44. Юля

«Постарайся успокоиться».

Так он сказал?

Вроде так.

Звучит будто издевка, потому что после его ухода меня всю буквально трясет и колотит. Места себе не нахожу. И вообще, ничего не могу сделать.

Перед приходом Сэм собиралась закончить домашку по одному из профильных предметов, но когда теперь открываю книжку, строки словно расплываются перед глазами. Внимание ускользает. Сколько не стараюсь, а сосредоточиться не могу. Откладываю все. Только присела в кресло, и вот я снова поднимаюсь, расхаживаю по комнате взад-вперед.

Ренат не идет у меня из головы. Чувствуется, что он не успокоится. И хоть Стас обещал мне разобраться, решить вопрос, совсем не уверена, получится ли у моего брата реально сделать это.

Он говорил мне, что Ренат никогда меня не найдет.

И что в итоге?

Недавно мы тоже обсуждали происходящее.

— Ему придется уехать, — сказал тогда Стас. — Или его вышвырнут насильно. Но результат будет один. Ахмедов здесь не задержится.

— Откуда ты можешь знать? Один раз ты уже насчет него ошибся. Ренат нашел меня, и теперь вообще непонятно, что будет.

— Все понятно, Юля, — ровно произнес, но в его взгляде читались тревожные искры, которые я не могла игнорировать. — Тут у него нет такой власти. У него довольно слабые связи. А врагов уже хватает.

Гравано?

— Поверь, никому не нравится этот урод, — продолжил Стас. — Чужаков не любят. Поэтому долго ждать не придется.

— Ты что, думаешь вопрос решится сам по себе? Предлагаешь просто ждать? Плыть по течению?

— Не совсем, — уклончивый ответ. — Но тебе больше не надо про него волноваться. Я вернулся. Все беру под контроль. Он тебя больше не обидит.

Конечно, Стас старается меня успокоить. Однако заметно, что брат тоже встревожен приездом Ахмедова.

Мерзавец умудряется легко перевернуть мой мир вверх дном.

И непонятно, что он задумал.

Ну то есть не то, чтобы Ахмедов сильно скрывал свои намерения. Прямо все заявляет. Но ведет он себя иначе. Особенно сегодняшняя выходка выбивает из колеи.

Как-то резко он отступил. Сначала давил, а потом… если бы я не знала, какой он подонок, то могла решить, что и правда послушал меня.

Хотела, чтобы он ушел. И он ушел.

Однако не верится, что все настолько легко и просто получается. Даже в голове не укладывается тот факт, что Ахмедов может вдруг прислушаться к моим словам.

Это все часть его игры.

Все намеренно.

И он меня расшатывает. Медленно, методично. Сначала пропадает на несколько дней, после резко объявляется.

К сожалению, тактика работает.

Негодяй из головы у меня не выходит. Мысли постепенно утекают в ту сторону. Потому что часть времени пытаюсь предугадать его следующий шаг, а часть — перевариваю очередную внезапную атаку. Вот как сейчас.

Губы горят. Кажется, все мое лицо полыхает. Бросаю растерянный взгляд на часы.

Он ушел, а меня никак не отпустит. Виски болезненно пульсируют от напряжения. Затылок сводит.

Еще есть немного времени до прихода Сэм, поэтому решаю принять душ. Хотя бы постараться смыть с себя тревожные эмоции, от которых мой желудок скручивается в тугой узел.

Душ не помогает.

Мне почти удается себя убедить, будто все хорошо, что я снова в полном порядке. Однако все разбивает вопрос подруги, когда она меня видит.

Едва открываю дверь, как Сэм удивленно смотрит на мои лицо и выдает:

— Джули, что случилось?

Неужели настолько очевидно?

Вероятно…

— Ничего, — качаю головой и выдавливаю улыбку. — Просто устала. Много сегодня занималась.

— Да? — не похоже, что она верит мне. — Ну ты смотри. Если нужна помощь, если у тебя какие-то проблемы, то ты знаешь, я всегда готова поддержать.

— Знаю, Сэмми, все нормально.

— Хорошо, — кивает подруга.

— Давай включать фильм, а то пицца остынет.

Саманта отвечает за основное блюдо, а я за десерт. Поэтому она покупает пиццу рядом с моим домом. Кажется, там самая вкусная пицца в городе. Готовится на дровах.

Обычно у меня слюнки текут от одного запаха, но сейчас чувство такое, будто кусок в горло не лезет.

— Ты присаживайся, — говорю. — Принесу кексы. Что пить будешь?

— Давай просто газировку.

Достаю сладкое и ловлю себя на том, что теперь не могу спокойно смотреть на выпечку. Потому что стоит глянуть на собственные кексы и перед глазами будто назло встает картина с Ахмедовым.

Стоп. Хватит. Я не позволю ему испортить мне вечер с подругой. Запрещаю себе думать про этого негодяя. Изо всех сил от него отгораживаюсь.

Мы с подругой включаем ту самую комедию, которую давно собирались посмотреть. Фильм оказывается действительно забавным.

В какой-то момент даже получается расслабиться. Одна из шуток вызывает смех. Пусть внутри все равно штормит. Тяжесть ощущается. Но мне хоть дышать становится легче.

— Слушай, это же не Гравано? — вдруг спрашивает Сэм.

— Что? — поворачиваюсь к ней.

— Ну это же не он тебя достает, да?

— Причем здесь он?

— Не знаю, Джули, просто этот тип опасен. Про него такие слухи ходят.

— Люди часто любят посплетничать, — отвечаю. — Но это не значит, что сплетни правдивы.

— Гравано, — выразительно повторяет Саманта. — Ты же понимаешь, одна лишь эта фамилия внушает страх.

Гравано пока не появляется, и это хорошо. Сейчас я и без того вся на нервах благодаря Ахмедову.

— Ты ему очень нравишься, — продолжает Сэм. — Это заметно. С тобой он и правда может вести себя иначе. Но это же только в начале. Ты же понимаешь, Джули, такие парни не меняются.

Иллюзий по поводу Чезаре не питаю.

— Другое дело — Ренат, — вдруг заявляет Саманта. — Он мне сразу приглянулся. И знаешь, вы были бы красивой парой. Мне вообще кажется, вы идеально друг другу подходите.

— Между нами ничего не может быть.

— Понятия не имею, какая кошка между вами пробежала, — протягивает Сэм, а потом улыбается с такой искренностью, что еще сильнее ставит меня в тупик. — Но может тебе стоит дать ему второй шанс?

Просто поразительно, как этот мерзавец умудряется пронять.

Ощущаю болезненный укол внутри из-за реакции Саманты.

Ну чем он берет? Чем? Неужели они не видят какой он?

Невольно качаю головой.

И стараюсь прогнать все непрошеные мысли, которые теперь и вовсе потоком хлынули. Про Ахмедова. Про его поцелуй, заставивший меня подвиснуть, будто я последняя идиотка.

— Давай перемотаем, — говорю, хватая пульт. — Мне кажется, мы пропустили самое интересное.