Глава 68

Глава 68. Он позаботится о тебе

Мэри пять лет назад

Я даже поверить не могла. Смотрела на его место и все ждала…

Спросить конечно было некого. Может отошел за чем-то? Как Эльза к примеру. Забыл книгу?

Но пара шла, а Нэйта не было. Я даже не могла сосредоточиться на материале.

— Некромант-то наш походу решил отдохнуть, – раздался чей-то голос сзади.

— Слава духам, а то у меня от него мурашки, – ответил другой студент.

Нэйт? Отдохнуть? Нет, это не про него.

Голова все еще болела из-за магии отца. А еще теперь я жутко нервничала из-за Нэйта.

Что с ним? Заболел?

Или что-то произошло, что я пропустила?

Третья пара… Он не пришел. Это уже было слишком.

Нэйт запрещал мне подходить к его комнате. Он очень осторожничал. Но мне необязательно было это делать. Ведь я могла все спросить у Китти.

Старалась успокоиться, а сама уже вся была на нервах. Почему он не пришел? Это так странно.

Но раз Нэйт недоступен, то я отправилась на поиски его сестры.

Она должна была прийти в столовую, скоро ведь ужин. Я отправила туда.

Есть в таком состояние я не смогла. Бессильно сидела с водой и ждала, когда Китти придет. Но и ее не было…

Задержалась?

Да, как же так? Такого еще никогда не происходило.

Я пошла посмотреть расписание. Если судить по нему, пар у Китти не было. Наверное, она у себя в комнате. Туда я и побежала.

Однако и там оказалось пусто. Я стучала около пяти минут. Но мне никто не открыл.

— Сейчас дверь испортишь, – возмутилась соседка Китти. Ее подселили только недавно. Достаточно своеобразная особа, но в целом терпимая.

Она шла откуда-то по коридору. Впервые была рада ее видеть.

— Привет, – я постаралась быть дружелюбнее. – Я не могу найти Китти, не знаешь где она?

Девушка тряхнула плечами, затем поднесла ключ и открыла комнату.

— Ее не было на парах, – сказала она. – Не имею не малейшего представления, почему.

Все, это был последний удар. Китти пропустила пары? Да как же так… Они с Нэйтом были прилежными учениками. Может, заболели? Может, что-то случилось с отцом? Он у них так болел…

Мое терпение дало трещину. Пусть Нэйт запрещал ходить к нему в комнату, но что-то точно произошло!

Поэтому я нарушила запрет. Пусть ругается. По-другому я не могла.

Постаралась прошмыгнуть незаметно. В корпусе некромантии всегда было пусто и тихо. Благо, что и сегодня.

Этот корпус был явно рассчитан на большее количество учеников. Но некромантов сильно не доставало, их то отчисляли, то они закрывали потенциал еще до зачисления. Поэтому здесь всегда жили всего пара человек.

Прошла к знакомой комнате и хотела постучать, но дверь открылась прямо предо мной.

Там я, наконец, увидела Китти и Нэйта! Слава духам! Эти прятки чуть не свели меня с ума!

— Мэри, – прошипел Нэйт. – Тебе здесь нельзя…

— Я переживала! – тут же сказала я, залетая в комнату. Да, точно Китти не закрыла. Она всегда забывала закрывать двери. – Вы оба исчезли, я не знала, что и думать!

И все же эти слова я произнесла с огромным облегчением. Я думала, что сейчас все посмеются и объяснят причины их отсутствия, но они напряглись.

Я посмотрела на Китти. Всегда живая, веселая и общительная, сейчас она даже не поприветствовала меня. Просто опустила голову.

— Что… что происходит? – спросила, не выдержав тишины.

— Мэри… мы… мы переводимся в другую академию, – шепнула Китти и застыла.

Я тоже замерла. Обдумывая услышанное…

— Мы? Но куда, мы? Почему? – тряхнула я головой, пытаясь переварить полученную информацию.

Брат и сестра застыли. Я посмотрела на Нэйта, он сжал губы в узкую линию.

— Стойте, я… это что шутка?

Снова тишина. Снова Китти потупила взор.

— Оставь нас, – кинул Нэйт и посмотрел на сестру.

— Но… Мне тоже надо…

— Китти, вы поговорите потом, сначала я, – резко отрезал Нэйт.

Это было на него не похоже. Особенно последние дни. Ведь после… после нашей ночи… Он стал мягче, заботливее, улыбчивее. И теперь такой холод.

— Китти! – ещё раз строго повторил Нэйт, и она кинула на меня взгляд полный… сочувствия?

— Да что происходит? – спросила я уже со злостью, вся эта обстановка пугала и вызывала невольное раздражение.

— Тэр, будь добр, проводи мою сестру, –кинул он фамильяру, и тот, выпрыгнув из кармана, побежал к сестре некроманта.

Молчаливый Тэр…

Даже слова не сказал.

Да такого никогда не было!

Китти сморщилась, а после подошла ко мне и… обняла.

— Мы позже поговорим, ладно? Я… буду тебя ждать. Приходи, Мэри. Я буду ждать. Что бы ни случилось, я тебя люблю.

Эти слова совсем выбили почву из-под ног.

— Леди Мэри, вы… вы замечательная, – тихо пропищал Тэр. Он посмотрел на меня всего на миг, а после снова уткнулся в пол. Перед тем, как крыс пошёл к двери, я уловила момент, когда он посмотрел в сторону своего хозяина с каким-то непонятным осуждением.

Китти же резко отстранилась и вместе с фамильяром Нэйта вышла из комнаты. Теперь мы с некромантом остались одни.

Я посмотрела на своего жениха, пытаясь понять происходящее.

— Светлые духи, я думала, ты заболел, – сказала, желая подойти, но он сделал резкий шаг назад. – Или ты и правда заболел? Что происходит? Тэр какой-то… странный! И Китти. Почему Китти так со мной говорила? И что значит: мы переводимся? Мне только одобрили документы…

В голове все не укладывалось. Я застыла вновь, пытаясь сложить этот пазл. А Нэйт молчал, словно не желая мне помочь, хоть немного…

— Куда мы переводимся?

— Мэри, я и Китти переводимся в другую академию. Сегодня подали документы.

— Но я не могу перейти в другую академию, я только оплатила…

— Ты и не переводишься, – перебил меня некромант.

— Вы… Вы переводитесь… Без меня?

Я спросила это, но сама даже не понимала сути слов. Это казалось столь абсурдным. Просто несуществующим. Всё ведь только наладилось. Мы с Нэйтом… стали ближе, я подружилась с Китти, отец разрешил мне остаться.

Сказанное просто не могло быть правдой.

Однако Нэйт считал иначе:

— Да, – коротко ответил он.

Эта информация совсем меня запутала. Но я стояла и хлопала глазами. Больше ничего не могла…

— Но… Почему?

Мой разум начал подбирать хоть какие-то оправдания. Ведь должна быть хоть какая-то причина. Нэйта совсем достала эта академия? Он не выдержал. Да. Наверняка, так и есть.

— То есть, я тогда тоже хочу, – непонимающе продолжила я. – Но как?

— Нет Мэри, ты там не нужна.

Что? Мне послышалось? Что за глупости?

— Нэйт, я… я… не понимаю…

— Мэри, мы расстаемся, – произнес некромант и посмотрел мне в глаза. И тут… тут я окончательно потеряла нить происходящего.

Это был не шок. А попытка осмыслить сказанное. Все казалось каким-то несуразным сном. Это настольно абсурдно, настолько несуществующе, что просто не может быть правдой. Я могла поверить в тысячу прочих слов, но не в это.

— Так… подожди… Я… просто… не понимаю… – начала спешно шептать я. В это мгновение я ещё даже не успела испугаться или испытать какую-то боль. Ведь просто не верила.

Я даже вдруг улыбнулась. Нервно. Истерично. Потому что это какая-то несмешная шутка, но не более. Сейчас Нэйт посмеется, скажет, что просто обманул меня. А я буду на него ворчать весь вечер, потому что… совсем несмешно.

Однако, увы, некромант был очень серьёзен.

— Мэри, мы расстаёмся, – снова повторил Нэйт. Сухо, жёстко, смотря прямо в глаза. – Наши отношения были ошибкой. Я переведусь в другую академию, а ты останешься здесь. Вот так.

Я застыла. Потерялась в пространстве. Нервно огляделась, чтобы понять: а это вообще реально? Зажмурила глаза и открыла вновь. Попыталась отогнать наваждение, но ничего не изменилось.

Я не сплю.

Тогда я вновь посмотрела в синие глаза Нэйта, и окончательно поняла… всё сказанное – реальность.

В груди моментально закололо. Горло начал царапать ком. Губы дергались, но я не находила слов.

Что… Это… Что?!

— Ты… меня бросаешь? – эти слова дались мне с таким трудом, словно их ножом вырезали у меня на губах. И они не сорвались ломанным звуком, а пролились настоящей кровью.

Всё потому, что этого же просто не может быть…

Мы ведь с ним…

Он мне клялся…

— Да, – коротко, жестоко, без объяснений. Простое сухое: «да».

Я исступленно смотрела на Нэйта, ожидая ещё хоть чего-то. Каких-то объяснений. Ведь мне самой было больно и тяжко говорить. Каждое слово теперь приходилось из себя выдавливать. А вот он выглядел спокойно. Глядел на меня строго, держался собранно.

И всё, что мог мне ответить, это простое: «да».

Абсурд.

— Нэйт, это не смешно…

— Мэри, я не стал бы о таком шутить. Мы расстаемся, я перевожусь. На этом конец.

На миг Нэйт сморщился, словно почувствовал боль, или может… может, это презрение? Я не поняла, ведь он отвернулся. Просто повернулся ко мне спиной. Словно меня для него и не существовало.

— Нэйт… – позвала я его, но он не повернулся. Тогда сделала пару шагов вперед и дотронулась до его плеча, и он тут же отлетел в другой конец комнаты.

Словно я прокаженная!

— Мэри, все кончено, – прорычал он, у него даже покраснело лицо. Неужели от злости?

Слова ранили. Мне казалось, у меня внутри разрастается чёрная дыра. Но действие…

То как он отшатнулся, покраснел, зарычал. Всё это пугало и било под дых. Мешало дышать. Давало чёткое осознание: никакая это не шутка.

Но разве я заслужила такое?

Почему?..

У меня появилось лишь одно душащее предположение.

— Я тебе не понравилась? – из глаз хлынули предательские слезы. – Да? Из-за, той ночи?

Я не хотела плакать, но не могла остановиться. Вместе со слезами горло сковало настоящее удушье. Меня будто лишили воздуха. Это было сродни приступу. Словно все эти жестокие слова превратились в веревку, которую обязали вокруг моей шеи. И теперь Нэйт натягивал её всё сильнее.

И вдруг после моего предположение Нэйт смягчился.

— Нет, Мэри, нет же, – он сделал шаг вперед, словно сейчас обнимет. Но застыл в метре от меня.

Я так надеялась на этот простой жест. Но эти объятия. Но когда он замер, то не выдержала. Сорвала эту невидимую веревку, которая душила меня до хрипа, и почти истерично прокричала:

— Тогда что?! Какая причина, Нэйт? Что я сделала не так?!

Закричала, всхлипнула, не сдержала терпких, прерывистых вдохов. Хотела упасть на пол, но еле удержала себя. Это была не просто боль. Это настоящая жестокая безысходность. Когда тебе говорят какой-то бред, который поменяет всю твою жизнь, а ты мечешься, плачешь, но… ничего не понимаешь.

— Все так… пожалуйста, не плачь…

— Это все шутка? – снова спросила с глупой надеждой.

— Нет, Мэри, не шутка. Это взвешенное решение, – словами Нэйт вбивал нож всё глубже в моё сердце.

Я ощущала, как лицо становится мокрое от слез. Как щеки горят, а нос забивается. Как истерика подбирается к горлу, раздирая его, а в висках нечто жутко колотится. Руки трясутся, ноги становятся ватные, и хочется только кричать:

— Тогда какая причина?!

— Нет причины.

— Нет, всегда есть причина! Скажи, что не так… Почему… Это не смешно!

И тут он сделал последний выстрел прямо в сердце.

— Я тебя не люблю. Я никогда тебя не любил, – такой холодный, чужой, совершенно не мой Нэйт. – Я тобой воспользовался. Ты… хороша в постели. Мне… мне все понравилось. Но насильно мил не будешь. Поэтому все.

Это было состояние сродни контузии. Будто огрели по голове чем-то очень тяжелым. У меня зазвенело в ушах. Свет не изменился, но глаза защипало как от яркой вспышки. Казалось, что я вот-вот упаду.

Разум заезженной, старой пластинкой начал повторять эти слова вновь и вновь.

«Не люблю».

«Воспользовался».

«Хороша в постели».

Этот предательский мозг будто вечность повторял эти фразы голосом Нэйта. Сердце изнывало от боли, а разум ещё больше напирал, словно говорил: «ты ошиблось, полюбило, доверилось, и посмотри, где мы теперь».

Но неужели я оказалась просто наивной дурой?

Этот мир очень жесток. Я знаю. Но… но нельзя столь искренне говорить о любви, лишь чтобы переспать. Это невозможно. Это запредельно. Просто ужасно!

Наконец, я почувствовала, будто на меня вылили холодную воду. Вынырнула из повтора этих ужасных слов, вдохнула, среди белесой пелены вновь увидела Нэйта, и всё, что смогла, это жалко простонать:

— Но ты говорил… говорил, что любишь… – все еще смотрела на него, все еще надеялась, что это все бред. – Ты клялся…

— Я в…рал… – голос дрогнул, но после Нэйт сжал челюсти и тряхнул головой.

Врал? Нет. Нельзя. Нельзя быть настолько коварным, мерзким лжецом. Это просто невозможно!

— Ты не мог врать, – мой голос прозвучал истерично, громко, бессмысленно. – Ты не мог… Ты просто… просто… – я хватала ртом воздух, и одновременно выдавала поток несвязных звуков, подобно подстреленному, умирающему животному. – Ты не мог… не мог меня разлюбить так быстро!

Я сделал шаг, и Нэйт снова отшатнулся обратно к столу.

— Пожалуйста, нет, – меня затрясло, я пыталась отрицать реальность. Словно если просто попросить рану не кровить, она тут же зарастет. – Пожалуйста…

Еще один шаг, и Нэйт снова ускользает. Зато я подвернула ногу и рухнула. Ударилась коленками прямо о ледяной пол, но боли не почувствовала. Меня мучила совсем другая боль. Не физическая, а душевная.

Она рвалась наружу, заставляя меня метаться между двумя состояниями. Когда включался разум, я кричала. Хотела подойти, чтобы ударить его. Чтобы ему тоже было больно. Хоть на секунду, чтобы понял, насколько сильно меня ранил. Я готова была обвинять, вопить, трястись от гнева, но…

… но как только о себе напоминало сердце, как только я вспоминала как сильно люблю Нэйта, и насколько я ему доверилась… в это мгновение всё, что я могла – это превратиться в подбитого зверька. Загнанного в угол ужасным лжецом. Который мог лишь скулить и умолять, чтобы его плоть и душу не рвали так сильно. Чтобы не делали слишком больно. Потому что слова Нэйта ранили сильнее, чем клыки хищника. Они вгрызались глубже. И тогда я могла лишь плакать и хвататься за веру, что весь этот бред нереален.

Но Нэйт забирал эту веру. С каждым словом он добивал меня. Делал всё больнее.

И лишь на миг дал мне отдушину:

— Мэри… прошу тебя… пожалуйста…

Почувствовала, как руки поднимают меня с пола. Как прижимают к себе. Как вытирают слезы. Уткнулась в его рубашку, вцепилась ногтями.

— Мэри, это не конец света, – шепнул он мне на ухо. – Это всего лишь первые отношения, ты быстро меня забудешь.

Он… он это серьёзно?

— Нет! – болезненно прокричала я. – Ты не понимаешь, что я люблю тебя?! И я знаю, ты тоже меня любишь! Ты любишь меня! Ты сам говорил! Ты не мог врать!

Посмотрела в его глаза. Попыталась поверить в собственные слова.

— Это все неправда, – крик сменился беспомощным шепотом.

Нэйт ответил не сразу. Он смотрел на меня обессиленную, плачущую, душевно погибающую. Мне показалось, что я прочитала жалость в его синих глазах. Это дало мне надежду, но вдруг…

— Это все было ошибкой, – коротко заключил он. – Ты быстро меня забудешь.

— Забуду… –повторила за Нэйтом. – И… и что? Заведу себе другого? Буду с ним говорить, есть, спать… Целовать его! И ты… ты сможешь с этим жить?

Реакция. Я жаждала реакцию. Ведь я сама даже на секунду не могла представить, что МОЕГО Нэйта целует другая. А он вот так просто меня отпустит?

Нэйт стиснул зубы. Я думала, что он образумился, все понял…

— Не сможешь! Скажи, что не сможешь! – потребовала я, заглядывая в глаза.

— Смогу, – ответил он и отстранился, отведя взгляд. Теперь Нэйт снова стоял напротив меня в нескольких шагах. Кажется, отошёл даже дальше, чем раньше.

Сможет. Вот так просто. Словно ничего и не было…

— А я не смогу, – болезненно прохрипела сквозь слезы.

— Сможешь, Мэри… хватит.

Хватит что? Унижаться? Умолять? Требовать? Я почувствовала себя такой… жалкой, нечастной, такой… опустошенной.

Мне хотелось накричать на него, обозвать, уйти. А в следующую секунду хотелось прижаться, умолять, клясться в любви и… требовать! Требовать исполнить клятву.

Я очень хотела быть сильной. Разум твердил, что пора перестать скулить. Пора вспомнить о гордости. Встать и уйти. Послать его в бездну! Ведь если он и правда так поступил, то с таким ужасным человеком я знаться не хочу, но…

То был разум.

Сердцем я боялась. До ужаса боялась! Было страшно, что я сейчас уйду, и больше… больше никогда его не увижу. Не обниму, не поцелую, не ощущу его тепло. Сердце стучало и требовало всё исправить. Твердило, что только сейчас я могу чего-то добиться. А там, за дверью, всё будет кончено.

И сердце побеждало, ведь…

— Я так люблю тебя, – жалко повторила с надеждой. Что может быть ещё более весомо, чем эти слова? Что можно предложить человеку более ценное, чем свою любовь, лишь бы он не уходил?

— Мэри, я позвал Китти, – вместо ответа сказал Нэйт. – Я уйду, а ты останешься.

Вот так просто он дал мне понять, что если не уйду сама, то он разорвет всё сам. И ничего не исправить.

— Ты говорил, что любишь, – голос от крика сорвался, и я могла лишь шептать.

Снова заглянула в его глаза. В них точно что-то было, но… это не то! Где… где та нежность, которая была еще недавно? Любовь? Забота? Восхищение?..

— Ты со мной переспал. Если… если не любишь… то зачем?

Нэйт отвернулся. Что это? Я смогла достучаться?

— Было…интересно, – сухо ответил он. – Знаешь, Мэри, мужчинам в постели нет дела до любви. А у тебя есть все внешние качества, чтобы хотеть тебя без прочих чувств.

Чувство боль уступило ненависти. Интересно? Интересно?! Он лишил меня невинности, потому что ему было интересно?!

— Однако я всё же чувствую себя несколько виноватым, – произнес он всё также бесцветно, словно «виноват» в том, что потерял мою книгу, а не забрал невинность. И всё же в следующее мгновение слова Нэйта стали куда серьёзнее: – Поэтому я даю тебе клятву, что помогу, даже когда ты окажешься в безвыходной ситуации.

Поможет мне? Какая глупость. Это что такая королевская подачка?

В дверь постучали, и Нэйт выдохнул. Я тут же повернулась и пошла к выходу.

— Мэри, тебе не стоит в таком виде. Лучше тебе поспать, а после…

Заботится? После всего сказанного? Какое… лицемерие!

— Не тебе решать, – разум взял вверх, и я огрызнулась. – Как хочу, так и буду ходить.

Хотя ведь такая глупость дерзить тому, кому на тебя плевать.

— Мэри? – я столкнулась нос к носу с Китти, которая стояла на пороге. Она застыла в ужасе, оценивая мой внешний вид.

— Я хочу побыть одна, – сказала даже без слез и застыла… как жалкая попрошайка. Застыла, стоя спиной к Нэйту и борясь с желанием бросить последний взгляд.

— Леди Мэри, – с горечью протянул моё имя Тэр.

Китти хотела меня обнять, но я смогла увернуться.

— Не трогай меня сейчас! Я хочу… хочу побыть одна. Пожалуйста, оставьте меня.

— Но… – начала Китти.

— Мне просто нужно побыть одной, – кинула я напоследок точно в бреду и выбежала из комнаты.

— Нэйт, что ты сказал… как же ты мог?! – услышала я напоследок, прежде чем Нэйт скрыл магией звук из комнаты.

Вот так просто. Просто взял и закрылся. Вычеркнул меня из своей жизни. Сухо и безжалостно.

Тот самый Нэйт, что цитировал книги.

Тот самый Нэйт, что нес меня на руках.

Тот самый Нэйт, что грел мои холодные пальцы…

Теперь ему было плевать. Он… попробовал… интересное…

И больше я ему неинтересна.

Он меня уничтожил, растоптал, разбил мне сердце. И я шла на ватных ногах по коридору. Шла, шатаясь, опираясь на стену, то плача, то истерично смеясь. Я шла по какой-то темноте.

И я тонула в этой темноте, тонула в этом душащем чувстве одиночества и безысходности. Я знала, что меня ждет. Комната, спящая Эльза…

И рыдания в подушку.

Но вместо этого была только темнота. Странная, плотная темнота. В окнах даже не было звезд.

И тут я увидела силуэт мамы. Она улыбнулась мне и протянула руки. Я разрыдалась подобно ребенку и побежала к ней. Со всех ног. Как можно быстрее.

И вдруг… она просто исчезла.

Я хотела упасть и сжаться в комок, но вдруг рядом появилась девочка. Маленькая, рыженькая. Она засмеялась и внутри все потеплело. Моя доченька! Мое солнышко! Я неосознанно поняла, что это именно она. Снова побежала, но… я не успела подойти, потому что и она просто растворилась во тьме.

Эта тьма. Она заполнила все вокруг. Детский смех уже не казался дружелюбным, он перетекал в насмешки одногруппников, в оскорбления, в гогот отца.

Я схватилась за голову и кружила на месте в полной темноте без лучика надежды… Я пыталась схватиться, сама не понимая за что, а после чувствовала, как падаю.

Темнота превратилась в воду. Но странную. Она не заполняла легкие. Это была пучина, которая тянула на дно. Я попыталась сопротивиться, барахтаться, но сил не было. Да и ради кого? Ради кого стараться и жить? Ради кого выплывать?

Нэйт бросил меня.

Мама умерла.

Моей доченьки нет и не было.

Зачем мне пытаться и плыть?

Тогда я расслабилась, и позволила пучине утянуть меня. Закрыла глаза. Больше не пыталась ни только не двигаться, но даже дышать.

Стало холодно. Очень-очень холодно. Наверное… так ощущается конец.

Но вдруг…

Меня резко вытянули и прижали к себе. Заставили вновь задышать. И это… это был Нэйт.

— Все будет хорошо, Мэри, – раздался почему-то не голос Нэйта, а голос мамы. – Он позаботится о тебе.

Я слегка отстранилась и вгляделась в силуэт Нэйта. Он был ненастоящий… без тепла… без запаха.

— Это все сон, – прошептала я в воздух. Я не могла понять, что именно настоящее, а что нет. Разум не мог отличить иллюзии от воспоминаний. Но я точно знала: что-то было не так.

— Я люблю тебя, – прошептала иллюзия.

— Ты бросил меня.

— Но сейчас я рядом…

— Ты ненастоящий! – со злостью сказала я и ударила его по груди. – Ненастоящий!

Повторила и с ужасом поняла, что он растворяется. Меня охватил настоящий, неподдельный страх. Хоть я и кричала, но так хотела, чтобы переубедили. Чтобы дальше обнимали. Чтобы согрели. Чтобы дали понять, что я не одна.

Но он… исчезает? Снова?

— Нэйт! – закричала я, цепляясь за воздух. Но как бы я не пыталась, от него осталось лишь небольшое белое пятно. – Нэйт, останься! Если любишь, будь рядом! Ты мне так нужен!

И… и я даже не поняла, что произошло. Вдруг снова почувствовала его снова. Он обнял уже с другой стороны. Оказался рядом во плоти. Горячий, все с тем же запахом. Убаюкивал меня, держа руками изо всех сил.

— Нэйт, – всхлипнула я, чуть отстраняясь. Он застыл. Я… я проснулась? – Ты… настоящий? Ты теперь рядом? Или… снова исчезнешь… как все остальные…

Прошептала с ужасом, понимая, что все еще могу спать. Не понимала, где реальность, а где кошмары и отзвуки прошлого. Но Нэйт дотронулся пальцами до моей щеки. Его кожа была теплой.

— Мэри, я рядом. Я был за дверью, когда ты меня позвала. Я же обещал…

— Обещал… Тогда ты тоже обещал, – сказала, чувствуя, что губы слиплись от сухости.

Нэйт слегка отклонился и дал мне стакан воды. Все кружилось и шло рябью.

— Теперь все по-другому, Мэри. Теперь я рядом. Я всегда буду рядом.

Я осушила стакан залпом и закрыла глаза. Вода казалась настоящей.

Одна рука все еще держала пустой стакан, а вторая… вторую держал Нэйт. Сон, реальность, воспоминания. Я совсем запуталась.

— Я так устала, – прошептала я, чувствуя, что глаза слипаются. Я отдала стакан и услышала, как Нэйт поставил его. А после потянулась вбок. Обратно… в кровать. Я боялась, что если усну, то вновь останусь одна. Но Нэйт не отпустил моей руки. Он лег рядом

Поднес руку к губам и… поцеловал? А после прижал меня к себе.

— Ты замерзла, – заботливо сказал он.

И правда, мне было холодно. Одеяло, наверное, оказалось, слишком легким. Это казалось логичным. Реальным. Не сновидением.

— Ненавижу замерзать ночью, – прошептала в полудреме, уже закрыв глаза. – От холода всегда снятся кошмары.

Нэйт прижал меня сильнее. Такой… настоящий…

— Больше ты не будешь мерзнуть, обещаю. Я буду греть тебя и прогонять кошмары. Каждую ночь.

Остаток фразы я уже слышала в полусне. Поэтому не могла ни спорить, ни возражать. Даже не могла понять до конца смысл сказанного.

Но холод действительно ушел, а вместе с ним и кошмары. Остался только запах горячего шоколада и такое нужное мне тепло.

А еще голос, эхом раздающийся у меня в голове:

— Он позаботится о тебе, – говорила мама.