62

Между нами всегда искрило. Как бы она не пыталась это отрицать, а ее тянуло ко мне. Чисто физически.

Тогда казалось, что похер. Пусть так. Потом получу больше. Теперь же мне мало. Все хочу. Не только тело. Разум. Душу. Сердце. Вся она мне нужна. Остро. Дико. До капли.

Подается. Сначала просто дергаться перестает. Словно бы расслабляется, растекается под моим натиском. Обмякает сильнее. А после вдруг тонкие пальцы скользят по моим плечам. Ближе к шее. Ладони затылок накрывают. Чувство такое, будто электрическим током по мне врезает. Охуенное чувство. Ловить ее отклик. Слабый, едва различимый, но все же ответ.

Нервы как оголенные провода. Разряд за разрядом меня пробивает. А когда ее губы двигаются под напором моих, я от этого малейшего жеста уже разрядиться готов. Сука. В брюки кончить. Потому что член резко вздергивается. До боли.

Она добивает. Дальше. Скрещивая ладони на моем затылке, слегка царапая ногтями, ведет по волосам.

Кайф.

И вкус ее под моим языком. И запах. Пусть я и прежде у нее поцелуи вырывал. Тянуло же бешено. Магнитом в нее вбивало. Но сейчас все иначе ощущается.

Ярче. Жарче. На самой предельной грани.

Зверею.

Руки жадно шарят по ее телу. И я как могу сдерживаюсь. Не хочу спугнуть, не хочу испортить такой момент. Сбавляю обороты. Только меня все равно прет. Ведет пиздец как. Жажда изнутри пожирает. И бесит, что мешает ткань ее проклятого платья. Никак до голой кожи не добраться. А у меня аж пальцы печет от потребности именно так ее коснуться. Прочувствовать.

Задираю ее юбку. До талии. Тяну лиф платья вниз. Не поддается. Слишком узкое. Плотно сидит, облегая судорожно вздымающуюся грудь.

Где блядская молния? Или хотя бы какая-то застежка. Нихера найти не удается. Сколько не веду пальцами, а везде гладко. Не за что ухватиться, чтобы это гребаное платье наконец расстегнуть и содрать.

Завожусь все сильнее.

Отрываюсь от ее губ, чтобы впиться ртом в шею. Тут такая нежная кожа, что удержаться невозможно. Прикусываю слегка. Прихватываю крепче. Втягиваю. Намеренно. Знаю, что останется засос. Но под ребрами полыхает хищный порыв ее пометить.

Пусть потом видит мой след на себе и вспоминает.

А ей будет, что вспомнить.

Клянусь.

Этой ночью возьму ее так, как никогда прежде не брал. Доведу до полного затмения. Она у меня улетит. По-настоящему. И стереть это никогда уже не сможет.

Мозг вырубается напрочь. Как одержимый покрываю поцелуями ее шею, прохожусь губами по голым плечам.

Дергаю платье снова. Ткань трещит. Но по ходу рывок причиняет ей дискомфорту. Вздрагивает. Болезненный стон вырывается из горла.

блядь. Пора от этого платья избавиться.

Зубами впиваюсь в край. Руками придерживаю. Не могу допустить, чтобы ей снова было неприятно, чтобы кожу задело.

Разрываю ткань. Обнажаю желанное тело. Раздираю все, что мешает, жестче впиваясь зубами. На лоскуты. В клочья. Срываю остатки. Отбрасываю прочь.

— Ренат, ну ты что, — бормочет Юля с возмущением, будто очнувшись от наваждения.

И на меня, как на психа смотрит.

Прячу оскал. Как могу.

Но сейчас не до слов. Да и ее снова переключить надо. Рано ей из морока выплывать.

Она должна быть под моим ртом. Вся. Без остатка.

Целую грудь. Чувствую, как бешено стучит ее сердце, выдавая возбуждение. Пульс прямо шкалит.

До чего же это все охуительно. Прикасаться к ней, когда она такая. Заведенная. Разгоряченная. Поплывшая.

Накрываю ладонями. Обхватываю дрожащие плечи. Опускаюсь вниз по спине. От мелко подрагивающих лопаток до выгнутой поясницы. И снова вверх. На чувствительную грудь. Скользнув пальцами по затвердевшим соскам, обвожу идеально круглые, налитые, четко под мою руку созданные, рвано вздымающиеся полушария. Слегка сдавливаю. Отпускаю. Дальше прохожусь по животу. Берусь за бедра. Развожу шире. И сам уже ниже опускаюсь.

Она всхлипывает. Слабо дергается. Но это выходит у нее рефлекторно. Различаю, что это точно не попытка от меня отгородиться.

Прижимаюсь губами к внутренней стороне бедра. Здесь тоже тянет зубами пройтись. Хотя бы слегка прихватить тонкую кожу. И я не отказываю себе в этом удовольствии.

— Ренат! — словно бы осуждающе.

Но дрожь, испарина и крупные мурашки выдают ее реальные чувства в один момент.

Назад дороги нет.

Сдираю с нее нижнее белье. Сам не осознаю как. Зубами. Пальцами. Как-то раздираю и отбрасываю.

Впиваюсь в нее. Жарким поцелуем. Там. Между ног. Заставляя прогнуться и закричать.