Глава 42. Ор Файр

— Какого Ругра, Ларстор?! — чуть ли не визжа, в кабинет влетает Рейра. — Что этот оборванец делает в гостевой башне?!

Отрываю глаза от отчета, который мне с утра принес мой осведомитель. И так настроение отвратительное, а Рейра еще и портит его.

— Советую тебе выбирать выражения, — тихо, чтобы не позволить рыку вырваться наружу, произношу я. — Тебе придется уважительно обращаться к нему. И очень не советую спорить со мной.

— Что? Да с чего вдруг? — она взбешено взмахивает руками.

— С того, что я так сказал, — пристально смотрю на ее сверкающие, взбешенные глаза и то, как краснеет ее декольте.

Сколько притворства, напыщенности, веры в уникальность… А на самом деле просто очередная жаждущая власти и поклонения кукла. Надо было все же расторгнуть тогда помолвку, а я тянул, ожидая “подходящего” момента. Будем считать, что он уже подходящий.

Только вот ей я пока ничего не скажу. Пока не выясню кое-что.

— И что?

Поднимаюсь из-за стола и опираюсь на него ладонями. Как же бесится дракон…

— Лейт Файр — мой сын. Официально и навсегда, — медленно говорю я, наблюдая, как вытягивается лицо Рейры. — И ты, если на что-то рассчитываешь, будешь с этим фактом считаться.

— Что?! — ее глаза округляются, теперь краснеет и лицо. Она ловит ртом воздух, а потом шипит: — Как ты мог? Какой-то приемыш будет иметь те же права, что и наш сын?! Да ты хоть понимаешь, что ты делаешь?!

Поднимаю бровь и с вызовом смотрю на Рейру.

— А что я делаю?

— Все рушишь! У короля нет наследника! И если что-то с ним случится, то следующие по родству мы с Валсигом! У Валсига нет дракона, но у тебя есть! Женишься на мне, а потом станешь королем, — все больше расходится она, практически кричит. — Но я не позволю, чтобы мои дети делили трон с каким-то найденышем!

— Все сказала? — уже спокойно спрашиваю я.

Я услышал и узнал даже больше чем ожидал. Рейра замолкает, понимая, что наговорила в запале лишнего.

— А теперь иди в свои покои, приведи себя в порядок и подумай о своем будущем, — приказываю я. — Повторять сказанное я не буду.

Рейра фыркает, подхватывает юбки и выходит из кабинета, громко хлопая дверью. Что ж… Какое-то время спектакль еще продлится. Мне нужна информация и доказательства.

Снова опускаюсь в кресло и пробегаюсь глазами по документам. На молочника Фридо напали, мальчонка сильно ранен, сейчас в местной лечебнице. Вовремя. Ругр знает, чего бы мне стоило промедление.

Решаю зайти к раненому мальчонке. Он не виноват, что пострадал за другого, должен выжить.

Еще одним напрягающим событием является обнаружение лишенного магии. Третий случай, о котором я достоверно знаю, и, наверное, двадцатый, о котором просто болтают. И все в окрестностях Маргорда или столицы.

Никаких следов, никаких зацепок, никаких свидетелей. Двое до этого были отправлены в Обитель Обреченных, где их выходили, дали пожизненное содержание и кров. Остальные…

Остальные… Те технари обладали врожденной магией. Может ли так быть, что они — тоже лишенные магии? То есть получается, что они как-то оказываются у технарей, и те им помогают?

— Ор Файр, — стук в дверь отвлекает меня, и в кабинет тихо входит Хозяйка. — Мальчик… Он позавтракал, сейчас играет в своей комнате с моим сыном. Какие будут распоряжения?

— Пригласи швею, чтобы сделать ему нормальную одежду, — говорю я. — И пожалуй, договорись с хорошим учителем из города, чтобы начать обучение. Незачем терять время. Люди должны быть проверенные. И следи за орой Эрвин, чтобы ее рядом с мальчиком не было.

Она кивает и покидает кабинет.

Полдень. Пора. Я и так сегодня пропустил посещение пекарни ори Гирмур, потому что других дел было слишком много. Но вот дегустацию в лавке Альвии я точно не пропущу.

Прежде чем зайти в кондитерскую, какое-то время стою снаружи, сквозь окна глядя на хозяйку лавки. Она суетится у прилавка, улыбается покупателям и явно сильно устает. Особенно если учесть, какая была у нее сегодня ночка.

Звон колокольчика оповещает о том, что я вошел. Альвия поднимает взгляд, и в нем мелькает удивление. Она будто ожидает, что зайдет еще кто-то, но… Я один. Нечего тут делать ни Рейре, ни ее компаньонке.

— Доброго утра, ор Файр, — Альвия натягивает улыбку. — Хорошо провели ночь?

Какой красивый укол.

— Скажем так, продуктивно, ора Альвия, — прохожу к прилавку и рассматриваю пирожные на нем.

— Ора Март, — вскидывает подбородок Альвия.

Так, значит, она все же сделала это? И, кажется, я догадываюсь, кто ей помог: в самом углу за столиком сидит Штольц и с довольной улыбкой сытого кота есть пирожное. Хорошо. Я в нем не ошибся. И в Альвии тоже. Интересно, кто ей помог?

— Хорошо… Ора Март, — усмехаюсь я и показываю пальцем на одно из пирожных. — Пожалуй, я хотел бы начать дегустацию с этого.

Она качает головой и притворно округляет глаза:

— Ну что вы, ор Файр, — Альвия кладет руку на грудь. — Специально для вас и вашей невесты у меня особое предложение. Кстати, а что же она не пришла?

— Оре Эрвин нездоровится. У нее… Приступ, — вспоминаю истерику, которую устроила Рейра: ну точно же приступ. — Я возьму с собой для нее.

— Как скажете, — говорит Альвия.

Мне уже заранее не нравится эта улыбка. Нет, она красивая, как и все в Але, но за ней явно что-то скрывается.

А вот что, я узнаю, когда кладу первый кусочек пирожного в рот.

Я не люблю сладкое. Ни в каких его проявлениях. Но то, что мне подала мое зеркало… Это не просто сладкое, это сладость сахара, увеличенная во сто крат и вылитая кипятком на язык.

Магией притупляю все чувства. Обычно это используют в сражениях, чтобы снизить боль при ранении и не получить болевой шок. Но сейчас это мое единственное спасение.

Альвия пристально смотрит на выражение моего лица. Потрясающе.

Улыбаюсь и салютую ей чашкой чая, наплевав на правила приличия. Какие уж тут приличия, когда мое собственное зеркало вышло на тропу войны? Сладко мстит… Или мстит сладким?

Заставляю себя доесть десерт до последней ложки. Хотя растягиваю его до самого момента закрытия кондитерской.

— Неужели вам настолько не понравилось пирожное, что вы так долго его ели? — спрашивает Альвия, когда уходит последний посетитель.

А посетителей, надо сказать, день ото дня у нее становится все больше. И пирожные заканчиваются достаточно быстро.

— Нет-нет, — улыбаюсь я, — это самое потрясающее, что я ел в своей жизни. Обязательно положите такое же для оры Эрвин.

Кажется, в ее потрясающих глазах мелькает разочарование. Возможно, стоило бы ей подыграть, но отчего-то я опасаюсь, что тогда все быстро закончится. Что она не захочет больше “мстить”.

— Вот, держите, — она протягивает мне корзинку, накрытую полотенцем. — А теперь прошу прощения, мне нужно прибраться и идти домой, готовиться к новому дню. Дел много, и ори Гирмур помочь нужно.

Или сбежать от меня.

Но я сегодня перед тем, как прийти сюда, сначала нанял людей, которые по списку, данному ори Гирмур, прошли и закупили все, а еще помогли молочнику. Так что дел в списке Альвии явно поуменьшилось: я надеюсь, что она успеет забежать к Лейту.

— Прибраться? — спрашиваю я и щелкаю пальцами. — Так подойдет?

Это бытовое плетение я выучил еще в детстве, когда проводил много времени со старой экономкой и очень хотел помочь ей по дому. Мне изрядно влетело от отца, когда он узнал, потому что “Ор должен использовать магию для борьбы, а не для развлечения”.

Я и использовал (потом неоднократно, просто в тайне от отца). Для борьбы с грязью.

Причем, чем больше силы у мага, тем быстрее и чище оно срабатывает.

Альвия удивленно охает, когда помещение, на уборку которого она наверняка потратила бы не менее часа, становится чистым за мгновения. Я забираю корзинку, намеренно касаясь пальцами ее руки, отчего Альвия вздрагивает, но руку резко не отбирает.

— Доброго вам вечера… ора Март, — улыбаюсь я и выхожу из кондитерской.

Но не для того, чтобы уйти совсем. Отхожу и прячусь в тени проулка, наблюдая, как она рассеянно закрывает лавку и, сжав пальцами ручки нескольких пустых корзин, идет домой.

Не могу отвести взгляд, скользя им по женственным изгибам, точеному профилю, золоту волос, заплетенных в косу. Не отпущу теперь никуда. Добьюсь, чтобы была рядом.

Следую за ней до самой лавки старухи Эйну, пока Альвия не прикрывает за собой дверь крохотного домика. Наверняка там даже удобств нет: не понимаю, как консул не озаботился этим?

— Ор Файр, — заговорщицки окликает меня соседка, которая тоже продает хлеб. — Вижу, вы тоже следите за ними. Подозреваете?

Так. А вот это уже интересно… Медленно киваю.

— Вот-вот! И я говорю, что нечисто у них там все, — продолжает чуть слышно бормотать женщина. — У Фридо вон после общения с этой Альвией молоко перестало скисать. У всех скисает, у него нет. Ну точно, что-то она наколдовала! А еще я видела своими глазами, как у Эйну тесто катала скалка сама! С технарями эти двое связаны! Точно вам говорю!