Глава 20

Резко соскакиваю и глубоко вдыхаю несколько раз.

Ярость такой силы прокатывается по телу, что я не сдерживаюсь и издаю рык. Сжимаю в руках эту чёртову бумагу и разворачиваюсь к двери.

Вообще, не даю себе времени на то, чтобы обдумать свои дальнейшие действия, и немедленно возвращаюсь к Айрону. Бегом преодолеваю расстояние между моим магазином и зданием, где располагается его кабинет.

Упираюсь рукой о холодную стену в коридоре, чтобы немного отдышаться, и только потом направляюсь к двери и стучу.

Собираюсь дождаться приглашения, но тут же меняю своё решение и резко открываю дверь.

Айрона может не быть в кабинете, зная его, он, скорее всего, уже обратился в дракона и пытается выпустить ярость, разрезая массивными крыльями воздух. А может быть, где-то ещё идёт бой, и он отправился прямо туда, чтобы облегчить свои терзания.

Бегло осматриваюсь и чувствую укол разочарования, когда не нахожу его за столом. Собираюсь рыкнуть от разочарования как раз в тот момент, когда натыкаюсь на него взглядом.

Он стоит у комода, взъерошенный, совершенно потерянный и удивлённый моим внезапным появлением.

Преодолеваю расстояние между мной и Айроном и протягиваю ему это ненавистное письмо, которое хочется сжечь. Только ради этого я бы прямо сейчас обратилась в драконицу и утопила этот подлый клочок бумаги в огне своей ярости.

Сердце лупит в груди так, словно вот-вот пробьёт грудную клетку, щёки горят от эмоций, а ярость внутри клокочет с небывалой силой.

— Забери у меня эту мерзость. И где бы ты это не взял, здесь нет ни одного слова правды. — произношу я.

Айрон молча осматривает меня и только потом опускает свой взгляд на помятое письмо в моей руке.

Не двигается, чем вызывает во мне ещё больше раздражения и я резко схватив его за руку, буквально вталкиваю в его ладонь эту бумагу.

— Как давно ты носишь с собой эту дрянь? Как давно в это веришь? — кричу я, потому что он снова злит меня своим молчанием. — Как давно ты считаешь, что я вообще способна такое написать? — мой голос срывается, я своей злостью буквально захлёбываюсь — Кажется, это ты … — запинаюсь я — ты какое-то время назад вот здесь — я указываю на пол рядом с собой — В этом своём кабинете рычал на меня и говорил, что за десять лет нашего брака сделал достаточно, чтобы я не просто верила, а точно знала, что ты меня любишь? А что насчёт тебя? Что насчёт тебя, дурной ты дракон? Я, значит, ничего не сделала, чтобы ты был уверен в том, что я тебя любила?

— Любила, значит? — хмыкает Айрон и сжимает в ладони письмо — А теперь, выходит, не любишь меня совсем? — хрипло спрашивает, и я взрываюсь.

— Ты что сейчас только это услышал?! — толкаю его в грудь — Только это ты и услышал? Не люблю! — кричу и ударяю ещё раз. Лгу, конечно, потому, что на эмоциях. — Ненавижу! Ненавижу тебя, холодный ты безэмоциональный истукан! Ненавижу! Ненавижу за то, что поверил! За то, что не приходил ко мне в больницу и за то, что привёл в дом другую. — колочу его по груди и когда он перехватывает мои руки, принимаюсь вырываться.

Но Айрон притягивает к себе. Одной рукой перехватывает мои руки, а другой хватает за шею сзади и опомниться не успеваю, как он меня целует. А я в ответ сильно кусаю его за нижнюю губу и вскоре чувствую металлический привкус его крови.

Айрон отстраняется, но не отпускает. Улыбается мне, сумасшедший, глаза вспыхивают.

— Любишь меня и без меня не сможешь. — произносит он.

— Даже если и так, сейчас это ничего не меняет.

— Не меняет. — кивает он, и на какое-то время между нами повисает молчание.

— Почему ты не приходил ко мне в больницу? Почему ты был всё это время такой жестокий и холодный? Потому что меня во всём винил? Потому что поверил в письмо? Я никогда бы я не написала ничего подобного. Всё, чего я хотела, когда пришла в себя, просто увидеть тебя рядом и обнять. Я хотела, чтобы ты успокоил меня и сказал, что я не виновата в нашей потере. Ты думаешь, что я была способна думать о разводе и о каких-то письмах твоему королю, когда услышала, что больше никогда не смогу иметь детей? — спрашиваю я, и улыбка Айрона пропадает. Он отпускает и меня и делает шаг назад. — Мне был нужен ты! Не нужны твои подвиги и виноватые у моих ног. Я хотела тебя, Айрон, моего мужа. Я бы никогда не оставила тебя и уж точно не стала говорить королю и кому-то ещё, что считаю тебя виноватым в нашей потере. Я так не считаю! Ты потому притащил в дом эту маленькую дурочку и потому пригласил свою мать командовать в моём доме? — спрашиваю я. Часто-часто моргаю, чтобы прогнать слёзы, а когда Айрон качает головой, опускаю взгляд и снова смотрю на письмо, которое Айрон вытаскивает из кармана. Открывает и пробегает взглядом по строчкам, словно сейчас читает его в первый раз.

Забираю письмо из его рук, силой сминаю, а затем принимаюсь рвать. Бумага не поддаётся, я издаю рык, веду себя словно истеричка, но я просто не в силах сдержать сейчас свои эмоции.

Рву, наконец письмо на мелкие кусочки и бросаю к его ногам, наступаю несколько раз на один из кусочков и будто чувствую облегчение.

— Будь проклят тот, кто написал это! Будь проклят тот, с нами так поступил. Пусть покарают их боги, Айрон, — произношу уже спокойно и выдыхаю. Закрываю руками лицо и чувствую, как бывший муж снова прижимает меня к себе.

Утыкается мне в висок, глубоко вдыхает.

— Я никого не приглашал в наше гнездо, Ри-ри и ни за что не позволил бы матери командовать там без твоего ведома. Я ведь уже говорил. Посмотри на меня, — произносит и ждёт, когда опущу руки и посмотрю ему в лицо — Прости, что меня не было рядом, я действительно считал, что смогу облегчить твою боль, если накажу виновных. Думаю, нам с тобой необходимо многое прояснить. Поговорим сейчас спокойно, хорошо? Ты расскажешь мне всё с самого начала. И я расскажу тебе, Ри-ри. Предлагаю нам здесь и сейчас объединить наши усилия, вместе выяснить, кто сделал это с нами и убил нашего нерожденного сына, а после мы не станем уповать на богов. Я накажу каждого, кто так или иначе причастен к нашей потере, и, если дом Вотерфор в этом замешан, я сравняю там всё с землёй. Нам лишь нужны доказательства. Сейчас мне нельзя в Эльмор, хоть и очень хочется. Будем выяснять здесь и использовать помощь тех, кто ещё остался мне верен. А затем я отправлюсь туда лишь один раз. Для того чтобы утопить в своей ярости этих ублюдков. — произносит он и отходит. Глубоко вдыхает и склоняет голову набок, осматривая меня тяжёлым взглядом — А когда закончу с местью и почувствую облегчение вот здесь. — он несколько раз ударяет себя в грудь. — Я подарю тебе новый мир.

— Идём за стол — прерывает повисшее между нами молчание Айрон и берёт меня за руку — Хочу, чтобы ты кое-что написала. Но сначала мы проясним все недомолвки.

Он аккуратно подводит меня к столу, отпускает и жестом приглашает занять его место за столом.

Я киваю и усаживаюсь, а Айрон обходит стол и становится напротив.

На его лице снова эта маска безразличия, только между бровей залегла складка и вена пульсирует на виске, выдавая его напряжение. Он упирается руками в стол и ловит мой взгляд.

— Эльмор процветает благодаря сильнейшим родам драконов. Их шесть, Мария. Король и пятеро его генералов происходят из этих сильнейших родов. Должен отметить, что сейчас один из генералов не имеет отношения к сильному роду с чистой кровью и оказался первым генералом Его Величества по иным причинам. Мой род по силе стоит лишь на ступень ниже рода короля драконов. Для моего мира естественно, что весь род и король, в частности, заинтересованы в том, чтобы кровь и магия лишь набирали силу, а род не ослабел. В прошлом я несколько раз рассказывал тебе об этом.

— Помню — киваю я и глубоко вдыхаю. Воздух вокруг нас снова становится тяжёлым. Если бы я не знала наверняка, что Айрон больше не обладает своей силой и магией, то сначала решила бы, что он пытается на меня давить. Но сейчас вдруг понимаю, что дело не в нём и его желании подавить меня, это наша истинность, а это не его сила, а боль. Та, которая, судя по всему, до сих пор так и не нашла выхода.

— Я был убеждён, что письмо написано тобой, потому появление в доме Лидии не казалось мне тем, что может тебя оскорбить и задеть. Королевский совет вызвал меня и отдал твоё письмо, которое они обсмеяли и проигнорировали. Потому что женщина в Эльмор не может просить короля ни о чём. А вот на письмо дома Вотерфор они отреагировали. Кто-то из моей семьи написал королю о том, что моя жена и истинная отныне больше не может иметь детей. А также попросили вмешаться и оказать на меня давление в том, чтобы я немедленно оставил тебя и взял в жёны ту, что выберет для меня семья. Свой ответ я дал сразу. Несмотря на то, что твоё письмо выбило меня из равновесия я отказался подчиняться, и да, я прекрасно осознавал, какими могут для меня оказаться последствия в случае неподчинения своему королю и его совету.

— Почему ты не отправил её домой сразу? Почему защищал её и просил, чтобы я не обижала, почему встал на её сторону, когда она истерила и лгала о том, что я якобы её обидела?

— Я не понимаю о чём ты. Я никаких истерик этой девицы не видел. Лидия никогда не истерила при мне, и мы с ней не говорили больше. С тех пор как она нарушила мой покой в беседке, а потом в доме появилась ты, я больше с ней не говорил, потому что был не в состоянии вести диалоги. Да мне и не хотелось. Я не отправил её домой оттого, что Талор начал наступление и орки, и его солдаты прорывались со всех сторон. Всё, о чём я думал, что Талор непременно устроит прорыв рядом с моим домом и причинит тебе боль, потому что я отказался выбрать его сторону. Город охраняли мои солдаты, и даже тот факт, что я мог оказаться в темнице за подобную вольность, меня не остановил. Чтобы вернуть Лидию, мне бы пришлось отправить с ней несколько своих солдат, а значит, оставить тебя без дополнительной защиты в случае неожиданного нападения. К тому же если бы эта девица оказалась в лапах орков, у меня были бы иного рода проблемы, и пусть мне плевать на эту девчонку, она не заслужила мучительной смерти только оттого, что оказалась инструментом манипуляций в руках моей матери, королевского совета или даже своих собственных родителей. Я думал только о безопасности моей истинной. Нужно было переждать в доме время, когда я закрою прорыв и мы вместе отправимся в столицу. Что касается её истерик. — он замолкает на какое-то время, будто пытаясь припомнить — я понятия не имею, о чём ты говоришь. Когда ты покинула кабинет, я ушёл через портальный камень, потому что готов был в порыве ярости разнести весь наш дом из-за твоего желания оставить меня наедине с этой пустотой, в которой я оказался. Вернулся я, когда встретил твоё пробуждение на следующий день. Лекарь сообщил мне другую дату твоей выписки, а когда ты вернулась раньше, я решил, что ты просто хотела собрать вещи, пока меня нет и уйти.

— Я не писала того письма. Тебя обманули, воспользовавшись ужасным состоянием — глухо произношу я. Айрон несколько раз кивает и опускает взгляд. От его сдерживаемых эмоций у меня по спине пробегают колючие мурашки, а в груди всё сжимается. — Посмотри на меня, — шёпотом прошу я, и мой бывший муж не сразу поднимает взгляд. То, что я вижу, причиняет мне боль: его глаза полностью чёрные, как если бы зрачок расширился и закрыл собой радужку, а челюсти плотно сжаты, отчего он выглядит так, словно вот-вот обратится в дракона и разнесёт этот город. Отодвигаюсь и Айрон резко выпрямляется и отходит от стола.

— Я ведь не знал, что ты не писала того письма и что присутствие Лидии в доме воспринимается тобой иначе, Мария. Как мне не поверить, если в кабинете, когда я собирался с тобой поговорить, ты немедленно попросила развод. Ты сообщила, что желаешь свободы от меня. Я ведь всё видел в красном — произносит он и сжимает кулаки — Я был готов пойти на что угодно, лишь бы ты осталась. Ты и представить себе не можешь, в каком аду я оказался. Я … — замолкает он и делает глубокий вдох — я так не хотел оставаться один. Совет короля и моя семья так ошибались, когда думали, что могут на меня повлиять. Они давили угрозами, исключением из семьи, тем, что я навсегда потеряю пост генерала и своё высокое положение, но это была столь ничтожно по сравнению с тем, что я уже потерял. Они могли с тем же успехом угрожать мне смертью. И меня не испугало бы это. Я всё равно ничего не чувствовал после его смерти. Пустота — обречённо произносит Айрон — Ты знаешь, я уже очень давно его чувствовал. Между мной и моим сыном была связь, и я в последние пару недель даже позволил себе представить, как возьму его на руки, — посмеивается он, а от его смеха у меня во рту появляется горечь. Ощущаю в груди такую боль, словно в меня медленно всадили тупое лезвие. — Представил, как буду обучать его управляться с внутренним зверем, как мы переживём его первый оборот. В моей голове иногда звучали его мысли, — поднимает руку и указывает пальцем на свой висок, слегка наклоняя голову — А затем, — он замолкает, по его щекам рябью ползёт чешуя, зрачки медленно вертикально вытягиваются, а черты лица заостряются. — А затем тишина. Ни-че-го. Вся моя жизнь, весь мой мир в один момент схлопнулся. Я ничего не слышал вокруг себя и не видел. Только твоё желание уйти, потому что я не смог его спасти. Тебе больше не был нужен слабый муж. Даже истинность не остановила. Представляешь, моя истинная, единственное дорогое, что у меня осталось после этого собиралась от меня отвернуться. — он резко замолкает. Закрывает глаза и глубоко и часто дышит. А когда открывает глаза они снова в норме. — Побудь здесь немного, я скоро вернусь — произносит он и резко развернувшись, направляется к двери. И я соскакиваю. Бросаюсь к нему и хватаю за руку у самой двери.

— Не уходи, — прошу я и тяну его на себя — Не уходи, пожалуйста. Я чувствую то же самое. Останься со мной.

Разворачиваю Айрона к себе и приподнявшись на носочках, беру его лица в свои ладони. Он весь горит, тело бьёт мелкая дрожь, словно от лихорадки.

Айрон закрывает глаза, будто пытается спрятать от меня свои эмоции. Опускаю руки ему на плечи, а затем подаюсь вперёд и обнимаю. Какое-то время он стоит, словно замер, а затем обнимает меня в ответ. Неважно, что будет дальше с нами. Сможем мы преодолеть то, что на нас обрушилось, и снова быть вместе или просто разойдёмся, но Айрон прав. Мы должны объединиться и найти тех, кто поступил с нами так.

Не знаю, как долго мы так стоим, но он первым нарушает тишину:

— Мне больно, Мария. Очень больно. И тот факт, что моя семья может быть причастна к этому, заставляет меня страдать ещё сильнее. Разве это не они учили меня быть честным, справедливым и чтить наши устои и Богов? А что сделали, когда эти самые боги подарили мне истинную? Попытались её отнять. Конор месяц назад выкупил наше гнездо, чтобы моя семья не просила короля о его сносе. Всё там осталось без изменения. Он сказал, что слуги остались, чтобы содержать дом и землю вокруг. Напиши письмо домой, сообщи в нём служанкам, что удачно устроилась на новом месте и снова хочешь с ними работать. Тебе требуется помощь в магазине и пообещай, что оплата будет гораздо выше. Скажи, что новый правитель к тебе благосклонен, так как ты его вылечила. Сообщи, что получила развод и навсегда от меня освободилась. Сделай так, чтобы они оказались здесь.

Отстраняюсь и заглядываю в лицо бывшего мужа.

— Что ты собираешься делать?

— Когда они явятся, я буду рычать и запугивать до тех пор, пока не признаются мне. Я так много сил тратил на защиту нашей с тобой жизни от угроз извне, но враг, похоже, с самого начала был в моём доме.