Глава 36

В поместье мы прибыли целым кортежем, наведя шума на весь Леннардвилль. Маркиза предпочла остановиться у Аннабель, а герцогу мы отдали бывшие апартаменты Хенрая, самые лучшие в доме. Тайлер тоже напросился к нам, чему я была только рада. Поручив гостей заботам мамы, сестры и Тины, поспешила к дочери, по которой невероятно соскучилась. Дженни, завидев меня, расплакалась, вцепившись в мои локоны, обнимая за шею, потом разулыбалась, не выпуская меня из объятий. Я и сама не могла от неё оторваться, вдыхая родной запах, целуя мягенькие щёчки и кучерявые отросшие локоны. - Ох и замучились мы в первые дни, - Эви, улыбаясь, смотрела на нас, когда я с дочкой на руках вышла на кухню, - Дженни не соглашалась ни спать, ни гулять без тебя. - Я больше не оставлю её так надолго, - впервые со дня отъезда, чувствовала, будто душа моя стала цельной, без малышки в сердце словно зияла пустота. В комнату вошла мама: - Как здорово, вся семья в сборе, - она налила малышке сока, а мне чаю, - герцога разместили, сейчас схожу на рынок, мы тут жили по-простому, деликатесов не брали. Умеешь же ты удивить, доченька. - Сейчас расскажу вам все новости, вот тогда точно будет чему изумиться. Мы пили чай, вернее, наслаждалась напитком я одна, остальные замерли с чашками в руках. - Ты даёшь, Шери, - Эви пыталась сделать глоток, но поперхнулась, - целый курорт! - На твоих землях Леннардвилль, - заметила мама, - будет ли место для нескольких зданий, ведь мало сделать лечебницу, нужна и гостиница. - Я всё продумала, Тина как-то мне показывала, где проходят границы земель Леннард, там за рекой есть чудесный луг, на котором и можно строиться. К тому же он чуть в отдалении от села, что очень удобно. Жители и постояльцы не будут мешать друг другу. А за лугом лес, можно чуточку проредить его, проложить дорожки, получится чудесный парк для прогулок и пикников. - Сколько же денег нужно для всего этого? - с тревогой спросила мама. - Потому со мной приехал герцог, а ещё миледи Женевьева, они вложатся в строительство. Мой первоначальный замысел был гораздо скромней, однако маркиза убедила меня, что надо действовать с размахом. - А взамен? - уткнула руки в бока Эви. - Часть прибыли, естественно. - Не боишься? Вдруг затея окажется убыточной? - Ну, во-первых, миледи Женевьева расхвалила мои способности среди аристократов, пока о них не забыли, надо воспользоваться этим. Во-вторых, я хотела свои мази предложить в аптеки Эрленда, но теперь они будут использоваться только на нашем курорте, либо приобретаться под заказ. В-третьих, у нас чудесные места, которые и сами поспособствую выздоровлению больных. А ещё, о чём не сказала родным, я не стану травить постояльцев ртутью, сурьмой, опиатами, рвотными камнями и слабительным, так что, процент выздоровления будет выше, чем у лекарей Эрленда. - Как ты управишься со всем? - спросила Тина. - Только с вашей помощью, и очень на неё рассчитываю, - улыбнулась родным. *** Утро выдалось безоблачным, кареты катили по дороге направляясь к реке, я сидела в повозке рядом с Тайлером, наслаждаясь прохладным ветерком. - Вы изменились, мадам, после возвращения, будто ожили: глаза сияют, румянец вернулся, - мужчина завладел моей ладошкой. - Скучала по родным, дому, а особенно, по дочери. Господин Кендал, не пора ли нам перейти на ты? Последние события сблизили нас, мне так кажется. В гостях у герцога мы и правда почти неразлучно были вместе, за исключением ночи и того времени, когда Тайлер уходил за травами. - Скоро вы станете баронессой, не по мужу, получите свой титул. Можно ли мне обращаться к вам столь… - Тайлер, - ласково сжала его руку, - давайте без этих условностей. Я всё та же Шарлин, вы же знаете, титул нужен лишь для того, чтобы обезопасить мою семью и меня. - И я никогда не буду ему соответствовать, - опустил глаза Кендал. - Тайлер, только не возводите между нами стену выдуманных вами препятствий. - Считаете, я слишком накручиваю? - робко улыбнулся лекарь. - Уверена. Вы мой друг, один из самых близких мне людей. Мне бы не хотелось, чтобы мы отдалились. - Я всегда буду рядом, пока нужен вам, Шарлин. Коляску тряхнуло, и Тайлера прижало ко мне, и я утонула в его невероятно ласковых глазах, ощутила терпковатый запах кожи. Сердце забилось так, что чуть не выскочило из груди, а по венам побежал огонь. Щёки вспыхнули, точно у десятиклассницы на первом свиданье. Кендал не сводил с меня взгляда, ветер трепал его вьющиеся волосы, а руки мужчины сильнее стиснули мои ладони, он подался вперёд, и наши губы почти соприкоснулись. - Тпр-р-у-у-у, - дёрнул поводья Эмин, останавливая повозку, и мы отпрянули друг от друга, - надо дать крюк до моста, если хотите осмотреть луг на том берегу. - Давай, сначала остановимся здесь, - я выбралась из повозки, дожидаясь пока из своих карет выйдут герцог и миледи, - об этих местах и шла речь, - подошла к ним, - если хотите осмотреть поближе, то придётся дать крюк до моста. - Не стоит, - отмахнулась маркиза, - и отсюда видно, место подходящее, а дальше работа архитектора. Уже представляю… вон там, возле леса, стоит чудесная гостиница, ближе к реке здание лечебницы, а между ними несколько беседок. - По опушке леса можно разбить парк, - дополнила я. - Толковое предложение, но я бы добавил мост, согласитесь, делать крюк неудобно, - сказал герцог. - Это дорого, - пожала плечами, - может, в будущем. - Нет, нет, высший свет ценит удобство, а лес мы возьмём тут же, вы же сами хотите проредить чащу немного, - не сдался Эйлберт, - в остальном, мне всё нравится. Кстати, я уже переговорил с тремя архитекторами до нашего отъезда, не люблю откладывать дела в долгий ящик, они приедут через неделю, вам, мадам, Шарлин, останется лишь выбрать наиболее толкового. - Я бы ещё хотела небольшую лечебницу или хотя бы один кабинет для бедняков Леннардвилля и Уинстонрока, у них не всегда есть деньги на лечение. Жить, естественно, они здесь не будут, однако, можно просто проводить осмотры, назначать лекарства. Только вот хватит ли средств, чтобы помогать им, пусть не бесплатно, но за приемлемую цену. - Ха, Шарлин, у аристократов есть одно качество, которое вам поможет. Тщеславие, - рассмеялась маркиза, - даже я его не лишена. Объявите сбор пожертвований на лечение бедняков, и аристократы сами придут к вам с тудорами. В паре газет Эрленда дадим короткие статьи, где укажем фамилии самых щедрых, надо же потешить их самолюбие. - Чудесная мысль! - обрадовалась я. - А ещё откроем кабинет красоты, где женщинам будут делать маски для лица, проводить лечебные процедуры для кожи. - И вы говорите, будто у меня большой размах? - усмехнулась миледи. - Как погляжу, у вас идей не меньше. Мы ещё немного побродили по лугу перед рекой, помечтали, каким будет курорт, а потом поспешили на обед в особняк. *** Миледи уехала ближе к вечеру, герцог поднялся к себе, и я смогла немного выдохнуть. Мы обсудили доли, что будут получать маркиза и Эйлберт, на кого какие траты лягут, в общем, все насущные вопросы. Сейчас мне хотелось только одного, уткнуться лицом в подушку и отключиться. - Шарлин, - заглянула в спальню матушка, - можно с тобой кое-что обсудить? - Конечно, - устало улыбнулась я, переодевая Дженни ко сну, - проходи. Мама села в кресло, немного помолчала, внимательно разглядывая меня: - Я покажусь, наверное, сумасшедшей, но… Кто ты? Под ноги не вовремя попалась игрушка дочери, чуть было не полетела кубарем, споткнувшись об неё. Усадила Дженни на кровать, и сама опустилась рядышком. - Почему ты так решила? - не знаю, врать до конца или сказать правду. Мама улыбнулась: - Носить ребёнка долгих девять месяцев, воспитывать столько лет и не усомниться, когда дочь меняется так резко? Шарлин была стеснительной, даже робкой. Она словно жила в своём мире, витала в облаках. Я была против её брака с бароном, не создана моя дочь для высшего света. Шарлин никогда бы не пошла учиться, не стала бы искать возможности получить звание рецептариуса, а уж о строительстве курорта и речи не идёт. Ты отважная, смелая и ты не Шарлин. Скрывать правду смысла не было: - Всё так. Не знаю, поверишь ли мне, - рассказ о том, как я попала в тело молодой женщины, занял много времени, попробуй объяснить выверты судьбы, в которых сама ничего не смыслишь, - память твоей дочери осталась со мной, став частью моей души, и я полюбила вас с сестрой, как родных, а Дженни для меня дочь, и никак иначе. Расскажешь обо мне? Матушка пересела на кровать и обняла меня за плечи: - Я верю, ваши души слились в одну, и ты всё ещё моя дочь, Шарлин, только… более приспособленная для этой жизни, если можно так сказать. Вижу, что любишь Дженни, как родную… И приняла нас с Эви, ведь ты могла вообще не писать нам, не общаться, но не испугалась разоблачения. Спасибо, что забрала нас от Уинслоу, я устала быть вечной служанкой. - Помню, что всю жизнь ты работала по дому не покладая рук, бесконечные беременности, подорвавшие здоровье. Мне стало так жаль тебя, а ещё не хотелось, чтобы отец продал Эви, как меня. Матушка улыбнулась и крепко обняла: - Ты моя дочь, новая, изменившаяся, но всё ещё моя, сохрани свой секрет, а я тебя не выдам. Шмыгнула носом, утирая непрошеные слёзы, было так радостно и приятно, что полюбили именно меня, не мнимую Шарлин, не знаю даже, как это объяснить. После исповеди на душе стало легко и солнечно. Ощущение, будто исчезает какая-то отчуждённость, что не давала мне до конца почувствовать этот мир своим.