Глава 32

Городок Уинстонрок был едва ли больше Леннардвилля, невысокие домики окраины тянулись вверх, к центру прирастая этажами, единственная площадь вместила в себя здания банка и магистрата, который, в свою очередь, вмещал суд, управление капторов и ведомство радгера города, Гордона Этвуда. Возле трёхэтажного каменного особняка и замерла наша карета. Мы с Тайлером переглянулись и выбрались наружу. - Мадам, Шарлин, главное не тушуйтесь, помните, вашей вины здесь нет. Сейчас на вас попытаются надавить, несомненно. - Достаточно, что вы рядом со мной, я вполне уверена в себе, чего мне боятся, муж умер не по моей вине. Дорога, ухабистая, со множеством поворотов, пролетела незаметно, а всё оттого, что Тайлер затеял очень непростой разговор. - Ну вот, - помахал он бумагами, забираясь в карету, - никто не сможет обвинить вас. - Ваша помощь, как и маркизы, просто бесценна, - улыбнулась я. Карета застучала колёсами по дороге, Эмин, сидевший на козлах, подгонял лошадок. Я решила взять экипаж Хенрая, в нём удобней путешествовать на далёкие расстояния и потом, встречают по одёжке, карета с гербом произведёт должное впечатление. - Мадам, - Тайлер взял меня за руку, - я понимаю, сейчас не время, но превыше всех благ стала бы для меня возможность помогать вам всегда, каждый день оберегать вас, поддерживать во всём. - Вы? Вы делаете мне предложение? - выпалила и осеклась, а вдруг приняла желаемое за действительное? - Простите, мадам Шарлин, это не вовремя, у вас траур. Я должен был сдержать свой порыв. Простите меня. - Господин Кендал… Вы стали для меня близким человеком, которому доверяю, как самой себе. Много раз доказали, что ваша дружба дорогого стоит. Мне… Мне было бы очень приятно услышать снова сказанное вами, когда траур закончится. Тайлер просиял, целуя мою руку, а я чувствовала себя счастливой. Пусть мы не так давно знакомы, но душа тянулась к преданному, доброму, отзывчивому доктору. И Дженни радовалась, когда видела Тайлера, с удовольствием играла с ним, тянулась ручонками, стоило только лекарю появиться в её поле зрения. Кендал не обидит мою малышку, это я точно знала. Впервые после того как здесь очутилась, чувствовала, что стала неотъемлемой частью нового мира и всё благодаря Тайлеру. Остальной путь мы проделали почти не разговаривая, только смотрели друг другу в глаза, радуясь краткому моменту, когда нам выпала возможность просто побыть наедине. И эти взгляды были красноречивей слов, и не нужны стали признания, стук сердец, что бились в унисон, стал залогом наших непроизнесённых клятв. Тряхнула головой, прогоняя сладкое наваждение, Тайлер подставил руку и я, не без удовольствия, приняла её, поднимаясь по ступеням магистрата. - Вы бывали здесь раньше? - спросила, видя, как уверенно идёт по коридорам мой попутчик. - Лишь однажды, проездом, но мне довелось посетить радгера Этвуда по просьбе маркизы. Я молча кивнула, разглядывая небогатую обстановку. Ворс ковровых дорожек, устилавших коридор, был почти стёрт, стены давно не белены, краска на дверях возле ручек стёрлась, обнажая рисунок древесины, скамьи у кабинетов и вовсе походили на грубо сколоченные, неошкуренные лавки. - Тут такое запустение, - сказала я Тайлеру. - Уинстонрок захудалый город, что кормится лишь выплатами с казны, надо же содержать единственную на многие поселения контору капторов и суд. - Вокруг богатые земли… - И все они кому-нибудь принадлежат, - опередил мою мысль Тайлер, - казну Уинстонрока пополняет ярмарка, которую проводят дважды в год, но этого мало, чтобы удовлетворить все нужды городка. - А вот и вы, - судья Пикок показался в конце коридора, потирая руки, - милорды уже прибыли. - Или не уезжали отсюда, - проворчал Кендал, - ждут добычу, точно стервятники. Обшарпанная дверь кабинета скрипнула, открывая нам небогатое убранство. Высокий шкаф, заполненный бумагами, старое бюро, стол и несколько стульев. Флурри и Престон поднялись, завидев нас, сухо кивнули и даже не подали руки Тайлеру. - Могу я взглянуть на бумаги? - Пикок вытянул шею, точно пытаясь разглядеть содержимое саквояжа Кендала. - Конечно, - доктор подвинул ко мне один из стульев, и сам устроился рядом, - пожалуйста. Судья взял документы, вчитываясь в текст. - Что вы можете сказать нам об осмотре нашего погибшего дядюшки? - поинтересовался Престон. - Тот самый «аист». В прошлый раз они не удосужились представиться, но Тина рассказала о них. - Милорд был отравлен, - спокойно ответил лекарь. На лицах братьев расцвела злорадная ухмылка, как они ещё в пляс от радости не пустились. - Мы, конечно, позаботимся о нашей племяннице, единственной дочери любимого дяди, - едва сдерживая ликование, сказал Флурри. - В этом нет нужды, - парировал Кендал, - отравили барона в Эрленде, что я и написал в заключении. Характерные следы свидетельствуют: милорду подсыпали мышьяк малыми дозами на протяжении нескольких недель, полагаю, двух или трёх, а это исключает вину мадам Шарлин, барон не жил в это время в поместье. На братьев стало жалко смотреть, лица их скуксились, как от лимона. - Но, позвольте, мадам - гезель, знакома со многими ядами и хранит их дома. - Совершенно верно, и делает из них лекарства. В бумагах есть выписка из реестра ядов мадам Шарлин и мастера Фарлея, её наставника. Каждый грамм учтён, сомнений нет. - Хм-м-м, так, так, так… - судья уткнулся в бумаги носом, - итак, вы сами подтвердили факт отравления, господин Кендал? - Господин Пикок, я уже всё объяснил. Барона травили долго, в то время, когда он был в Эрленде. - Это надо доказать, - махнул рукой судья. - Не утруждайтесь, - Тайлер достал из саквояжа ещё листок, - вот ходатайство от маркизы Чандлер, подписанное архонт-коэрцитором Эрленда, где говорится, что мой осмотр признаётся единственно верным, исключая необходимость последующих. Судья судорожно сглотнул, глядя на документ, как на гадюку, которая вот-вот его укусит. - И по решению архонта-коэрцитора служба каптора начнёт расследование этого странного дела, вскоре мы узнаем имя отравителя, - дополнил Тайлер. Братья побледнели, Престон рванул шейный платок, точно задыхался, Флурри сморщил лоб, переваривая новости. - Всё так, всё так, - не сдавался судья, - однако, я имею право задержать мамад Шарлин в городе до выяснения всех обстоятельств. Ей будет предоставлена камера для благородных, там условия получше. Это моё право, господин Кендал, мадам не баронесса, привилегии лордов не могут быть применены к ней. - Камера? - охнула я, уверенная, что мы сейчас покинем кабинет судьи. - Господин Пикок, ваше рвение похвально, - заметила, как напрягся Тайлер, - но не забудьте, что у мадам маленькая дочь, нуждающаяся в опеке матери, и потом, многие из жителей Леннардвилля здоровы, благодаря её труду. Вы лишите мадам возможности не только исцелять людей, но и получать за это положенную плату. По закону, когда мадам полностью оправдают, милорды Леннард будут обязаны покрыть её убытки. Лица братьев представляли собой торжество хаоса, эмоции сменялись на них ежесекундно: от триумфа до уныния, от радости до опаски. Флурри, судя по непониманию в его глазах, и вовсе потерял нить разговора, он тихо дёргал брата за рукав, но Престон лишь отмахивался. - Я не буду платить убийце милорда Леннард, - заявил старший из кузенов. - А придётся, - усмехнулся Тайлер, - иначе вам светит долговая тюрьма. Стоимость лекарств мадам Шарлин за весь период вам пришлёт мастер Фарлей, если вы станете настаивать на её заключении. - Но, - задохнулся Флурри от возмущения, - почему мы обязаны платить, разве не нам должно ухаживать за дочерью дяди и распоряжаться деньгами? Престон пнул брата по лодыжке. - А вы, как вижу, рассчитываете именно на это? - не удержалась я, - смерть милорда лишь предлог, чтобы запустить руки в состояние моей дочери. - Не оставлять же его вам, - фыркнул Флурри, - какой-то простолюдинке. Дверь распахнулась, ударившись о стену, на пороге стоял раскрасневшийся конезаводчик Колдер Додсон: - Мадам! - голос его гремел в кабинете. - Я только узнал, в какой нелепости вас обвиняют! Да как вы смеете? - это уже судье, - мадам лечит людей, спасает жизни. Вам нужны деньги? - обратился Колдер снова ко мне. - Только скажите! За его спиной маячили ещё люди, я увидела Грэга Додсона, Аннабель и Бертрана, бейлифа Леннардвилля Терранса Бутби с женой Лиззи, мастера Фарлея, Фиби. Из-за их спин выглядывала Эви, не сомневаюсь, всем этим я обязана ей. В кабинет вошла Аннабель, небрежно кивнув судье и братьям: - Как все слышали, мадам Шарлин любят и уважают в Леннардвилле и не только, она спасла жизнь маркизе Чандлер, как вы думаете, на кого обрушится гнев миледи и её семьи? - подруга сузила глаза, сверля взглядом Пикока, по лицу которого потекли струйки пота, он шлёпал губами, не зная, что сказать. - Мы не позволим обидеть мадам! - встрял Терранс. А я смотрела на всех и едва сдерживала слёзы благодарности. Эти люди пришли мне на помощь в трудный час, наверняка Колдер дал жару своим любимым лошадям, спеша в Уинстонрок. И не думала, что ко мне так хорошо относятся, искренне уважают и даже… любят? Тайлер сжал пальцами мою ладонь, победно улыбнувшись. - Нет, вы мне объясните, - ярился Додсон-старший, - по чьему навету мадам притащили сюда будто преступницу? - он надвигался на судью и Пикок словно стал ниже под разгневанным взглядом Колдера. - Позвольте, - бормотал он, - есть свидетели, показания. - Ну-ка, покажи мне этих свидетелей? - сжал кулаки Додсон. - Мы многим обязаны баронам, на чьих землях живём, - выбрался вперёд Терранс, - а мадам Леннард трудится в аптеке, её мази, сиропы, притирки избавили жителей от многих болезней. - А ещё лосьоны и кремы, - поддакнула Лиззи, протиснувшись вслед за мужем. В кабинете стало тесно, толпа наседала на судью, братьев, словно волной, отнесло к самому окну. - Что здесь происходит? - раздался чей-то негромкий властный голос, толпа расступилась, как айсберги перед ледоколом, и в кабинет вошли двое мужчин. Первый был высоким, статным, лет сорока пяти, чувствовалась в нём что-то такое, присущее лишь сильным мира сего. За ним шёл седовласый мужчина, с удивлением взиравший на столпотворение. Тайлер встал и низко поклонился: - Ваша Светлость. Я поднялась и присела в реверансе, откуда тут целый герцог? Все затихли, приветствуя мужчину. - Пикок, - кивнул присутствующим герцог, - я вас спрашиваю. - Ваша Светлость, - проблеял судья, сравнявшись цветом лица со стенами, - милорды просили меня разобраться в деле барона Леннард, его отравили. - Господа, - герцог окинул взглядом собравшихся, - прошу вас покинуть кабинет. Возражать ему никто не посмел, люди потянулись в коридор. Пикок подтащил стулья мужчинам, братья застыли у окна как изваяния. - Итак, - герцог подошёл ко мне, - меня зовут Эйлберт Баррингтон, а вы, полагаю, мадам Шарлин Леннард? - Совершенно верно, Ваша Светлость. Мужчина слегка коснулся губами моей руки, точнее, чмокнул над ней в воздухе: - Я искал вас в Леннардвилле, немногим разминулся, в поместье мне сообщили, что вы отбыли в Уинстонрок. Меня искал целый герцог? Вот так новости! Дверь закрылась за Додсоном и в кабинете воцарилась тишина. - Господин Кендал, - не обращая внимания на судью, обратился к Тайлеру герцог, устроившись на стуле, - изложите мне суть дела, миледи Чандлер сказала, тут какие-то нелепые обвинения. Второй мужчина подошёл к судье, забрав бумаги, и сел, изучая их. Тайлер коротко обрисовал всю ситуацию, лицо Баррингтона становилось всё более хмурым, а браться явно пытались мимикрировать под занавески. - Вы уверены, что барона отравили в Эрленде? - Да, Ваша Светлость, это неоспоримый факт. - И бумаги подтверждают, - махнул листком седовласый. - Сообщу архонту-коэрцитору, - кивнул герцог, - дело расследуют тщательнейшим образом, вы помните, господин Кендал, ранее в Эрленде, лет пять тому назад, уже были похожие случаи? - Конечно, Ваша Светлость, я ведь был в комиссии от гильдии лекарей. Думаете, отравитель снова объявился, тогда преступника поймать не удалось. - Вот и пусть этим займутся капторы. А баронов Леннард, - махнул герцог в сторону кузенов, - господин Этвуд, задержите в Уинстонроке до выяснения обстоятельств, дабы они не могли уничтожить улики, прибыв в Эрленд. - Но… - открыл рот Престон и тут же захлопнул под тяжёлым взглядом герцога. - Возможно, тут имеет место сговор… - Мы всё скажем! - очнулся Флурри. - Это не мы, нам лишь пришло послание. Герцог поморщился: - Гордон, сопроводите милордов… Седовласый (как я догадалась, радгер Уинстонрока) приоткрыл дверь, и поманил братьев за собой. Мужчины вышли, а я всё меньше понимала в происходящем. - Мадам Шарлин, оставим пока это дело, - герцог уставился на меня, - мне нужна ваша помощь.