Глава 31 · Родственница

Сердце всё ещё гулко стучало в груди, но я заставила себя отойти от кровати Ромео. Его тяжелое состояние не давало покоя, но оставаться там дольше было опасно. Самозванка могла вернуться.

Я направилась в свою комнату, предполагая, что лгунья обосновалась именно там, но чем ближе я подходила, тем отчётливее доносились голоса из комнаты напротив, которая была значительно больше моей. Ага, значит, ее не удовлетворили мои «хоромы». Быстро же она обустроилась тут…

Одна мысль об этой наглости вызывала безудержный гнев, но я благоразумно подавляла его.

Дверь в ту другую спальню была приоткрыта, и я замерла неподалеку, прислушиваясь. Один голос, принадлежавший моей копии, звучал резко и недовольно. Второй — знакомый, тягучий, будто змеиное шипение — бормотал что-то нечленораздельное. Зинельда!

Гнев усилился. Эта гадкая женщина посмела запереть меня в темнице и, возможно, собиралась убить. Именно ей я обязана появлением самозванки, значит, вся ответственность лежит на тетке. Кстати, теперь стало понятно, чего добивалась Зинельда, постоянно меня подставляя. Она не хотела, чтобы Ромео узнал меня достаточно хорошо, потому что собиралась в скором времени меня заменить. Глупый муж, возможно, даже не заметит подвоха, ведь меня он действительно совершенно не знает. Правда… он считает, что я крутила роман на стороне, поэтому самозванке будет трудновато. Хотя… если Ромео действительно потерял память, это уже не имеет никакого значения.

Я придвинулась ближе, надеясь расслышать хоть слово, и разговор шёл на повышенных тонах, женщины перебивали друг друга, даже не удосужившись проверить, хорошо ли заперта дверь.

Кстати, рассеянность и безответственность — это как раз-таки очень распространенная черта у людей, прожженных порками. Уловить смысл было трудно, но вскоре до меня начали доноситься фразы.

— Как она могла сбежать??? Почему поставили только одного надсмотрщика???

Это разорялась самозванка. И говорила явно обо мне. Значит, заметили? Надеюсь, Морис не сильно пострадает…

— Да кого я могла найти еще, Юлиана! — начало было возмущаться тетушка, но девушка шикнула на нее.

— Эй, не смей меня так называть! Я Джульетта, заруби себе это на носу, мама!

Я опешила. Мама? Значит… вот почему они с Джульеттой так похожи! Генетическая лотерея произвела на свет слишком похожих друг на друга кузин…

— Не волнуйся, Джульетта! — быстро исправилась Зинельда. — Даже если племянница вернется, она никогда не сможет доказать, что является женой Ромео. Да и побоится она, я знаю. А ты, главное, не сильно выбивайся из образа. Хоть немного держи себя в руках, а то ты так кричишь…

— Прекрати! — взвизгнула самозванка. — Я веду себя так, как надо! И не нужно мне указывать… Лучше поработай со слугами и хорошенько их настращай, чтобы не смели перечить. А то я и до плети дойти могу.

В этот момент послышались шаги, как будто кто-то из них собрался покинуть комнату, поэтому я в панике открыла соседнюю дверь (к счастью, та была открыта) и затаилась. Мимо проскочила взвинченная Зинельда и умчалась прочь по коридору.

А я выдохнула. Вот это новость! Значит, самозванка — это всего лишь родственница и всего лишь дочь сумасшедшей тетки. Значит, никакой опоры, кроме их обмана, у них нет. Это хорошо. Проще будет разрушить их замыслы…

* * *

Два дня я мучилась, продумывая, как избавиться от самозванки. Все мои идеи рушились, стоило мне лишь представить, как она высокомерно объясняет всем, что я «обманщица», а она настоящая «госпожа».

Да и мнение слуг ничего не значило. Сделать правильный выбор должен был Ромео, а он был пока не в себе.

Ситуация казалась слишком сложной, но не безнадежной.

Кстати, Морису ничего не было. Как с улыбкой объяснила его мать, Зинельда просто слишком труслива, чтобы быть достаточно властной и жестокой. Выгнать слугу, который был нанят отцом Ромео, было немного опасно. Можно было схлопотать проблем, а именно неприятностей Зинельда боялась больше всего. Поэтому она просто отругала незадачливого стража и оставила его в покое.

Теперь я понимала, что дочь Зинельды гораздо более кровожадна и испорчена, хотя это ничуть не убеляло коварную тетку.

Однако судьба будто решила подкинуть мне шанс.

На третий день в поместье появилась Элинор. Влетела, как фурия, громко топая каблуками по мраморному полу, так что от каждого удара звенело в ушах. Едва скинув с плеч манто, она сразу направилась в спальню Ромео, расталкивая служанок у его двери.

Я как раз принесла чистые полотенца и стала свидетелем этого спектакля.

— Братик! — её голос, обычно наполненный высокомерием и ехидством, дрожал от едва сдерживаемого ужаса. Она упала на колени возле кровати Ромео и схватила его за руку.

— Что же ты нас пугаешь? — продолжила Элинор, всхлипнув и с трудом сдерживая слёзы. — Выздоравливай! Родители тоже скоро будут. Представляешь? Нам сообщили только сегодня утром…

Я замерла. Значит, скоро здесь будет и чета Сильетти? Что ж, самозванке придется непросто. Но она была очень хитрой и способной на многое, а это увеличивало шансы её успеха.

Ромео был бледен, едва дышал, и казалось, что он вовсе не слышал её слов.

— Голову откручу твоей женушке, — прошипела вдруг Элинор, и её голос зазвенел от злости. — Эта дрянь даже не удосужилась сообщить нам раньше!

Её лицо исказилось от ярости, и даже служанки, державшиеся у дверей, отступили на шаг.

Я усмехнулась. Элинор была невыносима, но её неудержимый нрав мог стать моим оружием.

Идея осенила меня внезапно.

А что, если эти две змеи — Элинор и самозванка — сцепятся? Будет неплохое представление…

Элинор обожала устраивать сцены, особенно если это касалось её родных. А самозванка была слишком высокомерна, чтобы позволить кому-то взять верх.

«Если их стравить, они сделают за меня всю работу», — подумала я, наблюдая, как Элинор резко встала и зашагала к двери.

— Эй ты! — крикнула она, заметив меня.

Я вздрогнула, но тут же поклонилась, стараясь скрыть волнение.

— Где моя так называемая невестка? — потребовала Элинор.

— Я… я провожу вас, госпожа… — произнесла кротко.

— Побыстрее! — прикрикнула она раздраженно, а затем уставилась на меня так, будто что-то заинтересовало её во мне. — Я тебя знаю? Ты новенькая?

— Новенькая, — поспешила произнести я, опуская лицо пониже. — Пойдёмте, госпожа…

Элинор разглядывала меня еще пару мгновений, после чего приподняла тяжелые юбки и отправилась прочь из комнаты с высоко задранным подбородком. Я последовала за ней, надеясь понаблюдать нужную сцену, ожидающую впереди…