Глава 29 · Неожиданная помощь

С недавнего времени я была уверена, что мы с Джульеттой были связаны на каком-то глубинном уровне. Её присутствие, едва уловимое, всё ещё витало где-то в моём сознании. Когда я, укрывшись одеялом, наконец закрыла глаза, она действительно пришла ко мне во сне. Бледная, измождённая, как истинный призрак, она выступила из полумрака. Её глаза, глубокие и печальные, смотрели прямо на меня. Я шагнула к ней навстречу, чувствуя, как моё сердце замедляет ритм.

— Джульетта… — голос дрогнул, но я собралась с силами. — Что происходит? Кто запер меня здесь?

Она тяжело выдохнула. В её лице читалась такая тоска, что мне захотелось её обнять.

— Мне тяжело… — прошептала она с горечью. — К сожалению, у меня нет ответов. Я знаю не больше, чем ты…

Я была разочарована. Казалось, что этот разговор ни к чему не приведёт, но затем она произнесла нечто, что заставило меня замереть.

— Ромео приходил ко мне… — сказала Джульетта тихо.

— Что? — я почувствовала, как холодок ужаса пробежался по коже. — Что ты имеешь в виду? Неужели он умер?

— Нет, —она мотнула головой. — Но он был близок к этому. Очень близок.

Я замерла, не зная, что сказать. Сердце невольно сжалось. Ромео умирает???

— Значит, это не он приказал меня запереть здесь, — выдохнула я, чувствуя облегчение.

— Нет, — Джульетта опустила взгляд. — Это был не он.

— Тогда кто? Кто стоит за этим всем? — спросила я, стараясь удержать её взгляд.

— Я не знаю… — она выглядела ещё более потерянной. — Я вижу мир твоими глазами. Это всё, что мне доступно.

Я неожиданно проснулась, резко присев на холодной койке. Одеяло и тёплая одежда спасали от холода, но после сна меня потряхивало.

Неужели из этой ловушки нет выхода?

* * *

По моим ощущениям наступил вечер. Дверь камеры снова скрипнула. Я подняла голову и увидела, как в проёме появляется Морис. В руках он держал тарелку с той же безвкусной кашей и кувшин с водой.

На этот раз я не бросалась к двери и не пыталась хватать его за руку. Вместо этого осторожно подошла и придержала дверь, глядя прямо ему в глаза.

— Спасибо за одеяло и обувь, — произнесла приглушённо, сдерживая дрожь в голосе.

Морис слабо кивнул, его взгляд оставался настороженным, но в глубине глаз читалось нечто вроде сожаления.

— Скажите, вы можете меня отпустить? — спросила я почти шёпотом.

— Не могу, — ответил он, нехотя опуская глаза. — Меня уволят… или посадят в тюрьму. А у меня семья, больной сын.

Я заметила, как его пальцы чуть дрогнули. Похоже, совесть всё же не давала ему покоя.

— А может быть, вы поможете подстроить мой побег? — предложила я, стараясь вложить в голос как можно больше надежды. — Тогда и я освобожусь, и вас никто не заподозрит.

Но Морис покачал головой, его взгляд стал жёстче.

— Боюсь, это невозможно, леди, — произнёс он твёрдо. — Если я не исполню свои обязанности, меня ждёт наказание.

Я почувствовала, как внутри закипает раздражение, а он продолжил:

— Это не моё дело, почему вы здесь. Решайте это с теми, кто вас сюда посадил…

Мужчина отвёл взгляд, собираясь уйти. Он уже начал закрывать двери, но я крикнула ему вдогонку:

— А кто меня сюда посадил? Я не знаю!

Морис замялся, явно не желая отвечать.

— Значит, скоро узнаете, — пробормотал он глухо.

— Пожалуйста, хотя бы намекните! Мне нужно это знать! — выкрикнула я, и в голосе проскользнуло отчаяние.

Морис замер, оставив дверь чуть приоткрытой.

— Одна старая женщина вас однозначно не любит, — произнёс он тихо. — Хотя должна была бы любить.

Дверь закрылась окончательно, оставив меня с этим намёком.

— Зинельда, — прошептала я, ощущая, как волна отчаянного раздражения сменяется бессильной злостью.

* * *

Чуть больше часа я металась по камере, то садясь на жёсткую кушетку, то снова вставая. Мысли кружились хаотично. Если это Зинельда, то почему она так открыто пошла против меня? Что она задумала?

Щелчок двери заставил меня замереть. Морис снова появился в проёме. На этот раз его лицо было бледным, а глаза лихорадочно блестели. Он что-то держал в руках — тёмный плащ, который тут же бросил мне.

— Одевайтесь, — коротко бросил он. — Немедленно уходите. Уходите из этого дома, пока я не передумал.

Я остолбенела.

— Морис… — только и смогла прошептать я, натягивая плащ на плечи.

— Идите, — его голос прозвучал грубо, но я уловила в нём отчаяние и страх.

Сглотнув, я быстро завернулась в плащ и, не теряя времени, выскользнула в коридор. Холодные каменные стены, освещённые тусклыми факелами, тянулись вдаль.

— Спасибо, Морис, — бросила я, оборачиваясь.

Он ничего не ответил, просто смотрел на меня тяжёлым взглядом.

Теперь, когда я была свободна, на меня обрушилось непонимание: что дальше?

С одной стороны, мне нужно покинуть это место, чтобы не подставлять Мориса. С другой, я должна выяснить, что задумала Зинельда.

И, конечно, Ромео. Что с ним? Я чувствовала злость на него за всё, что произошло, но мысль о его беспомощности и бессилии всё равно терзала.

Я сжала кулаки, пытаясь прийти в себя. Надо действовать осторожно. Времени мало, а врагов вокруг слишком много.

* * *

Прошло три дня, а я всё ещё оставалась в поместье. Уйти отсюда, как предлагал Морис, я не смогла. Сперва осталась просто переночевать: Морис отвел меня в комнату к своей престарелой матери, а потом и вовсе успокоился, как будто потеряв ко мне интерес. Похоже, он даже смирился с тем, что его накажут. И я была безмерно ему благодарна, ведь он шел на невероятный риск…

Позже я обязательно ему отплачу.

Мать Мориса Раиля подкармливала меня чем могла, а как-то вечером, когда мы вдвоём сидели у камина и чистили орехи, она рассказала мне историю, от которой я потеряла дар речи.

— Вы должны знать, — начала она с лёгким акцентом, который стал заметен в её тихой речи, — о том, что происходит сейчас там, наверху. Она указала на потолок, потому что комнаты для низших слуг находились в подвале как раз над темницей.

Я замерла, не понимая, к чему она клонит.

— Что именно? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— В первый же день как вы очутились в камере, — она слегка наклонилась ко мне, её старые пальцы сцепились на коленях, — ваша тётушка… нашла вам замену.

— Как это? — не поняла я.

— Она привела кое-кого… — кивнула она, отводя глаза. — Женщину, которая выглядит почти как вы. Очень похожа.

— Но как? Откуда?

— Никто не знает. — Её голос стал тише, превратившись в шепот. — Она уже заняла ваше место. Командует слугами, ухаживает за Ромео.

Я была в шоке.

— Лицо похоже, но взгляд совсем другой, — продолжала она. — Гордость в каждом жесте. Высокомерие в каждом слове. И… роскошные наряды. Она выглядит слишком утончённой, слишком вычурной для вас.

— Это же абсурд! — выдохнула я, пытаясь собраться с мыслями. — Кто может поверить в это?

— Для большинства слуг это неважно. Кто осмелится поставить под сомнение её личность? — пожала плечами пожилая женщина. — Но те, кто знают вас лучше, видят.

Я сжала пальцы в кулак, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Зинельда — просто змея… — прошептала я.

Женщина кивнула.

— Она и раньше вела себя странно, а теперь и вовсе… стала наглой и злой…

Я почувствовала, как перед глазами темнеет от негодования.

Но… откуда взялся мой двойник? Может, это какая-то забытая сестра, о которой я не знаю? Или… близняшка Джульетты?

Все эти мысли казались безумием.

Но одно я знала точно.

— Я не уйду, — произнесла твердо. — Мне нужно самой увидеть эту женщину. Понять, кто она и зачем здесь.

— Леди Джульетта, это опасно, — попыталась возразить старушка, но я уже не слушала.

— У вас есть платье служанки? — перебила я.

Её глаза расширились, но она кивнула.

— Да. Зачем оно вам?

— Я притворюсь служанкой и всё разузнаю сама…