Глава 36

— Вот это новости! — потрясённо резюмировала Эмили, услышав от меня, как Эшворд наказал Катарину и других участников сегодняшнего инцидента. — Теперь к тебе точно никто не сунется, чтобы участь Дальмон не повторить.

— Лири, напомни, если вдруг забуду, что с тобой опасно ссориться, — хмыкнула Жанина, которая тоже заглянула к нам перед сном. — Её действительно отчисляют?

— Эшворд на этом настаивает. А я думала, раз всех, у кого есть магия, обязывают пройти обучение, то отчисление невозможно, — вспомнила я спорный момент, который смущал.

— На третьем курсе возможно. Для постановки на учёт этого достаточно, но такие наказания применяются нечасто, только в крайних случаях. Значит, слухи врут, и у вас с женихом всё в порядке, раз он так за тебя заступается? — в глазах Эмили зажглись огоньки исконно женского любопытства.

Вот только сплетен и девичьих откровений мне сейчас не хватало!

— Он просто посчитал поступок Катарины личным оскорблением, — устало отмахнулась я, не желая продолжать этот разговор, и намекнула: — Девочки день выдался нелёгкий, у меня глаза слипаются.

— Сейчас уйду. У меня только пара вопросов. Не волнуйся, не про Эшворда, — хмыкнула Жанина и вдруг сунула мне в руки моё же самодельное платье из полиэтилена. — Эмили уверяет, что ты сама это сделала, правда?

— Да, пришлось выкручиваться, а под рукой ничего другого не оказалось. — Её интерес удивил, это всё же не шёлковое бельё.

— Красиво, но материал, конечно, никуда не годится. В таком наряде на людях не появишься, — вздохнула девушка. — Жаль. Мне нравится. Особенно розочка.

— Да, для бала не годится, из этого разве что дождевик сделать можно, — согласилась я, машинально прикинув, как он будет выглядеть.

— Что за дождевик? — мгновенно заинтересовалась Жанина.

— Что-то вроде лёгкой накидки от дождя в тёплую погоду вместо плаща, — объяснила со вздохом, потому что на горизонте замаячила новая авантюра.

— Может, ты или твоя подруга сделаете мне такой? Только красивый и с розочками? Я в долгу не останусь! — разумеется, загорелась идеей эта любительница экспериментировать. — Кстати, подруга не говорила, когда я получу своё бельё?

— Скоро. Думаю, в ближайшие дни, а насчёт дождевика — посоветуюсь с ней. Тут нужно подумать. Так что быстро не жди.

Удовлетворённая таким ответом Жанина ушла, задумчиво бросив на прощание:

— Неужели Иоланта Вильтор действительно будет заниматься уборкой? Хотела бы я увидеть её физиономию в этот момент!

Я невольно хмыкнула, представив, как высокомерная блондинка с кислой миной натирает пол, но, если честно, до конца не верилось, что все эти строгие взыскания завтра не отменят. Если родители Катарины и Иоланты заявятся к ректору с жалобами и угрозами, он ведь может и не поддержать решение Эшворда.

Утром о вчерашнем происшествии, похоже, знала вся академия. К тому, что на меня все косятся, перешёптываясь за спиной, я привыкла и научилась не обращать на это внимания. Но теперь со мной вдруг начали здороваться даже те, кто раньше нос воротил и считал пустым местом!

Не скажу, что это радовало, скорее напрягало. Хорошо ещё, что приставать ко мне с расспросами никто не спешил. Катарины на занятиях не было. Я слышала, как девушки шептались, что видели её утром с родителями и чемоданом, покидающую академию. Значит, отчисление не отменили!

В столовой в обеденный перерыв я обнаружила, что со мной уже не только продолжают здороваться, но и до улыбок снисходят. Иоланта за своим обычным местом отсутствовала, её свита сидела притихшая и приунывшая. Они лишь изредка косились в мою сторону, избегая встречаться со мной взглядом напрямую.

На этом перемены не закончились. За обедом к нам с Рубиной подсели Эмили и Флоренс, а чуть позже присоединилась и Жанина.

— Чего ты удивляешься, Лири, с тобой теперь лучше дружить, — хмыкнула она в ответ на мой вопросительный взгляд. — По академии такие слухи ходят! Будто Эшворд сошёл с ума, и чуть ли не выгнал Вильтор из академии ради тебя.

— Чушь какая! Он только об отработке говорил, — возразила я, удивляясь, откуда берутся такие фантазии.

— Да что там слухи, я утром была в административном крыле и лично видела, как от ректора с несчастным видом выходила Иоланта с семьёй. Наша принцесса возмущалась полученным наказанием, а отец ей строго так сказал, что придётся терпеть и делать то, что скажут, раз не умеет контролировать своё поведение, — понизив голос, поведала нам Флоренс. — Но она точно остаётся. Речь шла об отработке. А вот Дальмон, похоже, всё. В академии больше не появится.

— Как же она теперь? — невольно вырвалось у меня. Разумеется, Катарину я не простила, но представляла, как ей сейчас тяжело. Вдруг в этом мире диплом академии — единственный шанс хоть как-то устроиться в жизни. Не хотелось бы стать пусть и невольной виновницей чьей-то сломанной судьбы.

— Не пропадёт, — словно прочитав мои мысли, беспечно отмахнулась Эмили. — После двух курсов она легко поступит почти в любое ремесленное училище или переведётся в провинциальную академию. Родители у неё не бедные, всё устроят. Это, конечно, не так престижно, но ничего страшного, переживёт.

Постепенно разговор перешёл на другие, более нейтральные и лёгкие темы. Мы, можно сказать, просто заболтались. Я даже вспомнила почти забытое ощущение, когда мы с коллегами вот также непринуждённо общались в кафе за обедом. Это было приятно.

Жанина рассказывала какую-то забавную историю о своей соседке по комнате, которая перепутала ингредиенты для зелий и вместо бодрящего настоя сварила снотворное, а потом едва не уснула на занятиях, но вдруг замолчала на полуслове. Посмеивающиеся девушки тоже вдруг притихли, почти испуганно глядя куда-то поверх моей головы.

Обернувшись, я увидела остановившегося возле нашего стола Кристиана Эшворда. Он стоял, заложив руки за спину, и смотрел на меня.

— Добрый день, леди, — вежливо поздоровался Эшворд и замолчал, будто чего-то выжидая.

Мои собеседницы, поприветствовав его в ответ, поднялись и направились к выходу, сказав, что будут ждать меня у входа. Жанина ещё и подмигнула мне со значением. А жених, к моему удивлению, опустился на одно из опустевших мест и поинтересовался всё ли у меня в порядке.

Это было настолько странно и неожиданно, что я лишь молча кивнула, мысленно гадая, чего ему понадобилось. Наверное, тем же вопросом задавались и все, кто присутствовал в столовой, уставившиеся на нас с неприкрытым любопытством. Блеск. Представляю, какими слухами пополнится академия к вечеру!