Глава 49

— Тень, — шепчу я.

— Что? — непонимающе смотрит на меня Лизи.

— Моя кошка пропала, — объясняю я, чувствуя, как внутри разгорается пламя надежды. — Я искала её везде, думала, что она… — я не могу заставить себя произнести «погибла». — А что, если Элейра зачем-то забрала её с собой?

Лизи задумчиво наклоняет голову:

— Возможно… И почему тогда такая секретность. Поэтому она не сказала мне, что в сундучке кошка? А я была слишком взбудоражена. Да и постоянно отвлекалась на чудо. Котята нервничали всю дорогу.

— Что ясно наверняка — мне нужно найти Элейру и узнать, действительно Тень у неё. И если да, то зачем она забрала её! Ты знаешь, где сейчас Элейра? — спрашиваю я, вставая из-за стола. — Мне нужно срочно с ней поговорить.

Прощание с Лизи выходит скомканным: я слишком взволнована мыслью, что Тень может быть жива. Слова срываются с губ быстро, нервно:

— Пожалуйста, присмотри за Снежком. Я заберу его позже. Если что-то случится — ты знаешь, где я остановилась.

Мы обнимаемся на прощание, и я чувствую, как она на мгновение сжимает меня крепче обычного, будто пытаясь передать мне часть своей силы. Этот простой жест заставляет моё сердце сжаться от благодарности.

— Будь осторожна, — шепчет она. — Что-то мне не нравится во всём этом.

— Я буду, — обещаю я, хотя внутри разгорается решимость, которая вряд ли позволит мне быть осторожной.

Кот семенит рядом, то и дело забегая вперёд, как будто показывая дорогу. Солнце начинает клониться к горизонту, окрашивая стены домов в тёплый золотистый цвет. Городской шум постепенно стихает — торговцы сворачивают лавки, мастеровые заканчивают работу, улицы пустеют.

Моё сердце колотится всё сильнее по мере приближения к цели. Что я скажу Элейре? Как объясню свои подозрения? И что, если я ошибаюсь, и в том сундучке что-то совсем другое? Или, ещё хуже, что, если там действительно одна из тех ужасных крыс из пещеры? Вот только зачем она её притащила?

Я отгоняю эти мысли, сосредотачиваясь на главном — Тень может быть жива, и я должна найти её. Переверну там всё, если будет нужно, но найду её!

Нужная улица встречает нас тишиной и прохладой — близость реки даёт о себе знать лёгким туманом, стелющимся по мостовой. Небольшой особняк с узорчатой кованой оградой, надеюсь, она не переехала. В окнах горит свет, из трубы вьётся тонкая струйка дыма.

— Она здесь, — шепчу я, останавливаясь у ворот.

Лев озирается по сторонам, принюхивается, и вдруг без всякого предупреждения, срывается с места и исчезает в ближайшей подворотне. Я замечаю это краем глаза, но сейчас у меня нет времени выяснять причины его поведения.

Толкаю калитку — она не заперта — и решительно направляюсь к входной двери. Каждый шаг по гравийной дорожке отдаётся хрустом, который кажется оглушительно громким в вечерней тишине. Но мне всё равно — пусть Элейра знает, что я иду.

Я не стучу. Просто поворачиваю ручку — дверь тоже не заперта — и вхожу внутрь. Прихожая встречает меня теплом и запахом корицы.

— Элейра! — зову я, сбрасывая плащ. — Я знаю, что ты здесь!

Тишина в ответ. Но я чувствую — она слышит меня.

Я прохожу через прихожую в гостиную. Небольшая комната выглядит уютной, на столике книги, в вазе стоят свежие цветы, в камине потрескивают поленья. И всё же чувствуется какая-то напряжённость, словно дом затаил дыхание в ожидании бури.

— Элейра! — повторяю я громче. — Нам нужно поговорить!

— Зачем пришла, бабуля? — голос звучит из дальнего угла комнаты, откуда выступает фигура моей племянницы.

— Лизи сказала, у тебя был подозрительный сундук, — решаю я идти напрямик. — Что в нём, Элейра?

Её лицо каменеет:

— Не твоё дело.

— Моя кошка пропала, — продолжаю я, не обращая внимания на грубость. — Тень. Ты помнишь её, верно? Чёрная.

Элейра молчит, но я замечаю, как дёргается уголок её рта, явный признак того, что она нервничает.

— Я думаю, ты знаешь, где она, — говорю я, делая ещё один шаг вперёд. — Возможно, даже держишь её здесь.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, — отвечает она, но голос звучит неубедительно. — У меня нет твоей кошки.

— Лизи слышала, как что-то скреблось в том сундучке, — я не отступаю. — Что это было, Элейра? Крыса? Или моя Тень?

Племянница вдруг смеётся — сухим, безрадостным смехом:

— А если и так? Если у меня твоя драгоценная кошка, то что?

Этот ответ застаёт меня врасплох. Я ожидала дальнейших отрицаний, а не такого полупризнания.

— Тогда я хочу её вернуть.

Элейра скрещивает руки на груди, её взгляд становится расчётливым:

— А что ты готова за неё предложить?

Я замираю, поражённая. Эта девчонка вообще потеряла чувство такта?

— Ты… шантажируешь меня?

— Назови как хочешь, — она пожимает плечами. — Просто деловое предложение. Я верну твою кошку, если ты отдашь мне поместье.

Слова бьют под дых сильнее, чем физический удар. Мой единственный дом? Надежда на новую жизнь?

— Зачем тебе старое разрушенное поместье? — спрашиваю я, пытаясь понять мотивы. — Там нет ничего ценного. Одни проблемы и расходы.

— Если там нет ничего ценного, — её глаза сужаются, — то тебе не составит труда с ним расстаться. Зачем тебе возиться с ремонтом, тратить деньги, которых у тебя и так нет?

Может дело в кристалле? Пещере? Она знает о нём? Но откуда?

В этот момент я слышу тихий голос в своей голове — голос, который я узнала бы из тысячи:

— Мариан. Не показывай, что слышишь меня. Лев нашёл меня и помог выбраться из клетки. Мы снаружи. Элейра опасна. Уходи, пока она не догадалась. Я объясню всё позже. Уходи!

Тень! Моя Тень жива и здесь! Я с трудом сдерживаю порыв обернуться и посмотреть. Вместо этого заставляю себя сосредоточиться на Элейре:

— Я… я подумаю над твоим предложением, — говорю я, делая шаг назад к двери. — Мне нужно время.

Элейра выглядит удивлённой моей внезапной уступчивостью:

— Правда? Ты действительно рассмотришь вариант отдать мне поместье?

— Да, — киваю я. — В конце концов, ты права — это всего лишь старый дом. А Тень… она для меня очень важна.

— Тогда, — Элейра немного расслабляется, — возвращайся завтра. С документами на поместье. И тогда получишь свою драгоценную кошку.

— Договорились, — я натягиваю улыбку. — До завтра, Элейра.

Я разворачиваюсь и медленно иду к выходу, борясь с желанием оглянуться. Каждый шаг требует усилий. Даже мысль о том, чтобы оставить мою Тень, зная, что она здесь, кажется предательством.

До двери остаётся всего пара шагов, когда мне в спину прилетает язвительное:

— А знаешь, бабуля… Мне же не обязательно ждать, правильно? Я могу получить всё сегодня, просто избавившись от тебя. И поместье, и Кайндара.