Глава 30

Отец Айрона изменился. С нашей последней встречи он сильно потерял в весе, на шее и руках красуются ссадины, а в тёмных волосах появились седые пряди.

— На месте стой! Не смей приближаться. — чеканит Айрон и двигается вперёд, закрывая меня собой. А моя драконица резко меняет направление. Злится теперь и мечтает устроить скандал. Появление свёкра вызывает во мне целый шквал эмоций.

По телу новой силой пробегает колючая волна, стоит вспомнить тот его яростный взгляд, когда Айрон заставил отца передо мной извиняться.

— Ну на радушный приём я, в общем-то, и не рассчитывал. Но ты могла бы быть со мной приветливой. Я ни к одной женщине за свою жизнь не проявил столько уважения, сколько досталось тебе.

— Вон пошёл. — резко произносит Айрон и напрягается. Тело его становится как камень, на лице такая до боли привычная маска безразличия, что на мгновение, кажется, будто профиль моего бывшего мужа высечен из гранита, а воздух наполняется тяжестью — Не о чем говорить.

— Я не вооружён, если ты о том заботишься — произносит он и поднимает руки, будто сдаётся — Я здесь исключительно с разрешения твоего короля. Долго ждал ответа, а ещё меня дважды обыскали здесь. Так что вы оба в полной безопасности. К тому же я, по-твоему, способен вредить своему сыну?

Способен. Нет для вас ничего святого. Воздух наполняется запахом дыма от костра, а стены словно сужается. Мой и без того маленький магазин становится слишком тесным для двух драконов с такой тяжёлой звериной энергией. А теперь ещё и моя драконица, которая гостью совсем не рада.

Впервые мы с ней чувствуем одинаково.

— О, может, вы скажете, что всё было сделано исключительно ради его блага? — мне не удаётся сдержаться, и отец Айрона косится на меня. Осматривает сейчас без презрения, а с каким-то пугающим интересом.

— Что было, то было. Кусать меня за прошлое не надо. Ты хоть теперь и драконица, но рыкать на меня не смей. Я всё-таки глава рода. Я в порыве ярости отказался от Айрона. Только это формальность мало что в его природе изменила. — произносит он и смотрит на Айрона так, будто это он сейчас так извинился — Я был на тебя зол. Считал своим позором, недостойным сыном. А ты на моём месте себя бы как почувствовал? Посадил себе эту дрянь на шею, так ещё и на весь Эльмор об этом кричать был готов. Но сильнее всего меня взбесило то, что зубами в неё вцепился, хотя она оказалась пустой.

Пространство вокруг встряхивает мой рык, и я стискиваю челюсти, потому что грудь и живот полосует от ярости.

— Если продолжишь, я вытащу тебя отсюда сам.

— Ты только посмотри. Ещё вчера стояли напротив друг друга и скалились, а теперь рядом против меня? Ты похорошела. — указывает на меня — Кусачая в итоге оказалась, а я думал, что сбить пару раз спесь и у ног будет виться.

— Я сказал, пошёл вон! — повторяет Айрон, но его отец упрямо качает головой.

Опускает, наконец, руки и проводит рукой по волосам. Глубоко вдыхает, склоняя голову набок в до боли знакомом жесте, и принимается сканировать мой магазин.

— То, что я хотел поведать твоей жене, пусть останется в прошлом. У меня теперь новая миссия. Я спасти тебя хочу. Помириться пришёл. Но извиняться, как слюнявая девка не собираюсь. Вспылил. Не знал, что твоя стерва-мать вас чем-то опаивает. Решил, что девица твоя — он кивает в мою сторону — И в самом деле пустая и бесполезная. Но симпатичная и совершенно другая, потому интересной тебе оказалась. Я когда твою мать в первый раз увидел, тоже подумал, что другая. Меня будто током прошибло. Всколыхнуло так, что в ушах зазвенело. Я уже вступил в своё право сильнейшего в доме Вотерфор и мог выбрать любую невесту, а эта во мне все инстинкты всколыхнула.

— Мне неинтересно. Мария, — поворачивается ко мне и хватает за запястье — Домой пойдём. С тобой, отец, позже поговорим, когда моя ж… пара окажется подальше от тебя.

— Айрон нет! — рычу я, и он шумно втягивает воздух. Смотрит на меня какое-то время, будто испытывает взглядом. Борется с собой, должно быть. — Я хочу остаться. Хочу услышать всё, что он скажет, и быть уверенной, что точно не станет вредить. Не прогоняй. Пожалуйста.

— Хорошо — едва слышно отзывается. — Но держись близко ко мне.

— Я пока не выскажусь, отсюда не уйду, потому, как только твоё новое королевство покину, окажусь в темнице. В Эльмор происходит хаос, и он скоро падёт. Для этого Айрон тебе не придётся делать ничего. Тёмная магия почти свела с ума короля, а его первый генерал — тупой индюк, а не дракон. Всё только испортил. Но я не о том. С самого начала всё расскажу. Пожалей отца, я многим пожертвовал, чтобы здесь оказаться.— он медленно переводит взгляд на меня — Тебя это тоже касается. Неужели неинтересно?

— С чего бы мне вас слушать? — бросаю ему сквозь зубы и чувствую, как по щекам рябью ползёт чешуя от злости.

— С того, что я в конце истории о твоей значимости скажу. Хоть первое время у меня скулы сводило от осознания этого. Тебе понравится, только рот закрой и послушай. И драконице своей скажи, чтобы успокоилась. Я признаться не ожидал, что боги будут так щедры и подарят тебе столь сильного зверя. У меня в ушах звенеть начинает от её энергии. Прояви уважение.

Фыркаю и делаю шаг назад, потому что мне становится так противно, что тошнота подходит к горлу.

— Не смей так с ней говорить.

— А я по-другому не могу. — рыкает он. Какое-то время Айрон молча буравит своего отца тяжёлым взглядом, отчего второму явно становится некомфортно, особенно когда Айрон сжимает кулаки и по его лицу пробегает чешуя.

А у меня грудь сдавливает от восхищения. Без магии и родовой силы мой дракон может одним своим присутствием показать, что так ничего и не изменилось. Он всё так же силён.

А главное, ранение не навредило его дракону.

— Я тебе не враг Айрон. Просто послушай. — уже тише произносит его отец и передёргивает плечами.

Спустя некоторое время Айрон переводит взгляд на меня и, не найдя сопротивления, кивает отцу, чтобы продолжал.

— Так вот, мать твою, я прямо с её свадьбы забрал. Бился как зверь в агонии, пока мы до моего родового гннзда добирались. Так хотел присвоить. Она, кстати, молчаливая оказалась. Обычная. Ничего особенного. А мне так хотелось от неё огня. Ни слова поперёк, ни истерики. Села у ног, да так и не подняла ни разу на меня своих глаз. Молчала и когда брал её, пока не пресытился. Потом пришлось ещё пару раз к ней наведаться, чтобы наследника мне родила. Решил для себя, если через пару ночей ничего не будет, верну туда, откуда забрал. Но она забеременела. Рожала тебя в муках, лекари сказали потом, что больше не понесёт. Но мне было плевать. Сын у меня появился, если бы девку родила, тогда я бы привёл другую. — шумно выдыхает и скользит по мне странным взглядом — Как только Айрон подрос, я к ней интерес потерял полностью. Несмотря на то что я к ней не проникся, Айрон был моей гордостью. Трясло всякий раз от восхищения, — теперь смотрит на Айрон и несколько раз проводит рукой по волосам, движения резкие, угловатые. — пока ты эту девку не притащил. А когда заставил меня перед ней извиняться, я понял, что мозги у тебя поплыли и мне нужен другой наследник. Сразу после той вечеринке, где я едва не подавился чёртовыми извинениями перед ней, я объявил твоей матери о том, что развод будет. Она уедет в старое поместье. Я приведу в дом молодую. Тогда я впервые увидел её истерику. Она кричала и плакала, говорила о своих чёртовых цветах, пламя их поглоти. — он замолкает и какое-то время смотрит перед собой.

Мы с Айроном ничего не говорим. Я чувствую себя отвратительно, каждое его слово и это пренебрежение, что сквозит, будто мокрая грязь липнут к плечам, шее и рукам.

— Признаюсь, меня охватила зависть, глядя на тебя. Я подумал, что и мне хотелось бы до одури возжелать снова женщину. Да такую, чтобы ради неё хотелось против всего мира и я её выбрал. Лично, конечно, не подходил, присматривался лишь. Она только закончила академию и собиралась преподавать. Плевать я хотел, чего она там собиралась. Я планировал получить развод и озвучить её семье предложение, от которого никто бы не отказался. И молодая драконица была бы моей. Даже лихорадило иногда от предвкушения.

— Зачем нам эта информация? — кривится Айрон

— Затем, что девка эта Лидия. Её я себе в жены определил и понятия не имею, как твоя стерва-мать об этом узнала. И воспользовавшись ситуацией, захотела подложить её под тебя. Письмо написала совету и её семье. Подсуетилась. Я был этой молодой драконицей очарован. Можно сказать, я полюбил её. Смех этот звонкий, как колокольчик, фигурка точёная, молодость и эмоциональность подкупали. Я бы её, как и ты, вознёс, возможно. Почему нет? А когда совет короля отдал тебе приказ взять её в жёны, моё сердце разбилось. Я видел, как женщина, которую я считал мебелью в моём доме, победно улыбалась мне прямо в лицо. Правда победа её была недолгой, когда ты приказам этим следовать отказался. Но она порадовалась и во второй раз, когда смотрела, как я наказание получаю прилюдно. О её подлых делах полкоролевства прознало, а я не мог позволить отвечать за содеянное одной. Хоть к этим мерзостям и не имел отношения, но вину на себя взял. Всё-таки она подарила мне сына.

— Это ужасно — хрипло произношу я и на мгновение так сдавливает от боли грудь за Селестию.

Однако я не виновата в том, как сложилась её судьба, и не должна была облегчить её боль своими страданиями.

— Когда я вместе с советом короля выставил ультиматум, что род отрекается от тебя, то действовал вообще не в интересах рода. Я попросту ревновал.

О Боги Покровители.

Мне хочется выбежать из магазина, отправиться домой и смыть с себя этот визит моего свёкра, оттереть каждую клеточку тела от его слов и всех событий, в которые они вмешали нас с Айроном.

Я ощущаю себя мерзко. Даже драконица совсем притихла.

Это чувство меня затопило, что я закрыла рукой рот и почувствовала горечь во рту.

— Уверен, что твоя мать непричастна к гибели твоего нерождённого сына и пары, но тот, кто хотел от тебя избавится, очень умело использовал её состояние. Возьми это! — вырывает меня из мыслей его голос, и я опускаю взгляд на конверт. — Я здесь, чтобы просить тебя отступить. Используя кое-какие связи, я договорился о безопасном для вас месте в Люминель. Отступи, Айрон. Эльмор сгорит в огне в течение нескольких месяцев, и если захочешь его возродить – просто вернёшься. Я так много думал в последнее время и понял. Что перемены в нём наступили гораздо раньше, чем ты отрёкся от всего, что у тебя было ради женщины. Я напрасно считал тебя своим позором, потому что ты не перестал бороться за своё, даже когда тебя загнали в угол. Мне казалось, что ты всё потерял из-за иномирянки. Что она разрушила наш мир и сделала тебя слабаком, а затем я понял: в этой девице не твоя слабость. В ней и есть твоя сила. Тебя лишили магии, но ты сдержал два прорыва орков. Тебя лишили твоих заслуг и должности, но ты всё равно боролся с Талором и спас принцессу. Ни родовая магия, ни звание генерала не делали тебя тем, кто ты есть. Ты всегда был силён и боролся за то, что тебе дорого. Твоя любимая женщина, которая несмотря на весь ужас, что вы пережили прямо сейчас, выглядит так, словно откусит мне голову за тебя. Даже подумать смешно. Отчаянная. Да и смотрит на тебя с таким восхищением, что у меня щемит в груди. Они боялись не за то, что иномирянка опоила тебя и заставит изменить ради неё мир. Они боятся, что даже после того, как отобрали у тебя всё, что в нашем мире считается важным и ценным, ты по-прежнему силён. Твоя рана должна была тебя убить. Я ехал в Равенхейм к своей истинной, чтобы она просила богов забрать назад своего зверя и оживить тебя. Но ты не умер. Отступи сейчас, восстановись и вернёшься, когда всё успокоиться, чтобы создать новый мир.