Глава 33

Я растерялась, явно к услугам герцога лучшие лекари Валандии, а он приехал за мной, ещё и лично. - Ваша Светлость, но чем смогу помочь вам, у меня лишь диплом гезеля и… - Миледи Женевьева отзывалась о вас, как об очень умной и смелой, даже отважной молодой женщине, - перебил герцог, - она рассказала, что вы не побоялись взять на себя ответственность за её жизнь и здоровье, и смогли разобраться в истинных причинах болезни маркизы. - Всё так, - не стала страдать излишней скромностью, - однако я не лекарь и могу просто ошибиться в диагнозе. Чем вы больны? - Помощь нужна не мне, моей матушке… - герцог замялся, - архонт-лекарь признал у неё проказу. - Лепра? - вот и приехали, доброта миледи Женевьевы может выйти мне боком, понимаю, маркиза хочет помочь подруге или родственнице, а я теперь не могу отказаться, ссора с герцогом поставит крест на всей моей карьере и жизни в целом, - Ваша Милость, чем я могу помочь? Герцог глянул на меня с таким отчаянием, что сердце защемило: - Мадам, я понимаю, что цепляюсь за соломинку, но… Помогите, хоть попытайтесь, может, как и с миледи Женевьевой, вы сможете сотворить настоящее чудо. Ох, спасибо, маркиза, даже не подумала, что у меня маленькая дочь, отправляя к заразной старушке, впрочем, миледи человек своего времени, аристократка до мозга костей, уверенная в непреложном: остальные созданы для служения им, и её доброта имеет цену. На этот раз платой может быть моя жизнь. Так, все страхи отложу на потом, а сейчас надо разбираться с просьбой герцога. - Ваша Светлость, подробно опишите мне, когда и какие признаки болезни начались, чем лечили, всё, вплоть до мелочей. Баррингтон сел на стул, опустив голову, голос его звучал глухо: - В начале зимы матушка заболела инфлюэнцей, я вызвал лучших лекарей, казалось, хворь отступила, но весной на её коже стали появляться синяки, которые превращались в незаживающие язвы, закровоточили старые шрамы, матушка постоянно жаловалась на боль в костях и суставах, сейчас она едва может ходить. - Чем лечили? - Кровопускания, дабы изгнать дурную кровь, прижиганиями, - на этом слове герцог поморщился, - они доконали матушку, что едва могла переносить такую боль, потом давали какие-то отвары, слабительное, чаульмугровое масло. Всё без толку. Ага, причин для паники нет, за проказу могли принять сифилис и ещё кучу болячек, а при таком «лечении», странно, что старушка вообще жива. - Ваша Светлость, - вмешался Тайлер, - мадам Шарлин, как и сказала, всего лишь гезель, стоит ли везти её к вашей матушке, не лучше ли мне провести осмотр герцогини? - Я знал, что вы в Леннардвилле, и рассчитывал также и на вашу помощь, - отозвался Баррингтон. - Тогда позвольте мне посетить герцогиню, а все симптомы подробно передать мадам, а баронесса решит, чем лучше лечить. - Исключено, - резко возразил Баррингтон, - вы можете чего-то не заметить. Миледи Женевьева была у вас под наблюдением, когда у неё случился приступ. Маркиза чрезвычайно лестно отзывается о ваших талантах, однако я предпочту, чтобы осмотр провела мадам Шарлин. - Мне нужно заехать домой за оборудованием и вещами, - вмешалась я, прерывая спор. - Вам купят и доставят всё, что пожелаете, только скажите, - обернулся ко мне герцог, - прошу вас немедля отправиться со мной, матушка стремительно угасает. - Ваша милость, вы должны понимать, я не волшебница, и, скорее всего, не смогу излечить герцогиню, но попытаюсь облегчить её состояние. Баррингтон помолчал, потом тряхнул головой: - Что ж, если матушка… уйдёт без боли… я согласен, не сил смотреть на её лечение, а теперь меня вообще к ней не пускают, остаётся слушать крики и стоны, - Баррингтон сжал кулаки, костяшки пальцев побелели. - Позвольте спросить, сколько лет вашей матушке? - Пятьдесят один, - ответил Эйлберт. Да ведь герцогиня совсем не старая, я-то ожидала, что она будет ровесницей маркизы. Пусть в этом мире срок жизни гораздо короче, чем у нас, но аристократы хорошо питаются, а потому матушка Баррингтона ещё может пожить пару десятков лет, если не залечат насмерть. - Ваша Светлость, проказа заразна, а у мадам маленькая дочь, у которой кроме матери никого нет! - возмутился Тайлер. - Господин Кендал, - положила руку на плечо лекаря, - не стоит тревожиться, я буду осторожна. - Риск понятен, - сухо ответил Баррингтон, - но и вознаграждение будет весьма достойным. - Мне нужно предупредить родных, позвольте покинуть вас, Ваша Светлость, там, в коридоре моя сестра. Потом можем ехать. - Конечно, мадам, карета у входа, жду вас. Мы вышли из кабинета, мужчины направились к лестнице, а меня окружили плотной толпой. - Шарлин, - первой подоспела Эви, - что там? Как всё прошло? Загалдели остальные. - Дело уладилось, - поспешила я успокоить друзей, - отравление барона будет расследовать лично архонт-коэрцитор Эрленда, а кузены Хенрая взяты под стражу, с меня обвинения сняты. - Фух, - вытер лоб мастер Фарлей, - как же мы волновались. - Да, да, - пролез ко мне Терранс, - не бывало таких скандалов в Леннардвилле, отравление, какой ужас. - Простите, я не могу задерживаться, герцогу нужна моя помощь, Эви, позаботьтесь о Дженни, деньги на продукты есть у Тины, как смогу, сразу вернусь домой. - Ты надолго? - встревоженно спросила сестра. - Сама не знаю, случай сложный. Мне пора. Спасибо вам всем, что не оставили меня в беде, я этого никогда не забуду, - прощание немного затянулось, каждый хотел сказать доброе слово, - мне пора, - пришлось напомнить. Махнула рукой стоявшим в коридоре друзьям и поспешила к выходу, герцог, должно быть, заждался. Дорога не запомнилась мне ничем примечательным оттого, что все мысли были заняты болезнью баронессы. На ночь мы остановились в шикарной гостинице, герцог выдал мне приличную сумму на одежду, и вместе с Тайлером мы успели купить пару платьев, костюм и рубашку для лекаря, смену белья и мелочи, необходимые в дороге. К обеду следующего дня карета подкатила к замку. Я почти нигде не бывала в Валандии и вид этого сооружения привёл меня в восторг. Не столь высокое, сколько внушительное, строение располагалось на холме, окружённое каменными стенами. Замок и сам был построен из гранитных глыб, казалось, что какой-то великан выдрал куски камня прямо из скалы и собрал эту невероятную постройку. Однако грубая кладка смотрелась достаточно гармонично: камни, перевитые девичьим виноградом, узкие, точно бойницы, окна, милые башенки, устремившиеся в небо. Похоже, семья герцогов не одно поколение владеет этим замком, всё в его облике дышало стариной. Карета заехала под арку, минуя выложенный брусчаткой двор, и замерла перед портиком входа. - Вам нужно время передохнуть с дороги, - сказал герцог, - известите, когда будете готовы пройти к матушке. - Ваша Светлость, оставим эти условности, мы сытно позавтракали, а дорога была не столь утомительна, я умоюсь, переоденусь и минут через пятнадцать буду готова осмотреть герцогиню. Баррингтон улыбнулся: - Похвальное рвение, что же, пусть так, - слуга распахнул дверцу кареты, помогая мне спуститься. - Это Босворт, наш дворецкий, - обернулся ко мне герцог, - он выполнит все ваши просьбы, а сейчас проводит вас в комнаты. Мне отвели прекрасную большую спальню с ванной, где был даже водопровод, доверив меня заботам молоденькой служанки. Я быстро умылась, девушка причесала меня с дороги и помогла переодеться в свежее платье. Сверху на одежду я натянула специально купленный белый халат. Смотрелась сия конструкция странно, служанка тихо хихикала, когда думала, что я не вижу. А что делать? Медицинских халатов здесь нет, идти же к больной в одном платье опасно, или потом придётся выкинуть одежду, мало ли что там у герцогини. Из куска чистой ткани я соорудила две маски, для себя и Тайлера. Жаль, перчаток нет и заменить нечем. - Отведи меня к покоям герцогини, - попросила служанку. В дверь постучали, это Тайлер пришёл за мной со своим лекарским саквояжем. В комнатах герцогини царил полумрак, мы прошли к огромной кровати, на которую падали тяжёлые складки балдахина, воздух был спёртым, пахло какими-то травами. - Матушка, - герцог встретил нас у дверей, едва не разинув рот от моего вида, - я привёл к вам лекарей, очень искусных. - Ох, Эйлберт, довольно с меня, - на кровати лежала истощённая болезнью старуха, которой я дала бы больше, чем миледи Женевьеве. - Маркиза Чандлер поручилась за них: позволь, мадам Леннард и господин Кендал осмотрят тебя. - Леннард? - чуть оживилась герцогиня, приоткрыв глаза. - Жена Хенрая, так полагаю? - Верно, Ваша Светлость, - я присела в реверансе. - Хорошо, - едва кивнула старушка. Я села на кровать, герцогиня уставилась на мой наряд. Представить только: белый халат с рюшами, натянутый на платье, на лице кусок ткани. Меня в разговоре с герцогом смутило одно его высказывание, что матушка кричит от боли, однако при лепре чувствительность очень сильно притупляется. Я надавила на руку герцогини, и она болезненно вскрикнула: - Что вы делаете? - Простите, Ваша Светлость, это было необходимо. Тайлер стоял рядом с кроватью, с любопытством смотрел на меня, а я тихо делилась с ним наблюдениями. - Господин Кендал, обратите внимание на повышенную чувствительность, при лепре такое невозможно. Ваша Светлость, откройте, пожалуйста, рот, - я уже догадалась, что мучит герцогиню, - Тайлер, смотрите на дёсны, они опухшие, синие, напоминают старую губку. Ваша Светлость, распахните халат, - я внимательно осмотрела кожу, сняв повязку, опасности не было, - Тайлер, язвы, они расположены по старым рубцам, их бы мы и не увидели, будь герцогиня здорова, но от болезни даже мелкие шрамы превратились в раны. Догадались, о чём я? - Это ведь не лепра, - отозвался Кендал, - цинга? - Точно. Она самая. Странно, что такая болячка обнаружилась у старушки, питание герцогини куда лучше, чем у тех же обычных горожан или крестьян, а цинга ведь это нехватка витаминов. - Ваша Светлость, что вы кушали все эти месяцы? - я помогла старушке прикрыться одеялом. - Лекари велели мне есть бульон и сухари, когда началась инфлюэнца, а потом архонт-лекарь сказал придерживаться этого питания, дабы не множить дурную кровь. - Мне всё ясно, - я подошла к герцогу, который хоть и вошёл в комнату, но держался поодаль, - Ваша Светлость, болезнь герцогини излечима, это не лепра, а обычная цинга. Баррингтон просиял, а потом сдвинул брови: - Цинга? Болезнь моряков, откуда она у матушки, в своём ли вы уме? - Я подтверждаю диагноз мадам Шарлин, - подошёл к нам Тайлер. - Дело в том, что герцогиню заставили питаться лишь вываренным мясом курицы и бульоном, недостаток, м-м-м (поди, объясни про витамины в Средневековье) питательных веществ спровоцировало болезнь. Понимаете? - То есть, - нахмурился Баррингтон, - всего этого можно было избежать? - Легко, - кивнула я, - более того, ваша матушка полностью поправится, но у меня есть условие… Договорить не успела, в комнату ворвался запыхавшийся толстяк в шитом золотом сюртуке: - Ваша Светлость, Ваша Светлость, - мужчине едва хватало дыхания, - почему герцогиню осматривают без меня? - А вот и наш архонт-лекарь, которому я несколько месяцев плачу за лечение матушки, - глаза Баррингтона метали молнии, - мадам расскажите ему, о чём поведали мне. - У герцогини цинга, которую спровоцировала скудная пища. Бульона и куриного мяса недостаточно для полноценного питания, отчего и развилась болезнь. - Как вы смеете? - взвизгнул лекарь. - Самозванка, откуда она здесь? - Я привёз мадам Шарлин, - герцог заслонил меня от нападок толстяка, - а с вами мы ещё вернёмся к этой теме и пересмотрим все выплаты, сейчас же оставьте нас. Архонт-лекарь захлопнул рот, так что клацнули зубы, и покинул комнату. - Мадам, вы точно уверены, матушка поправится? - Несомненно, и вот о чём я должна сказать, если хотите, чтобы герцогиня выздоровела быстрее, прошу вас, придерживайтесь моих методов лечения и только их. Никаких кровопусканий, прижиганий и слабительных. И пожалуйста, верните лекаря, мне надо знать точно, что он давал вашей матушке. Скоро Босворт привёл горе-медика. - Господин… - Милдорд Клоуз, - приосанился архонт-лекарь. - Милорд Клоуз, - кивнула я, - что вы давали герцогине? - Делал притирания из серой ртутной мази, давал сулему. Эти средства гонят болезнь вместе с мокротой и слюной. Да-а-а, что же ещё ожидать от медицины Средневековья? - Слабительное? - уточнила я. - Конечно! - закивал Клоуз. - Способствует, знаете ли… - Понятно, спасибо, - я быстро его остановила, - Ваша Светлость, - подошла к герцогине, - вы готовы выздоравливать? - Возможно ли это? - с сомнением в голосе отозвалась старушка. - Несомненно, вам ещё предстоит блистать на балах и приёмах, будете пить всё, что я вам дам? Болезнь отступит, ручаюсь за это своей жизнью. Герцогиня оживилась: - Коли так. Командуйте, дорогая, я полностью доверюсь вам. - А вас, Клоуз, - герцог подошёл вплотную к архонт-лекарю, - попрошу пройти со мной.