Глава 48

Тень действительно пропала. Я обшариваю каждый угол поместья, каждый закоулок, каждую потайную нишу. Зову её до хрипоты, пока голос не срывается на шёпот. Заглядываю под кровати, на чердак, спускаюсь в подвал, обхожу сад и конюшню. Тени нигде нет.

— Тень! — в очередной раз кричу я, стоя посреди двора. Ветер подхватывает мой голос и уносит в сторону леса, не возвращая ответа.

Лев и другие кошки ходят за мной по пятам, будто понимая моё отчаяние. Снежок, ещё слабый после ранений, наблюдает за мной с подоконника кухни, его синие глаза полны сочувствия.

Я поднимаю взгляд и смотрю на своё поместье. Рабочие, нанятые после нашествия крыс, трудятся, восстанавливая повреждения. Стук молотков, скрип пил, голоса мужчин — все эти звуки должны вселять надежду на возрождение. Но моё сердце сжимается от беспокойства.

Где сейчас Тень? Жива ли она? И что насчёт Кайндара? После нашей последней встречи он исчез. Что, если тёмная энергия полностью поглотила его? Вдруг он превратился в чудовище?

Я встаю, отряхивая платье. Нельзя поддаваться отчаянию. У меня есть обязанности, планы, которые нужно реализовать. И сейчас, когда рабочие займутся восстановлением, у меня появилось время для важного дела.

— Нужно ехать в город, — решаю я вслух.

Идея формируется в голове быстро и чётко. Я должна навестить Лизи, у которой сейчас живёт Чудо с котятами. Убедиться, что с ними всё в порядке. Кроме того, Снежку требуется более квалифицированная помощь, чем я могу предоставить. Боюсь, что может начаться воспаление.

Я обхожу поместье ещё раз, собирая несколько старинных вещиц, которые нашла в тайниках и шкафах — серебряную шкатулку с выгравированным гербом, небольшую статуэтку из слоновой кости, пару подсвечников с замысловатым узором. Ничего особенно ценного, но должно хватить на лечение кота и небольшие расходы.

— Серж! — зову я управляющего. — Вы собираетесь за материалами в столицу, верно? Можно я присоединюсь?

— Конечно, леди Мариан, — кивает он. — Хотите, чтобы я отправил кого-то из ребят с вами?

Я на мгновение задумываюсь. Дорога может быть опасной, особенно для женщины, путешествующей одной.

— Нет, я справлюсь, — решаю я. — Здесь каждая пара рук на счету.

Час спустя я уже в пути. Небольшая повозка, запряжённая крепкой гнедой лошадкой, мягко покачивается на неровной дороге. Снежок лежит в плетёной корзине, устроенной специально для него среди подушек. Лев, к моему удивлению, настоял на том, чтобы сопровождать нас — запрыгнул в повозку в последний момент и отказался выходить, несмотря на все мои уговоры.

— Он волнуется за тебя, — объясняет Снежок.

Наблюдаю, как меняется пейзаж: холмистые луга сменяются густыми лесами, потом снова открытыми пространствами с аккуратными возделанными полями. Крестьяне, работающие на земле, выглядят спокойными и беззаботными. Никаких признаков паники или страха. Для нас это хорошо.

Это заставляет меня задуматься — насколько широко распространились слухи о странных событиях в поместье Серайз? Знают ли в столице о нашествии крыс, о кристалле, о тёмной энергии? Меня бросает в холодный пот при мысли, что королевский двор может уже обсуждать необходимость «очистить» проклятое место драконьим огнём.

Столица встречает нас шумом и суетой, яркими красками и множеством запахов — от сладкого аромата свежей выпечки до резкой вони сточных канав. Стражники у ворот лишь мельком проверяют мои документы и пропускают внутрь — обычная процедура для всех въезжающих. Никакой настороженности, никаких подозрительных взглядов.

Понимая, что не успею сделать всё, что запланировала, договариваюсь, что приду к воротам завтра утром, чтобы уехать вместе с тем же рабочим и материалами обратно в поместье, я иду к скупщику и продаю старые вещи. На вырученные деньги снимаю комнату в небольшой, но опрятной гостинице — достаточно близко к центру, чтобы было удобно добираться до нужных мест, но не настолько дорогой, чтобы быстро истощить мои скромные средства.

Сразу после я отправляюсь к лекарю. Невысокий седой мужчина, Мастер Тобиас, если верить вывеске, с острым взглядом и ловкими пальцами — осматривает Снежка с такой тщательностью, которую я не видела даже у человеческих докторов.

— Кость смещена, — хмурится он. — Хорошо что пришли сейчас, а то пришлось бы ломать заново. Кот молодой и сильный, поправится быстро.

Цена, которую он называет, заставляет меня внутренне вздрогнуть, но я молча достаю кошелёк. Здоровье Снежка стоит каждой монеты.

— Оставьте его на два дня, — говорит Тобиас. — Я присмотрю за ним лично.

Снежок бросает на меня осторожный взгляд.

— Простите, но боюсь я не смогу потом забрать его. Можете написать рекомендации? Я постараюсь сама справиться. Можно так?

Тобиас соглашается и долго выписывает рекомендации.

Я оставляю в его лавке ещё несколько монет за лекарственные травы и направляюсь к дому Лизи. По пути прислушиваюсь к разговорам на улицах, заглядываю в таверны, останавливаюсь у рыночных прилавков. Везде обычная городская суета — никаких признаков паники, никаких разговоров о странных событиях в провинции или о тёмной магии.

Это должно бы успокаивать, но почему-то только усиливает мою тревогу.

Затишье перед бурей? Или, может быть, власти намеренно скрывают информацию, чтобы не вызывать панику?

Дом Лизи — небольшое, но ухоженное двухэтажное здание на одной из тихих улочек недалеко от ремесленного квартала. Её муж занимается артефактами, но не очень хорошо умеет продавать себя.

Впрочем, на жизнь им вроде бы хватает.

Я стучу в дверь, и через мгновение слышу знакомый голос:

— Иду, иду!

Дверь распахивается, и передо мной появляется Лизи. Увидев меня, она издаёт радостный возглас и бросается обниматься:

— Мама! Какой сюрприз! Почему не предупредила, что приедешь?

— Решение было спонтанным, — улыбаюсь я, обнимая дочь в ответ. Только сейчас я понимаю, как сильно скучала по ней. — Как ты? Как муж? И как поживают наши пушистые друзья?

— О, ты не поверишь! — Лизи тянет меня в дом. — Пойдём, пойдём, сама увидишь!

Внутри дом выглядит уютным и опрятным, как всегда. Но есть что-то новое: свежие цветы в вазах, яркие подушки на диване, новая картина на стене.

— У нас дела пошли лучше! Просто чудо какое-то! — восклицает Лизи, ведя меня на кухню. — С тех пор, как появилась кошка с котятами, нам невероятно везёт. Муж получил заказ от самого герцога — целый комплект струнных инструментов для его домашнего оркестра! Такой заказ раз в жизни бывает!

На кухне, на специально сооружённой лежанке возле очага, я вижу трёхцветную кошку, окружённую котятами. Кажется, что они успели подрасти с тех пор, как я видела их в последний раз. Ставлю корзину с уснувшим снежком рядом. Здесь тепло и хорошо.

— Ты правильно назвала её. Чудо, — говорит Лизи, с нежностью глядя на кошку. — Потому что она действительно принесла нам удачу. Муж поначалу ворчал из-за «лишних ртов», теперь сам покупает для неё лучшие лакомства и говорит, что она его талисман.

Мы устраиваемся за столом с чашками горячего травяного чая, который Лизи заваривает с таким знакомым, уютным ритуалом. Запах мяты и мёда наполняет кухню, создавая иллюзию безопасности. Лев, который не отходит от меня всю поездку, устраивается у моих ног, но я замечаю, как он настороженно поглядывает на Чудо и её котят, словно пытается понять что-то важное.

— Как Элейра? — спрашиваю я, отпивая чай. — Она была… особенно расстроена случившимся.

Лицо Лизи меняется — в глазах появляется какая-то неуверенность, улыбка становится натянутой. Она ставит чашку на стол и нервно поправляет прядь волос:

— Не знаю, мам… Может, я зря беспокоюсь, но Элейра была какой-то… странной.

— Страннее, чем обычно? — моя тревога нарастает с каждой секундой.

— Нервной, дёрганной. Совсем не похожей на себя, — Лизи хмурится, вспоминая. — Постоянно проверяла свои вещи. Я подумала, она боится, что туда могла забраться крыса. Мне даже показалось… — она понижает голос, — что внутри что-то шевелилось. Я предложила Элейре открыть и проверить. Но Элейра… Она буквально вцепилась в этот сундучок, прижала к груди и сказала, что там ничего такого нет, и мне просто показалось.

Я закрываю глаза. Это не похоже на Элейру. Она так запаниковала, когда появились крысы, что сама бы перевернула багаж, если бы заподозрила что-то.

И тут меня осеняет.