Глава 27 · Отравление

Карета с шумом въехала во двор поместья, колёса скользили по хрустящему снегу. Остановилась.

Кучер поспешно спрыгнул на снег и поспешил открыть дверь, но увидев, что Ромео безвольно полулежит на мне, изменился в лице.

Помог вытащить его. Муж повис на наших руках, и я поняла, что он едва в сознании.

Что??? После такой пустяковой раны???

Мы потащили Ромео с кучером вдвоем.

Каждый шаг отзывался болью в руках и спине. Дышать было тяжело, но я упрямо двигалась вперёд. На пороге нас встретил управляющий.

— Господин! О Боже!!! — старик с пронзительным криком подскочил к нам, его лицо исказилось в тревоге. — Что случилось?

— Скорее помогите! — мой голос прозвучал хрипло. — Ромео ранен. Его нужно доставить наверх. И срочно зовите лекаря.

Слуги высыпали из дома, их лица застыли в ужасе. Двое крепких парней осторожно подхватили Ромео и буквально понесли ко входной двери. Я почувствовала, как слабость охватывает меня, ноги дрожат.

— Лекаря! — крикнул управляющий, давая знак двум местным посыльным. Те мигом сорвались с места и побежали в сторону конюшен. — Скорее!!!

С трудом прошла в дом и рухнула на ближайший диван в холле. Грудь вздымалась тяжело, в висках стучало. Но передышки не вышло.

— Джульетта!

Я вздрогнула, услышав резкий голос. Навстречу ко мне уже мчалась тётушка Зинельда. Боже, я совсем забыла о существовании этого чудовища…

Она была вся в крошках. На платье пятна, на щеке след от варенья. Похоже, Зинельда как раз ужинала…

Она драматично всплеснула руками.

— Как ты могла такое допустить⁈ — её голос звенел, словно колокол. — Ты должна была уберечь его, защитить!

Я непонимающе посмотрела на неё, приподняв бровь.

— О чём вы вообще говорите? — спросила я, чувствуя, как раздражение нарастает. — На нас напали! Что я могла сделать?

Зинельда закатила глаза, схватилась за сердце, будто я сразила ее своим равнодушием к мужу.

— Ты, как его жена, должна была предвидеть это! Следить за его безопасностью! А вместо этого…

— Вместо этого я перевязала ему рану, вытащила из кареты и распорядилась позвать лекаря! — перебила я её, чувствуя, как голос срывается на резкие нотки. — Хватит нести чушь!!!

Тётушка едва не задохнулась от возмущения. Она сразу же надула щеки.

— Ах ты ж… грубиянка!!! Всё это твоя вина! Ты вообще не заботишься о своем супруге!!!

Разговаривать в данном случае было не с кем. Я резко поднялась с дивана, чтобы больше не слушать этот бред.

— Я ухожу… — бросила через плечо и направилась к лестнице.

— Неблагодарная девчонка! — закричала она мне вслед. — Как ты можешь так со мной разговаривать⁈

Наша песня хороша, начинай сначала…

Я закатила глаза, поднимаясь по ступеням.

— Из огня да в полымя, — пробормотала себе под нос.

* * *

Ромео лежал на кровати, едва дыша. Я стояла в стороне, крепко сжимая подол своего платья. Рядом суетились двое лекарей, одного вообще вызвали из столицы…

— Клинок был отравлен, — наконец произнёс один из них, высокий, с седеющей бородой. — Противоядие, которое мы дали, может действовать медленно, так как яд уже распространился по телу…

— Нас вызвали слишком поздно… — добавил второй, низкорослый и более нервный.

Я почувствовала, как внутри всё опустилось. Слова лекарей вызвали жгучую душевную боль.

Перевела взгляд на Ромео. Его лицо стало ещё бледнее, дыхание — более прерывистым.

— Мы сделаем всё возможное, — попытался успокоить меня первый лекарь. — Но…

Но. Это короткое слово прозвучало, как приговор. Всё, что говорили после, звучало как сквозь плотную завесу. Я могла только смотреть на Ромео, ничего не воспринимая. А всё потому, что внутри меня начала рыдать Джульетта, настоящая Джульетта…

«Ты должна быть рядом», — звучало в моих мыслях отчаянное и просительное. Я даже не поняла, как оказалась у кровати. Села на край, осторожно взяла холодную руку Ромео в свою и всхлипнула…

* * *

Я просидела у его кровати весь вечер и всю ночь

«Почему я здесь? — думала я, стискивая пальцы. — Он заслуживает это? После всего, что он сделал?»

Но Джульетта не оставляла меня. Она будто говорила: «Не уходи. Ты ему нужна».

Я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение перерастает в отчаяние. Молитва, о которой я раньше и не думала, сама сорвалась с моих губ. Наверное, это молилась она, душа владелицы тела…

— Господи… — прошептала я, слова путались. — Если Ты слышишь меня, помоги ему.

Это звучало так неуверенно, так глупо, но я продолжала, чувствуя, что говорю за двоих.

Мысли метались: почему Джульетта всё ещё здесь? Если она умерла, почему душа всё еще не за гранью?

Сон сморил меня прямо на стуле…

* * *

Я не понимала, что сплю…

Воздух был густым, как мрак перед бурей. Из этой тьмы появилась девушка.

Она была так похожа на меня, как две капли воды, но её лицо выглядело уставшим и измождённым, волосы были растрёпаны, глаза казались покрасневшими от слёз.

— Помоги ему, — прошептала она, и слёзы побежали по её щекам.

— За что ты его так любишь? — спросила я, не в силах скрыть своего негодования. — Он же ужасно поступил с тобой!

Джульетта вздохнула.

— Я не могу иначе, — сказала она, её голос дрожал. — Моя любовь выше обид, выше всего на свете!

Я смотрела на неё с чувством зависти. Её любовь была такой чистой, такой сильной. А я… Я ничего подобного к Ромео не испытывала. Разве что к Роме. Да и то… не настолько.

— Почему ты не ушла? — спросила я прямо.

Она грустно выдохнула.

— Моя душа скорбит по нему. Я не могу уйти, пока… пока что-то не изменится.

Боже, она истинная Джульетта. Как героиня Шекспира. Жаль только, что Ромео подкачал…

* * *

Я проснулась и резко присела. Несколько секунд не могла понять, где нахожусь, но потом увидела перед собой кровать Ромео.

Он был очень бледен, его лицо казалось почти мраморным. Я коснулась его лба — жар.

«Всё плохо», — мелькнула мысль.

В дверь тихо постучали. В комнату заглянула служанка, её взгляд был сочувствующим.

— Леди, вам стоит отдохнуть, — предложила она.

Я долго смотрела на неё, не в силах решиться покинуть Ромео после того, как поговорила с Джульеттой. Но потом заставила себя встать.

— Хорошо, — ответила приглушенно.

Всё-таки мне стоит отдохнуть…

* * *

После беспокойного дня я наконец оказалась в своей комнате. Плотно закрыв дверь, на мгновение позволила себе расслабиться.

Легла в кровать, плотнее укутавшись в одеяло. Холодок, пробиравший до костей, никак не отпускал, но усталость пересилила. Голова коснулась подушки, и сон накрыл меня густым туманом.

* * *

Чьи-то грубые пальцы зажали мне рот, а резкий запах грязной тряпки заполнил лёгкие. Глаза широко распахнулись, но я ничего не смогла разглядеть в полумраке комнаты.

Забилась в чужих руках, пытаясь вырваться, но чьи-то пальцы крепко удерживали меня за запястья. Разум паниковал, тело инстинктивно боролось, но силы покидали меня. Запах тряпки, пропитанной чем-то едким, бил в нос, вызывая тошноту и головокружение.

В голове мелькнула мысль: «Неужели это конец???»

Тёмные пятна поплыли перед глазами, и я рухнула в бездну…

* * *

Очнулась от холода. Он проникал под тонкую ткань платья, заставляя кожу покрытьвася мурашками.

Открыв глаза, увидела низкий, грязный потолок. На стенах поблёскивала влага, скатываясь в тёмные лужицы на полу. Воздух был пропитан сыростью и чем-то металлическим.

Присела, но тут же шокировано замерла. Я находилась в узкой, каменной камере с единственным маленьким окном под потолком. Свет через него почти не проникал, оставляя комнату во власти тени.

Моё тело мелко дрожало, пальцы были ледяными, губы пересохли. Я посмотрела на деревянную кушетку, на которой сидела, и только тогда заметила, что на ней не было даже матраса, лишь голые, грязные доски.

— Боже… где я? — прошептала я, обхватывая себя руками.

Ответа не последовало. Пугающую тишину прерывал только звук капающей воды где-то в углу…