Глава 18

— Уйди, рептилия, я в печали, — не поднимая головы, продолжая изучать носки своих красных туфелек, пробурчала я.

— Эх, Софи-Софи, — промурлыкал Виэйр, присаживаясь рядом со мной на скамейку, — зачем же печалиться? Такой день великолепный. Отбор вот-вот начнется. А, как ты понимаешь, чем он быстрее начнется, тем для тебя быстрее всё и закончится.

— Я бы предпочла, чтобы всё это и вовсе не начиналось! — выпалила я в сердцах.

— Ну что поделать, тебе уже не отвертеться. Теперь остается только ждать окончания, а потом брат сразу и церемонию проведет. И заживешь ты будто в сказке, — он по-панибратски положил свою руку мне на плечо и немного придвинул к себе.

— Руки убери, а то точно пальцы переломаю, — монотонным голосом произнесла я. Всё хорошее во мне ещё вчера закончилось, и сейчас я была готова воплотить любую свою угрозу в жизнь, несмотря ни на что.

— Какая ты… злая, Софи! — дракон вздохнул тяжело-тяжело, но ручку свою не убрал, наоборот, он ещё ближе ко мне придвинулся и прошептал на ушко: — Но ты брату вчера, кстати, сильно понравилось. Я очень-очень тобой доволен.

— Что, по его лицу заметил? — съехидничала я. — Точнее по его выпученным глазам. Ведь более ничего там и не видно.

— Я могу и по его глазам узнать, какое у него настроение, — Виэйр тихонько рассмеялся. — Но он был вчера столь любезен, что даже перекинулся со мной парой слов. И я сделал свои выводы, и меня они радуют. Роэль крайне заинтересован в тебе, моя Софи.

— Я не твоя, — я огрызнулась.

Вообще, эти рептилии мне до смерти уже надоели — один все «моя сладкая» называл, другой «моя Софи» теперь кличет. Вот бы скалку сейчас в руки, и пойти крушить всех направо и налево. Хотя, нет. Скалки будет маловато, мне ещё бы сотейник, да из чугуна желательно. Вот тогда бы я повоевала. А так — что у меня есть? Из одежды — красное платье тоненькое, платок, скрывающий бОльшую часть лица, чулочки, белье и туфельки, причем в этот раз даже без каблучка. Из украшений — золотое ожерелье с крохотными камушками и браслетик. Чем отбиваться? Может, чулки снять и придушить этого красноголового ящера? Как вариант.

— Боюсь, что уже да. Не моя. Роэля. Представь себе, что совсем скоро ты станешь его женой. Власть. Деньги… Всё, что ты только пожелаешь, — его голос опустился до шепота. — Ну и ты же помнишь, о чем мы с тобой договаривались?

Я сделала вид, что его не услышала. Продолжая рассматривать атласные туфельки, напоминающие балетки, я думала о своем, о том, как мне сбежать из этого замка, огороженного пятиметровыми стенами от другого мира.

— Слушай, чешуйчатый, — я ненадолго отвлеклась, поскольку ни одной путной мысли в присутствии мужчины не было, да и отвлекал он меня своими разговорами, честно говоря. — А почему твой брат носит такой странный наряд? Его все считают некрасивым, и он вынужденно скрывает свое лицо, а ещё и красится? А бусики, чтобы, издалека услышав их перезвон, осознали, что он идет в их сторону, и разбегались в страхе?

— Почему некрасивым? — Виэйр опешил. — Роэль, наоборот, считается эталоном красоты. Ну для человеческого обличья. Про драконью испостась тут и говорить нечего — я ему и в подметки не гожусь. Просто это — традиция.

— Традиция, опять очередная традиция. А что ж тогда он личико скрывает, а ты — нет?

— Видишь ли, я не Владыка, и мне нет нужды от простых смертных скрывать свой человеческий облик. А вот ему приходиться. Только в истинном облике он может предстать перед своими подданными, не скрываясь. Поэтому он и скрывает лицо ото всех. А насчет украшений ты практически отгадала. Они действительно нужны, чтобы все заранее услышали, что Владыка направляется в их сторону, и успели преклонить колени или же поклониться согласно их статуса.

— Как у вас чешуйчатых всё сложно. Не понимаю я этого — красивый мужчина, но прячется под тряпками. Странная традиция.

— Красивый? — дракон едва не закричал, и я поморщилась. — Ты что, его видела, что ли?

— Не только видела, — я отодвинулась от этого ненормального подальше и скинула его руку со своего плеча, — этот банный лист ко мне вчера лип, будто я медом вся намазана. Всю ощупал, погладил, целоваться лез, ещё и магию применял, чтобы я, видимо, отдалась ему прям вся и сразу. Хвост бы ему оторвать за подобное. Чтобы не повадно больше такое было вытворять!

— Со-о-офи, — Виэйр опять придвинулся ко мне, — это же… фактически ты уже его жена. Даже своим любовницам в постели он никогда не показывает своё лицо.

— А тебе-то откуда об этом известно? — я не смогла сдержать смешка. — Со свечкой рядом стоишь? Записываешь его подвиги для потомков?

— Не говори глупостей. Мой брат никогда бы не открыл свое лицо подобной… даме. Он слишком умен и хитер и никогда бы не позволил, чтобы хоть кто-то мог что-то использовать против него. А тебе он не только лицо показал, но и поцеловал! Да ты ж мое сокровище! Победа у нас в кармане! — опять эта рептилия полезла обниматься, и я, не выдержав, подскочила.

— Да что ж все заладили: сладкая, моя, сокровище?! И всё лезете ко мне и лезете?! Я вам что, мягкая игрушка-обнимашка? И я без тебя прекрасно знаю, что победа у меня в кармане, мне твой брат сам об этом сказал вчера перед уходом! И что, мне танцевать теперь?

— Радоваться, Софи…

— Радоваться? — я начала уже орать. Просто потому, что у меня были тяжелые, крайне напряженные и насыщенные на события последние дни, а эти драконы меня, очень спокойную и уравновешенную женщину, достали. — Я хочу, чтобы меня отпустили! Чтобы ты меня вернул на ту поляну, и чтобы мой… друг меня забрал из этого балагана как можно скорее!

— Увы, Софи. Привыкай жить тут, — он тоже поднялся и, оправив свой черный строгий камзол, встал рядом, и сейчас взгляд и голос были абсолютно серьезными. Не было там и тени юмора. — Твой друг не сможет вернуться сюда. Я вообще был удивлен, что он смог открыть отсюда портал в другой мир. Наш мир… крайне своенравен и не отпускает свою «добычу», что случайно сюда попала. Тем более такого, как он. Но, с другой стороны, он ведь и необычный, всё же божья искра в нем горит ярко. Однако вернуться и ему будет не под силу. Так что смирись со своим положением, пока не поздно, и не сделай того, за что даже тебя Роэль решит лишить жизни. Будь умницей, Софи. И тогда жизнь у тебя, пусть и не будет сказкой, коли ты так считаешь, но жить тебе здесь будет очень даже комфортно. Брат обеспечит тебя всем. Более никаких тревог и забот, а любые твои прихоти, если ты будешь покладиста, будут вмиг исполняться. Большинство женщин о таком может только мечтать, и им приходится идти на жертвы, чтобы хоть толику получить, а тебе всё это досталось только, считай, за красивые глаза. Так что, повторюсь, будь умницей. Пусть пройдет этот отбор, завоюй расположение брата лаской, и… можешь даже им крутить потом, как захочешь. Ты ведь далеко не глупая женщина. Подумай об этом хорошенько, пока есть время.

— А почему ты об этом мире говоришь так, будто он разумный?

— Потому что так и есть, Софи, — подняв глаза к небу, Виэйр тихо произнес: — Есть миры живые, есть неживые. Есть те, что порождают великую сущность, а может, и не одну, которых мы потом, смертные, называем Богами, и которые сами потом создают целые миры. А есть те, которым этого и не нужно. Вот и наш мир так и не породил Бога. Вся эта планета — это и есть высшая сущность. И она крайне любит притягивать к себе новичков, одаренных магией. Дабы потом их уже никогда не отпустить. Может, поэтому, кстати, люди когда-то и вымерли. И Гиэйра, так называется наш мир, посчитала, что они, не одаренные магией, и не нужны тут. И истребила их всех. Не знаю. Это только мои догадки. Поэтому я и удивился, что твой друг смог уйти. Но ещё я уверен в том, что Гиэйра может быть довольно обидчивой, и теперь она вряд ли пустит того дракона обратно. А может, и не обидится она, кто их, высших сущностей, вообще, поймет. Зато может испугаться, что его сил хватило уйти без особых проблем…

— Ну почему у вас тут всё так сложно? — в сердцах простонала я. — Ладно, спасибо, Виэйр, за рассказ и разъяснения… Я подумаю.

— Вот и молодец, — он протянул свою руку, вероятно, желая потрепать меня по мягкой щеке, но я, отшатнувшись, прошипела:

— Но это не значит, что я тебя простила, ирод! И не распускай больше руки, будь добр… А то брату твоему нажалуюсь, — и гнусно так, ехидно улыбнулась во все тридцать три зуба.

На моё заявление дракон только усмехнулся и подмигнул:

— Молодец. Быстро учишься, — закинув косу за спину, он едва заметным кивком головы попрощался и, медленно, величаво ступая по дорожке, засыпанной мелкими разноцветными камешками, направился в сторону дворца.

А я опять осталась одна. Посреди огромного сада. Думать о насущном. А именно о побеге. Да, естественно, даже после рассказа дракона и его намеках о моем поведении и дальнейшей жизни, я не могла оставить мысли о том, чтобы сбежать. Я не хотела быть чьей-то там женой, потому что я невероятно редкая, уникальная, и меня хотят приручить. Я или буду любить того, за кого замуж выйду, или стану старой кошатницей. Другого не дано… Хотя, повстречав Дэйна, понимаю: либо я буду с ним, либо… либо стану старой кошатницей. Да, именно так. Вот запал мне этот красивый белоснежный дракон в душу и сердце! Ничего не могу с собой поделать, постоянно думаю о нем, переживаю и хочу опять его увидеть. И я до последнего буду сражаться за свою свободу и верить в то, что он за мной вернется.

Я устало опустилась на скамейку, ту же, на которой и сидела себе спокойно, пока не пришел Виэйр, и, бросив взгляд на яркое солнышко, которое так было похоже на наше, земное, посмотрела на огромный белоснежный пятиэтажный особняк и тяжело, протяжно вздохнула.

Вчера, после того как наглый дракон покинул спальню, я осталась одна. И, разумеется, я, одевшись, сразу попыталась сбежать. Вот только у окна, с другой стороны, летал «дежурный» дракон и караулил меня. Почему я так подумала — да потому, что та черная рептилия кружила всё время вокруг и постоянно бросала взгляды в мою сторону. Так что мысль о побеге через окно пришлось отложить. Но не отказаться насовсем. Я, конечно же, ещё подергала за ручку двери, убедилась, что она точно закрыта. И после начала исследовать всю спальню на предмет потайной двери. Ну а что, ведь часто описывают, что в подобных домах есть всякие тайные лазы и ходы.

Но, увы, удача мне не улыбнулась. Я ничего не обнаружила, и, когда уже пошла на второй заход, ко мне пришли две мои знакомые дриады. И прямо с порога радостные заявили, что мы отправляемся во дворец Владыки на отбор! Меня от этой новости бросило в дрожь, а на их довольные лица смотреть было попросту тошно. Однако деваться было некуда: за дверью опять маячили какие-то странные тени, и туда побежать я не рискнула.

Быстренько меня опять одев в то же красное платье, девушки, взяв меня под руки, повели на первый этаж, на этот раз по главной лестнице. Вывели на улицу, где перед главным входом стояла огромная черная карета, правда без запряженных в нее коней. Да и специальных креплений для коней я тоже не заметила.

Кстати, в тот момент я, не заметив вокруг никого, кроме девушек, решила было бежать, но стоило мне только отойти от них на шаг в сторону, тут же, словно из-под земли, возникли четыре высокие фигуры, облаченные во всё черное. Заняв места вокруг, они дружно, коротко поклонились и жестом указали на карету. Так провалился ещё один мой «гениальный» план.

Усевшись на мягкое кресло внутри кареты, которая по размерам могла бы соперничать с лимузином, я обнаружила напротив ещё одно действующее лицо этого занимательного «спектакля». Виэйр уже был тут и старательно делал вид, что меня не видит. Чему я была рада. На разговоры и светские беседы меня не тянуло.

А когда следом уселись и «мои» девушки, карета сразу начала медленно подниматься в небо. Вот такие вот чудеса! Хотя я уже ничему тогда и не удивилась. Драконы, магия, другие миры… подумаешь, какая-то карета летает. Обыденность!

Примерно через час, когда мы начали снижаться, меня сонную девушки растолкали и настойчиво предложили насладиться видом столицы и дворца Владыки. На что я также настойчиво от них отмахнулась. Настроение любоваться вообще не было — хотелось домой и спать. А не во дворец к какому-то заморскому владыке, которому хотелось оторвать хвост и длинный язык.

Так, полусонную меня и вытащили из кареты, и провели в спальню на втором этаже. Где я, отказавшись от всего, выпроводила девушек и, не раздеваясь, завалилась сразу спать.

Чтобы на следующее утро меня разбудили все те же звонкие девицы и сразу начали приводить в порядок. Опять ванна, крема, пенки, маски и разные масла. Всё это в меня втиралось, размазывалось и смывалось. А я молча это терпела. Пока я не останусь одна, даже нет смысла пытаться сбежать. Да и присутствие той странной четверки я постоянно будто затылком ощущала.

После всех процедур мне принесли очередное красное платье, похожее на предыдущее, только из ткани, которая переливалась даже в темноте. Более простенькие, на вид, украшения и ещё тряпку на лицо в тон платья, чтобы скрыть нижнюю часть моего лица. Видимо, это было особое распоряжение Роэля. Он, как и сказал, не хотел, чтобы кто-то увидел мое лицо.

И вот, до «Отбора» остается считанный час. Мне разрешили подышать воздухом в шикарном саду, но я даже и не пытаюсь сбежать. Потому что те охранники в темном постоянно и, скорее всего, специально показываются мне на глаза, мелькая где-то вдалеке.

Всего какой-то час. И за этот час мне нужно придумать, как сбежать или сделать так, чтобы меня Роэль точно не выбрал. Вот так задача не для слабаков! И совсем не для простых землянок, которые ещё пару дней назад и знать не знали, что существуют другие миры, какие-то драконы и магия…