36

— Стас, ты меня понял, — теперь отец обращается к брату, видимо, решая, что мне уже достаточно времени уделил. — Никакой самодеятельности. Вот когда станешь главой клана, тогда и будешь собственные сделки заключать. А пока я нахожусь у руля, даже не думай за моей спиной дела проворачивать.

Брат молчит.

— Понял? — мрачно повторяет отец.

Тишина на крыльце становится гнетущей.

— Ну смотри, — цедит отец.

Еще раз смерив Стаса выразительным взглядом, направляется к своей машине. Водитель заводит двигатель. Вскоре авто отъезжает.

— Поехал к своему новому дружку, — хмыкает брат. — Надо же как неожиданно они спелись. Будто только и ждали подходящего момента.

Мне тоже кажется странным то, как гладко проходит общение моего отца с отцом Рената. Столько лет они на дух друг друга не выносили. А тут вдруг сошлись.

— Я ездил на другой конец страны, — продолжает Стас. — Нашел нам новых партнеров. Выгодные сделки. Это могло значить для будущего нашего клана гораздо больше, чем союзничество с Ахмедовыми.

Не интересовалась делами семьи. Однако брат объясняет все так, что даже мне понятно. Есть много странностей в этой истории.

— Конечно, там потребуется время. Сразу большой куш не сорвать, — добавляет Стас. — Однако отец не из тех, кто спешит. Он многое делает на перспективу. Быстрая выгода в компании с Ахмедовым или долгосрочный контракт. Последний вариант мощнее в разы. Захватить новые ресурсы. Расширить наше влияние на всю страну.

Слушаю его и вопросов становится только больше.

— Черт, прости, не хватало тебя этим дерьмом грузить, — качает головой брат, обнимает меня за плечи. — Обещаю, Юля, что-нибудь придумаю. Долго ты с этим ублюдком не проживешь. Найду другой способ.

Раздается звонок телефона.

Стас достает мобильный и хмурится, глянув на экран. Он слегка отстраняется от меня, принимая вызов:

— Да, — выдает холодно.

Голос в динамике приглушен. Слов не разобрать. Но я и не пытаюсь. Сейчас в голове только мысли о неизбежности предстоящей свадьбы с Ренатом.

Значит, мне придется выйти замуж. Даже Стас это понимает. И… принимает.

— Ты уверен? — резко спрашивает брат, а выслушав ответ, выдает: — Блядь, еще этого не хватало. Жди на месте. Выезжаю.

— Что случилось? — поворачиваюсь к нему, когда он отключается и убирает телефон в карман.

— Ничего, Юль.

— Ты в лице поменялся.

Сейчас он даже мрачнее, чем когда общался с отцом и говорил мне про Ахмедова.

— Не важно, — отмахивается Стас. — Мне надо ехать.

— Это что-то… связано со свадьбой?

— Нет, — отрезает.

— У нас проблемы?

— Все нормально, — его ладонь сжимает мое плечо. — Не бери в голову, Юля. Просто кое-что новое вскрылось. Теперь наверняка.

— И ты ничего не объяснишь?

— Зачем тебе? — хмурится.

— Не знаю, — нервно пожимаю плечами. — Я никогда не задавала никаких вопросов. Жила так, будто мы обычная семья. Весело, беззаботно. А потом никто не стал спрашивать меня, хочу ли я замуж, готова ли выйти за Рената. Отец поставил перед фактом.

— Ну вряд ли тебе поможет информация о том, что в городе появился новый игрок. И похоже, действует давно. Но открыто выступил только сейчас.

Да я и теперь слабо понимаю, о чем говорит Стас.

— Все разделено между нашими кланами, — замечаю на автомате. — Новый игрок… кто-то со стороны?

— Либо так, либо перемирие скоро рухнет, если один из кланов решил начать свою игру. Против всех.

— Может это повлияет на дату свадьбы? — невеселая усмешка растягивает мои губы. — Отодвинет ее?

— Это вряд ли. Наоборот, крепкий союз будет важен и для нас, и для Ахмедовым, — заключает брат.

Фамилию прежде вражеского клана он произносит с оттенком ругательства.

Увы, ничего не понимаю в этих интригах.

— Прости, Юля, — он целует меня в лоб. — Пора ехать.

Киваю, провожаю Стаса взглядом, а потом прохожу в дом. Стараюсь проглотить ком в горле, но получается плохо.

— Доченька, ты уже выбрала платье?

Мелодичный голос матери заставляет меня обернуться.

Она с улыбкой подходит ближе.

— Завтра у нас торжественное событие, — говорит.

— Помолвка, — тяжело выдыхаю.

— Прекрасно, — мама буквально сияет. — Значит, ты уже знаешь. Доча, ну не будь с такой кислой миной. Ты ведь красивая девочка.

Невольно приподнимаю бровь.

Мама легонько треплет меня по щеке.

Рефлекторно отстраняюсь.

— Красивые девочки должны улыбаться.

Я что, кукла какая-то?

Ну да, в принципе так мама меня и воспринимала. Максимум внимания мне уделялось на людях, когда мы выходили «в свет» и можно было эффектно продемонстрировать дочь как одно из достижений. Вроде нового автомобиля, который только выпустили с завода. Или свежей коллекции драгоценностей.

Вот мои новые бриллианты. Вот платье прямо с красной дорожки модного показа. А вот моя любимая дочка.

Дома мною занимались няньки или наша старшая горничная.

Иногда я задумывалась, как так вышло, что именно эта горничная, София, мне оказывается ближе родной матери? Наверное, потому что с ней я могла хотя бы поговорить, доверить ей секреты, поделиться переживаниями. Если я что-то такое пыталась рассказать маме, та смотрела на меня как на инопланетянку.

— Любопытно, — обычно замечала она.

Кивала и старалась поскорее спихнуть меня на кого-то другого.

— Юля? — с удивлением выдает мама теперь.

Ее идеальная бровь недоуменно приподнимается.

— Извини, мам, — говорю. — Занята.

— Да? Но…

— Не до улыбок, — обрываю. — Надо выбирать платье.

Разворачиваюсь и буквально взмываю вверх по лестнице. Несусь к своей комнате так, что чуть не сбиваю Софию с ног.

— Прости, — выпаливаю.

Толкаю дверь. А дальше — сразу к шкафу. Почти уверена, что подходящего платья у меня нет. Вероятно, могу успеть купить нечто такое, чего мне и правда сейчас хочется.

Но черт, слишком много чести для Рената. Специально ехать в магазин за каким-нибудь действительно развратным платьем, только бы его позлить.

Распахиваю гардеробную.

Вещей битком.

Начинаю доставать один наряд за другим. Бросаю все на диван в центре. И очень скоро там уже вырастает целая куча вещей.

— Юля, ты в порядке? — слышится голос Софии позади.

— Нет, — выдаю нервно.

Шагаю назад, качаю головой и обессиленно падаю на диван рядом с ворохом своей одежды.

— Я буду в порядке, только если эта проклятая свадьба отменится, — признаюсь прямо.

София подходит ближе.

— Я все это уберу сама, — говорю, взмахивая рукой, указываю на беспорядок, который здесь натворила за считанные минуты. — Мне нужно успокоиться.

— Так странно складывается жизнь, — замечает София.

— Ты о чем?

— В детстве вы с Ренатом неплохо ладили.

— Что? — даже приподнимаюсь от удивления, мне кажется, сейчас я просто ослышалась. — Мы не могли… он же… он просто…

В голове вертятся лишь ругательные слова.

— Да, Юля, — уверенно говорит она. — Хорошо вас помню тогда. Конечно, ни твоему отцу, ни Ахмедову-старшему ваше общение совсем не понравилось. Но вы явно тогда потянулись друг к другу.

Легкая улыбка играет на ее губах, словно она сейчас четко видит какой-то милый момент из прошлого.

Но я ничего милого представить не могу. На ум никаких воспоминаний не идет. Даже сложно вообразить, где мы встречались.

Нет, бывали общие мероприятия, когда собирались представители четырех кланов. Даже в периоды вражды. На какой-то нейтральной территории.

Однако общение с Ренатом?

Ребенком его вообще не помню.

Тут мой рассеянный взгляд падает немного в сторону. За спину Софии. Утыкается в яркое пятно.

И мне уже совсем не до детских воспоминаний.

Отлично. Знаю, в чем пойду на эту ненавистную помолвку. Уже вижу, как исказится самодовольная физиономия Рената, когда он меня увидит.