Глава 38

— Если ты сейчас скажешь, что меня надо срочно отправить домой, — пробурчала я, — то можешь даже не продолжать. Мой ответ — нет. Я в тебя зубами вопьюсь, ногти повтыкаю, но не отпущу. И не потому что я вредная, а потому что я чувствую, что ты хочешь сотворить какую-то несусветную глупость. Я ведь слышала ваш разговор с Тирмэем.

— Весь? — уточнил он, внимательно рассматривая моё лицо, словно пытался запомнить каждую его черточку.

— Откуда я знаю — весь или не весь? Главное, что я знаю, что Тирмэй тебя от чего-то отговаривал, от какого-то неверного поступка, который как-то связан со мной!

— Знаешь, девочка, — он нежно провел тыльной стороной ладони по моей щеке. — Я всего лишь хотел спасти тебя и избавить от проклятия. Но для этого мне надо было пожертвовать частью своих чувств, отдать тебе часть себя, если так можно выразиться. Я боялся тебя потерять, и я думал, что так будет правильно. Однако сейчас я, наконец-то, осознал, что боль всегда идет бок о бок с любовью. Невозможно любить и не делить с любимым его проблемы, его страхи. Делиться хорошим просто, а бедами — совсем нелегко… И если ты не против, я поделюсь с тобой своим страхом. Я хотел рассказать тебе, что — да, я готов принести себя в жертву, чтобы только ты жила… Но, пока ещё у нас остается хотя бы мизерный шанс быть вместе, я этого не сделаю. Я буду бороться за нас, ведь больше всего на свете я страшусь потерять тебя, что я забуду о наших чувствах и что такое любить тебя… Я хотел быть сильным в твоих глазах, я готов был отпустить тебя, чтобы ты была счастлива, даже если бы я был несчастлив. Но я не думал о том, что и тебя это не сделает счастливой. И вот, сидя сейчас с тобой рядом, я признаю свой страх и слабость. Однако именно эта слабость и делает меня ещё сильнее… Я увидел наконец-то новую цель перед собой, и либо я её добьюсь, либо умру на пути к ней, сделав всё возможное и невозможное. Третьего варианта не дано. Потому что я никогда не сдаюсь.

Дэйнмар замолчал, а я всё сидела и смотрела на него. Я опять увидела в нем того волевого мужчину, с которым когда-то познакомилась. В которого влюбилась. Да, в его лице, глазах сейчас всё ещё можно было разглядеть остатки той грусти, что я разглядела прошлой ночью, но её затмевала непоколебимая решимость. И я поверила в него, поверила в то, что он будет сражаться. А раз так, то нас уже двое. А вдвоем ведь намного проще решить любую проблему.

— Слушай. Я, конечно, много чего не понимаю. Но как удалось оркам «нарушить законы мироздания» и вернуть своего вождя? Из-за того, что они преподнесли своему Богу в жертву дракона?

— Ты кого-то хочешь принести в жертву, кровожадная ты моя? Знаешь, у меня тут есть парочка неприятных личностей на примете, — с интересом и подозрительным блеском в глазах воззрился на меня Дэйн.

— Ну-у… не совсем. Я просто размышляю. А если не жертву приносить, а что-то попроще, может эти Боги могут и за такую плату сделать что-то намного менее существенное, чем возвращение кого-то из мертвых? Раньше вы считали, что утраченное не вернуть, а если вас всех намеренно вводили в заблуждение?

— Есть в твоих словах зерно истины, — он переложил мою голову к себе на плечо, сам же откинулся на спинку дивана и, закинув на неё одну руку, второй крепко обнял меня за талию. — До этого мы полагали, что нельзя вернуть утраченное, а тут вернули и жизнь, и тело. Орк-то не дракон из рода Навэй, их тела гниют и разлагаются. А его как-то… восстановили, что ли? Загадка!

— Что-то я совсем есть перехотела, — я внезапно так отчетливо представила себе, как этого орка «восстанавливали», что меня передернуло от отвращения. А казавшиеся до этого момента крайне аппетитными кусочки сочного мяса наводили совсем на другие мысли, и я поспешила отвернуться от уставленного разными яствами стола.

— У меня тоже кусок в горло не лезет, — он запрокинул голову и протяжно застонал. — Хотя, пожалуй, твоих конфеток я сейчас пару штучек бы съел.

— Хочешь приготовлю?! — без промедления с чувством воскликнула я и уже было дернулась, чтобы бежать на кухню, однако мужчина лишь сильнее прижал меня к себе.

— Сиди, девочка, как только этот бедлам закончится, так и приготовишь.

— Да что ты меня всё девочкой называешь? — недовольно пробурчала я. Правда больше я была недовольна тем фактом, что он мне не дал его побаловать. А ещё хотелось отвлечься от плохих новостей: когда я занималась любимым делом, оно мне всегда приносило чувства удовлетворения и умиротворения. — Да и с технической точки зрения я уже не девочка.

— С технической? — задумчиво протянул он и почему-то опять застонал, но на этот раз стон сменился рыком. — Зря напомнила… я бы сейчас с технической-то точки зрения… Много разных бы техник на тебе отработал. Если бы не творимое вокруг нас безобразие.

Я густо покраснела, и от охватившего меня смущения и осознания, что мы сейчас одни, ещё и в своих телах, а я сижу у него на коленях, моё сердце громко застучало в груди. Дэйнмар же, немного приподняв голову, приоткрыл один глаз и с тоской на меня посмотрел.

— Ну и как мне тогда тебя называть?

— А чем тебе Софи не нравится?.. — отчего я, ещё больше засмущавшись, словно невинная девица, отвела взгляд.

— Нравится. Просто хотелось бы чего-то более личного. Ну девочка, к примеру, мне чем нравится: это… интимное обращение, в то же время ты моложе меня. Пусть и с технической точки зрения, как ты выразилась, ты и не девочка. Вот взять обращение «Софочка» — мне оно не нравится, больно созвучно с предметом мебели, — начал он рассуждать, опять запрокинув голову на спинку дивана. — София — слишком официально. Детка? Банально. Малышка, может быть?

— Да какая ж я малышка? — я усмехнулась и бросила на свои пухленькие ручки взгляд.

— Мягонька-а-ая… моя-я-я… — протянул он довольным голосом с легким, грудным рычанием, а его рука с моей талии очень медленно, буквально по миллиметру, но крайне настойчиво стала подниматься выше, и я, нервно сглотнув, невольно заерзала.

— Ос-с-становись… — в отчаянии прошипел дракон, а его рука замерла. — А то прямо тут изнасилую и скажу, что так и было!

— Что «было»?!

— Вот именно — так и скажу: «А что, что-то было?» И повторю!

— Но я-то совсем и не против…

— Прошу, замолчи и не дергайся! — взмолился Дэйнмар и сжал меня уже двумя руками, со всей силы прижав к себе и зарывшись лицом в мои волосы. — Не так и не сейчас. Когда это случилось в первый раз, скажу честно, я думал, что это так баловство, которое быстро забудется, как и было всегда до тебя. Но я не забыл ни одного мгновения, что мы провели вместе. И пусть это прозвучит глупо и банально, и до идиотизма наивно, особенно для такого как я… Но я хочу, чтобы в следующее наше единение, ты была моей…

Не договорив до конца, дракон, разжав объятия и взяв меня за плечи, немного отодвинулся, и я увидела его немного потемневшие глаза с вытянутым зрачком.

— Пусть ты и не драконица. Мне всё равно. И то, что впереди будущее у нас обоих сокрыто за плотной пеленой, совсем не означает, что я не должен тебе этого сказать. Я тебя люблю, Софи, и я хочу, чтобы ты, моя избранная, стала моей… — он сделал паузу, и я затаила дыхание, — …невестой. Ты ведь согласишься?

И теперь в его голосе я услышала затаенную надежду. А я же внезапно напрочь забыла, как дышать и говорить. Я открывала рот, но не могла ни вздохнуть, не произнести ни слова. Всё это, этот разговор и его предложение, было столь внезапным и неожиданным для меня, что мысли в моей больной голове испуганно разбежались в разные стороны, а песец банально и крайне позорно хлопнулся в обморок.

Мне безумно хотелось закричать «Да!», но я продолжала молчать и с глупой улыбкой на лице хлопать ресницами.

— Я понимаю почему ты молчишь, — тихо произнес Дэйнмар, так и не дождавшись от меня ответа. — Наверное, ты бы хотела, чтобы тебе сделали предложение по всем правилам. А я… Я же, наконец-то осознав, что боюсь тебя потерять, пошел напролом…

— Нет, ты неправильно истолковал моё молчание, — я мягко перебила его и покачала головой. — Я просто была… ошеломлена. Ведь я совсем не ожидала такого разговора, этого предложения. Сейчас, когда на тебя столько всего навалилось, когда тебе нужно думать о том, как со всем этим справиться: защитить народ, страну… себя и даже меня. И внезапно после обсуждений того, как бы ты хотел меня называть, ты говоришь о том, чтобы я стала твоей невестой…

— Именно потому, что я узнал такие новости, и что буквально весь привычный для меня мир сейчас рушится на моих глазах, я и захотел это сказать тебе прямо сейчас. Чтобы ты знала, что я сделаю всё, чтобы сделать наше совместное будущее явью, чтобы ты верила в меня и понимала — я всегда вернусь к тебе. Чтобы не случилось, я обязательно к тебе вернусь, чего бы мне это не стоило. Это моё слово. Слово Дэйнмара Навэй Шиэрдан. Вечное обещание тебе, Софи…

— Правда? — в этот раз я перестала изображать безвольную куклу в его руках и сама крепко прижалась к его груди.

— Правда-правда.

— Ко мне… — прошептала я зачарованно.

— К тебе, — твердо без единой тени сомнения произнес Дэйн. — Чтобы не случилось. Даже если мне придется ещё неоднократно использовать силу проклятия, и оно меня полностью поглотит — знай, я найду способ вернуть утраченное и вернуться.

И теперь я окончательно поверила в то, что этот удивительный мужчина действительно всё понял и осознал. И в то, что он ко мне вернется всегда и отовсюду, во что бы то ни стало. И ещё я осознала то, что Дэйн — мой избранный. Навсегда. Навеки. До этого я как-то отстранённо об этом размышляла: «Да, я его люблю. Да, хочу быть с ним вместе и только с ним. Конечно же, я сделаю всё, чтобы сохранить это чувство и отношения». А тут на меня словно сошло озарение свыше — этот дракон мой избранный, мой мужчина, который сделает ради нас и нашего совместного будущего всё, что потребуется и даже больше.

— Я… — начала было говорить я, но продолжить свою фразу и сказать «согласна» я не успела.

Яркая вспышка вдруг озарила темное ночное небо, будто сверхновая звезда, и залила полумрак кабинета, ослепив меня.

— Проклятье! — прорычал дракон, и его рык тут же потонул в ужасном грохоте и гуле, который больно ударил по ушам, лишая меня теперь и слуха.

Ссадив меня на диван, пока я отчаянно пыталась проморгаться, чтобы хотя бы частично восстановить зрение, и понять, что же только что произошло, я почувствовала, как дракон подскочил с места и куда-то исчез.

Ни слуха… ни зрения. Осталось только осязание и обоняние. И лишь белая пелена перед глазами и шум в ушах. Никогда я ещё не чувствовала себя столь беспомощной. В отчаянии я поводила рукой перед собой, надеясь, что Дэйн не ушел далеко, и я смогу хотя бы прикоснуться к нему, почувствовать, что он рядом со мной… Но была только пустота.

— Дэйн, прошу, ответь… — взмолилась я и всхлипнула. — Ты где… любимый? — но даже свои слова я смогла различить с огромным трудом.

— Тш-ш-ш, — тут же раздался в моей голове ласковый, успокаивающий голос. — Всё в порядке. Я тут, рядом.

И теплая ладонь обхватила мою руку, всё ещё вытянутую вперед. А другая — нежно провела по моим растрепанным волосам.

— Кажется, наш разговор придётся отложить. А планы так и подавно строить теперь некогда. Но ты не переживай, Софи, всё будет хорошо. Зрение сейчас к тебе вернется и слух тоже. Просто нужно немного подождать. Ну а мне придется тебя ненадолго оставить. Я должен выяснить что же это, да ещё и с такой силой, ударило по нашему защитному куполу, и что, вообще, происходит.

— Но…

— Тебе страшно оставаться одной в таком состоянии, я понимаю. Но я должен сам всё проверить. Однако тебе совсем не о чем волноваться. Я скоро вернусь, а ты пока подожди меня здесь и никуда не уходи. Договорились?

В ответ я лишь утвердительно кивнула.

— Ну вот и отлично. Перекуси и ложись — полежи, отдохни. Тебя тут никто не побеспокоит. А около двери я распоряжусь выставить гвардейцев, — его пальцы нежно, едва касаясь кожи, скользнув по моему виску, притронулись к щеке, а большой палец стер слезы, которые выступили из-за появившейся невероятной рези в глазах. — Я скоро вернусь, девочка…

Дэйнмар убрал свои руки, и моя ладонь опять ухватилась за пустоту, лишь его тепло ещё согревало мою кожу в тех местах, где он ко мне прикасался. И оно успокоило меня. Эфемерное, чудесное чувство. И я смогла улыбнуться.

— Я не хочу быть девочкой! — с вызовом произнесла я, желая оставить в этот раз последнее слово за собой.

— Ну так и как мне тогда тебя величать, о прекрасная моя? — со смешком спросил дракон.

— Змеюка, — брякнула я первое, что пришло на ум.

— Змеюка? Почему?!

— Насколько я помню: только кроты, летучие мыши и некоторые змеи бывают слепыми… Из всех перечисленных мне как-то по душе больше именно змеюки.

— Хм-м… А ядовитая? — дракон расхохотался.

— Канцерогенная, — парировала я и гордо задрала нос кверху.

— Ну, ладно, необыкновенная ты моя, я скоро вернусь… — сказал он, всё ещё посмеиваясь, и я услышала, как за ним закрылась дверь.

Но мне было уже совсем не страшно, хоть я и понимала, что произошло что-то плохое, может ужасное и непоправимое, а я сейчас совсем одна, практически ничего не вижу и не слышу.

Просто теперь я знала, что Дэйн вернётся ко мне. Обязательно вернётся.