы касались его губ. Короче, они целовались.

Меня просто накрыло.

— Что за…? — начала я, но слова застряли в горле.

Безумные чувства ярости, гнева, ревности нахлынули с такой силой, что мне захотелось разорвать эту женщину в клочья. Сорвать с неё платье, выдрать клок волос. Мне показалось, что я теряю своего Рому…

Услышав шум, незнакомка вздрогнула и обернулась. Её взгляд тут же наполнился вызовом. Дерзким вызовом, и в синих глазах не было ни страха, ни раскаяния.

— Что происходит⁈ — выкрикнула я.

На Ромео даже не смотрела. Всё моё внимание было сосредоточено только на ней.

Она выпрямилась, переплела руки на груди и посмотрела на меня с презрением.

— Тебе лучше уйти. Мы тут немного… заняты, — бросила она насмешливо.

Я едва не задохнулась от возмущения.

— Вообще-то это мой муж, — сказала я, забыв, что эти слова слишком уж компрометируют меня перед Ромео.

Незнакомка ничего не ответила. Только коварно улыбнулась.

Я обернулась к мужу. Он выглядел смущённым и несколько сбитым с толку, но это нисколько не реабилитировало его в моих глазах.

Так он целуется со всеми подряд? Значит, ему ничего не стоит поцеловать любую девчонку, которая только попадётся под руку???

— Кобель недоделанный! — бросила я яростно.

Развернувшись, вылетела в коридор.

На ближайшем повороте едва не врезалась в Лукрецию.

— Что за манеры, Джульетта! — воскликнула она, возмущённо глядя на меня.

Но мне было на неё глубоко наплевать…