Глава 29

Аня

Всё выходные я ловила себя на одной и той же мысли — что-то не так. Максим был странным с пятницы. На мое предложение встретиться в субботу он ответил отказом, сославшись на срочные дела. В воскресенье написал, что «очень устал». Я не стала настаивать, но чувствовала, что происходит что-то странное. Пыталась убедить себя, что всё в порядке, но внутри активно разрасталась тревога.

Полдня в воскресенье я прокручивала наш последний диалог, разобрала его буквально по словам, пытаясь найти в них скрытый смысл. Но всё было бесполезно, результата это не приносило, а только еще больше разгоняло панику. А вечером я не выдержала потока мыслей в голове и всё-таки позвонила Вере.

— Привет, ты сейчас можешь говорить?

— Привет, конечно. Ты чего такая грустная?

— Просто… Знаешь, Вера, Максим какой-то странный, и я не понимаю почему.

— В каком смысле?

Я прошлась по комнате туда-сюда, нервно поправляя волосы, перекладывая лежащие на столике вещи.

— Мы не виделись эти выходные. Он отказался встретиться. Сказал, что устал, что у него срочные дела. Но я чувствую… Он как будто опять отдаляется. И, честно говоря, у меня такое ощущение, будто он что-то скрывает. В пятницу у него был диалог с Натальей Борисовной, он сказал, что ничего важного они не обсуждали, но сейчас я начинаю думать, что он соврал мне.

В трубке была тишина. Обычно в такие моменты Вера начинала разгоняться и говорить, что «все мужики идиоты, но мы их все равно любим». Но сейчас почему-то молчала.

— Вера?

— Прости. Я просто задумалась. Слушай, я скажу тебе честно, и ты имеешь полное право обидеться, но, может, пришло время сказать это вслух.

Я замерла.

— Сказать что?

— Мне кажется, эта история с Максимом… приносит тебе гораздо больше боли и проблем, чем радости. Серьёзно, Ань. Сначала у вас рабочее недопонимание, потом вы сближаетесь, отдаляетесь, жаркий секс, потом ссора, потом всё снова хорошо. Он то хочет отношений, то боится. И так по кругу. И мне кажется, что дальше будет только хуже. Я тебя никогда не видела такой загруженной, даже в самые адовые рабочие месяцы.

Я глубоко вздохнула и провела рукой по лицу.

— Это… Всё не так, Вера. Просто он сложный, мы с тобой об этом говорили. У него проблемы из-за прошлых неудачных отношений. Но все это не делает его плохим человеком.

— Аня, я всё понимаю. Он тебе нравится. И, возможно, ты даже влюбилась. Но с ним всё на грани. Понимаешь? Похоже всегда. И я скажу тебе так, если человек постоянно держит тебя в напряжении, это не отношения. Это эмоциональные качели.

— Ты сейчас совсем меня не поддерживаешь.

— А я и не пытаюсь! Потому что я боюсь за тебя. Серьёзно. Я не хочу, чтобы ты снова наступила на те же грабли, милая. Я помню, что было после твоих прошлых отношений. И сейчас ты уверенно идёшь по тому же пути. Только тут всё еще хуже. Потому что ты влезаешь в эти сложности, напрочь забывая думать о себе! Ты пытаешься вытянуть все в одиночку, будто нужно это только тебе!

Я молчала. А очень хотелось закричать на нее. Сказать, что она ничего не понимает. Что всё не так. Что эти отношения будут другими. Но я знала и понимала, что всё это она говорит из любви. И от этого становилось только больнее.

— Аня. — Голос Веры стал мягче. — Просто подумай. Я не прошу тебя бросать его. Хотя фактически вы толком и не начали отношения. Просто подумай, чего ты хочешь. В первую очередь речь о тебе, а не о нем. Ты заслуживаешь лёгкости в отношениях. А не вечной тревоги.

Всё, что я смогла вымолвить на это

— Мне нужно подумать, Вера, я позвоню позже.

И положила трубку, не дав ей возможности добавить что-то.

А потом весь вечер сидела у окна и смотрела на ливень. Погода идеально подходила под мое настроение. Даже Персик, обычно активный по вечерам, аккуратно пристроился на подоконнике, глядя то в окно, то на меня. Уверена, будь он человеком, сказал бы мне: «Плюнь на этого идиота и пошли вкусно кушать». Но он не был человеком, и я осталась одна со своими мыслями.

****

Понедельник начался вполне обычно. Я пришла в офис пораньше. Сделала себе кофе. Проверила почту. Внесла пару правок в текущий проект. И самое главное убедила себя, что всё в порядке. Все под контролем. Никакой тревоги больше нет.

Я зашла на кухню налить воды, и именно в этот момент услышала диалог. Почему я постоянно захожу сюда в тот момент, когда кто-то сплетничает?

— …говорю тебе, Наталья Борисовна поставила Воронцову ультиматум. Мол либо они встречаются и кто-то из них увольняется, либо они расстаются, но оба работают тут.

— Да ну не может быть, серьёзно? Откуда ты узнала? А что он выбрал?

— Ксюша, помощница Натальи Борисовны, подслушала их диалог. Пока непонятно, что он решил. Я его сегодня еще не видела. Но, по-моему, всё очевидно, конечно, она уйдёт, он не оставит свою карьеру ради неё. Столько всего было сделано им на этой должности. И что теперь? Бросить все ради мимолетного романа. А я уверенна что это он и есть. Хотя если он уйдет, это будет бомба! Типа весь из себя герой-любовник. Жертвует карьерой ради девушки.

— Боже, вот это, кажется, назревает скандал!

Я застыла в дверях. В горле пересохло. Воду я так и не налила. Уже профессионально вышла из кухни, как будто ничего не слышала. Но внутри наконец-то раскрутился тугой узел тревоги. Всё стало предельно ясно.

Он всё знал. Еще с пятницы. И промолчал, даже когда я спросила напрямую. И он наверняка уже принял решение, которое, я уверена, мне не понравится.

Умом я понимала, что он пытался защитить меня от проблем и негативных мыслей, но раздражение нарастало, и я ничего не могла с этим поделать.

Ждать, когда он решит рассказать всё сам, было нельзя. Пришла пора идти к нему и требовать ответов.

****

Моя решительность покинула меня перед дверью его кабинета. Раздражение активно боролось со здравым смыслом. И первое пока побеждало. Легко постучав, я открыла дверь, Максим, как всегда, сидел за столом, глядя в ноутбук и делая пометки в распечатках, сосредоточенный, хмурый. Как только я вошла, вскинул голову и, чуть приподняв бровь, отложил ручку и спросил:

— Привет, Аня, не ожидал, что ты зайдешь…Я… Погоди, всё хорошо?

Кажется субтитры на моем лице отлично транслировали все без слов.

— Нам нужно поговорить, — начала я без приветствия, голос чуть дрогнул, — Сейчас же.

Он кивнул, встал с кресла, двинулся в мою сторону. Молча закрыл дверь. А потом, прежде чем я успела сказать хоть слово, повернулся, резко притянул к себе и поцеловал. Медленно, осторожно, тягуче. Его губы были мягкими, но настойчивыми, ладони на моей талии горячими. Но я не ответила на поцелуй и не обняла его в ответ. Я стояла, как статуя, опустив руки вдоль тела, и прикрыв глаза ждала.

Он отстранился. В глазах плескалась тревога.

— Аня, малыш, что случилось?