Глава 43

Путь сквозь лес, к счастью, оказывается не слишком длинным. Я слышала шорохи и замечала тени, но почему-то на руках у мужа они меня не пугали совершенно.

Невольно вспоминались первые месяцы нашего брака. Я была подавлена из-за смерти родителей, а он окружал меня заботой и ощущением… стабильности, наверно.

Это и привлекало. Как бы плохо мне ни было, я чувствовала, что всегда могу на него положиться. И хоть он и устроил мне переворот картины мира, когда приволок домой двух чокнутых психопаток, я никогда не чувствовала себя в опасности рядом с ним. В шоке — да. В плену — тоже да. Но это всегда было безопасно для меня. Как минимум физически.

Король Штормлара не отрывает взгляда от сражения, лицо сосредоточено, а руки слегка светятся, направляя потоки энергии к сражающимся.

— Лианор, прошу, присмотрите за ней.

Король кивает, не прерывая своей концентрации, и Драксен оборачивается и взмывает в небо. Его пламя накаляет день сильнее, а рёв заставляет тени отступить. Но они не убегают — просто перегруппировываются для новой атаки.

— Твой муж пренебрёг боевым порядком ради тебя, — говорит Лианор, и я не могу понять, упрёк это или просто констатация факта. — Это создало брешь в нашей обороне.

— Его новые жёны пытались убить меня, — отвечаю, стараясь не казаться напуганной. — Он услышал мой крик.

Лианор отрывает взгляд от битвы и смотрит на меня. Его голубые глаза будто бы видят меня насквозь.

— Что произошло?

— Это не важно сейчас, — качаю головой. — Я думаю, что нашла способ остановить тёмных.

Лианор приподнимает бровь:

— Продолжай.

— Эти цветы, — протягиваю ему сорванный пустоцвет, — они растут вокруг моего дома. Мне кажется, тёмные избегают их. Словно... боятся.

Ожидаю насмешки или недоверия, но Лианор бережно берёт цветок. Он вертит его в руках, изучая бутоны и широкие листья. На мгновение кажется, что король забыл о битве, полностью погрузившись в исследование растения.

— Интересно, — бормочет он. — Очень интересно.

Я то и дело поднимаю голову, когда над нами проносится дракон. Лес здесь довольно редкий, а после из атак станет ещё свободнее. Драксен и другие ларианы сдерживают новую волну тёмных, но даже мне видно, что им всё труднее справляться с натиском. Монстры словно становятся сильнее с каждой минутой.

— Чем занимались твои родители, Илория? — неожиданно спрашивает Лианор, всё ещё не отрывая взгляда от цветка.

Вопрос застаёт меня врасплох.

— Они изучали растения, ухаживали за садом, выводили новые сорта. Мама делала снадобья, масла, а отец много путешествовал, занимался науками.

— А ты?

— Я хотела… хочу продолжить их дело, — говорю, ощущая внезапную горечь от несбывшихся планов. — Выращивать травы, создавать косметику для знатных дам.

Лианор кивает, словно я подтвердила его догадку.

— Я почти уверен, что это растение, — он поднимает пустоцвет, — не встречается нигде в Штормларе, кроме окрестностей твоего дома. Предполагаю, они вывели его селективно, поколение за поколением, совершенствуя его свойства.

— Свойства? — переспрашиваю, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Это растение обладает некоторой силой, защищающей от тёмных, — Лианор смотрит на поле битвы. — И оно может помочь нам сейчас.

Не дожидаясь моего ответа, он берёт пустоцвет обеими руками и начинает что-то шептать. Его пальцы светятся всё ярче, а соцветие начинает распадаться, превращаясь в серебристую пыльцу, которая вьётся вокруг его рук.

— Смотри, — говорит Лианор и выпускает пыльцу в воздух.

Серебристое облако плывёт вниз по холму, прямо к приближающимся теням. Когда серебристая дымка соприкасается с тёмными, они отступают с пронзительным шипением. Некоторые из них словно растворяются в воздухе, другие скукоживаются, становясь меньше и слабее.

— Работает! — восклицаю, не веря своим глазам.

— Да, но одного цветка недостаточно, — Лианор поворачивается ко мне. — Нам нужно больше. Все, что растут вокруг твоего дома.

Он делает жест, и вскоре я вижу, как Драксен, будто услышав окрик отрывается от битвы и летит к нам.

— Нам нужны пустоцветы, — говорит Лианор, когда он приземляется рядом. — Все, что растут вокруг поместья Илории. Принеси их, немедленно.

Драксен кивает и бросает на меня быстрый взгляд. После ударяет крыльями и взлетает.

Когда его силуэт пропадает из виду, меня вдруг охватывает страх.

— Вы не собираетесь уничтожить все пустоцветы? — спрашиваю Лианора. — Они растут там много лет. Если мы сорвём их все...

— Мы используем только то, что необходимо, — отвечает он спокойно. — Я думаю, что эти цветы смогут уничтожить порталы, которые тёмные строили в лесу. Если они закончат, из-за тумана придут те, кто представляет куда большую угрозу, чем всё, с чем мы сталкивались после появления стены тумана. Если твои предположения верны, и эти растения действительно способны нанести тёмным урон, мы должны их использовать.

Это всё прекрасно, но если Драксен, который не разбирается в садоводстве, да и не собирается разбираться, соберёт все мои цветы, оправится ли сад? Защита от тёмных, это, конечно, хорошо, но пустоцветы — это ещё и добрая память о моих родителях, которую я не готова потерять.

Кроме того, если сейчас мы и правда сможем уничтожить то, о чём говорил Лианор, то что будет после? Вдруг появится новая опасность, а пустоцветов у нас уже не будет?

Я чувствую тревогу. Что, если Драксен будет слишком груб и уничтожит их под корень? А он, скорее всего, так и сделает!