Глава 32

— А я смотрю, ты и правда считаешь себя бессмертным? — зло прохрипела я на выдохе, и воздух в моих легких закончился, потому что корсетом мою талию перетянули так, что дышать, не то что нормально, а вообще — было практически невозможно.

— Софи! Ты только посмотри, как оно сидит на тебе — просто волшебно! — соловьем пропел Иэр, однако сделал шаг назад, на всякий случай. — Этот бордовый цвет невероятно тебе идет, а этот вырез… — его взгляд скользнул вниз, к молочным полушариям, которые зазывно виднелись из этого самого выреза, и мужчина напрочь «завис». — Софи… знаешь, я тут опять подумал…

— Иэр, знаешь, ты думать-то уже прекращай! А то думы эти тебя до добра не доведут, я тебе это обещаю. И позови уже тех садисток, которые надели на меня этот кошмар. — я обессиленно прислонилась к стене, пытаясь выровнять дыхание. Даже говорить в этом корсете мне было невыносимо тяжело.

— А зачем мне звать служанок? — он посмотрел на себя в зеркало и поправил брошь на белоснежном шейном платке.

— Чтобы они хотя бы немного ослабили затяжку! Иначе наш сегодняшний первый выход в свет закончится очень быстро и крайне плачевно. Я зайду в зал и меня сразу можно будет выносить!

— Почему?

— Я не могу дышать!

— Давай я тебе помогу, — промурлыкал он довольно и я, без задней мысли, радостная от того, что мне помогут, сразу повернулась к нему спиной. Однако когда этот гад с энтузиазмом начал задирать кринолин, я вспомнила, что корсет-то находится под платьем, и с гневным шипением отпрянула от него, и сразу надавала по загребущим ручонкам.

— Сама же просила помочь!

— Да? Ты бы прежде чем помочь — всю бы меня ощупал, а потом ещё случайно и в постель уложил! А потом бы говорил о том, что это уникальный и крайне действенный метод по снятию корсетов!

— Ну… а он ведь действительно крайне действенный, и кроме того, что уникальный, так ещё и очень прия-я-ятный… — протянул он и опять получил по рукам.

— Я вот чего не понимаю — ты меня сюда, в свой мир для чего позвал? Дэйну помочь или меня соблазнить, и в кровать уложить?

— Знаешь, милая Софи — одно другому вот вообще не мешает! И я был бы не против совместить приятное с полезным…

— Ты теплое с мягким-то не путай! — оборвала я его.

— А зачем мне эти понятия путать? Ты и теплая, и мягкая… а ещё тебя, Софи, так и хочется съесть. — голос Иэра опустился до шепота и приобрел хрипловатые нотки. — Хочется взять тебя на руки, внести в спальню… уложить на кровать. И ме-е-едленно раздеть, лаская при этом каждый сантиметр твоей нежной кожи, целовать… — он сделал ко мне шаг, фактически прижав меня к стене просторной гардеробной.

— Какое съесть? Ты скоро кушать будешь только кашки на воде, друг мой, потому что зубов у тебя не останется, если ты сейчас ко мне хоть пальцем прикоснешься! Кстати, давно спросить хотела, а чего ты тогда, ещё на Земле, ко мне посреди ночи приперся?

Мужчина недоуменно на меня посмотрел, затем нахмурился:

— Когда это?

— Когда я тебя расческой по голове приложила, а потом мне Дэйна пришлось просить унести твое бездыханное тело. Ты ещё на моей кухне сидел, косметику перебирал.

— А-а! Вспомнил. Ну, у меня было время… а ещё странная аура у тех безделушек была. Словно Дэйн ими пользовался, а не ты. Я и не выдержал, и решил их изучить повнимательнее, в спокойной обстановке, в салоне автомобиля мне это…

— А ты, случаем, в мою комнату не заглядывал?! — перебила я его и уже я сделала шаг к нему, и взяв за лацканы шикарного фрака, пристально посмотрела в глаза.

— Кх-м… Мы, наверное, уже опаздываем… — Иэр мастерски выскользнул из моих лапок, и махнув, нет, не хвостом, а полами фрака, выскочил из гардеробной. И я, поняв, что этот гад что-то от меня скрывает, рванула вслед за ним, чертыхаясь, путаясь в объемных юбках, и на ходу сыпля разнообразными ругательствами.

— Я жду тебя в каре-е-ете! — прокричал мужчина не оборачиваясь, сбегая по широкой лестнице.

Подобрав юбку, чтобы не споткнуться, я ускорилась и, вывернув из-за угла, чуть не сбила сестрицу Иэра с ног. Злобно прошипев что-то в мой адрес и смерив меня презрительным взглядом, она фыркнула и отошла в сторону. Я же ей назло мило улыбнулась и поскакала дальше, вниз. Вот ещё, расшаркиваться перед ней, я тут всё равно ненадолго и мне абсолютно всё равно, что она обо мне и моём поведении думает, да и вообще она премерзкая особа: недовольна тем, что брат вернулся, недовольна, что брата не простили, недовольна что я тут, и мне даже кажется, что она вообще всегда и всем недовольна! Так что с ней я старалась пересекаться как можно реже, чтобы не видеть её постоянно кислое лицо.

Очутившись в холле, я ненадолго затормозила, оглядела себя в огромном зеркале с ног до головы: удостоверилась, что прическа не растрепалась, макияж в порядке, и осмотрела ещё раз своё вычурное платье бордового цвета с темным отливом, глубоким V-образным вырезом, узкой талией и пышными юбками, украшенное черным кружевом, которое мне действительно невероятно шло. После чего я, уже с гордо поднятой головой, сверкая в свете магических светильников фамильными драгоценностями рода Диэвэй Инимиар, которые мне мужчина выдал на сегодняшний вечер, вышла в открытые дворецким входные двери.

Внизу, как и говорил Иэр, стояла черная, позолоченная карета, запряженная четверкой вороных лошадей. Поднявшись, кое-как, с помощью лакея, смогла затолкать юбки и себя внутрь этой конструкции и довольная плюхнулась на обитое красным бархатом сиденье напротив мужчины.

— Кстати, я не думаю, что это — здравая мысль… — стоило только отъехать карете от дома, произнесла я.

— Ты сейчас о чем вообще говоришь?

— О нашей сегодняшней «тренировочной» вылазке на бал. Ума я точно там не наберусь, а вот проблем — запросто.

— С чего такой пессимизм? Да и перед главным выходом хоть будешь знать, к чему надо быть готовой.

— Пессимизм мой вполне обоснован — как только дело касается вас, драконов, всё в моей жизни идет наперекосяк. — я, отодвинув занавеску на окошке в двери в сторону, стала с любопытством наблюдать за происходящим на улице. — Чем меньше я буду появляться на «людях», так скажем, тем лучше. А то вдруг ещё какая «нимфа лесная» появится тут, как я буду выкручиваться?

— Ни разу я никого из того королевства не встречал, тем более, что им делать на балу у темного эльфа-выскочки? Поэтому успокойся и постарайся получить удовольствие.30f6fc

— Я бы большее удовольствие получила, лежа в кроватке, но никак не на балу, в чужом мире, где я могу случайно так накуролесить, что мама не горюй!

— М-м-м… полежать с тобой в кроватке я бы тоже не отказался, — темные глаза Иэра блеснули в полумраке.

— Ты бы полежал рядом, — буркнула я, — на коврике. Да и вообще, не понимаю я тебя. Чего тебе на самом деле от меня надо? Во внезапно воспылавшие чувства в твоей груди ко мне я не верю, так и чего ты постоянно ручки свои тянешь? Должен же был уже понять, что я девушка нервная, и бываю скорой на расправу.

Мужчина ответил мне не сразу, он, насупившись, сложил руки на груди и отвернулся к окну:

— Знаешь… Можешь верить, можешь — нет, но меня к тебе действительно почему-то тянет, словно ты драконица… Не понимаю в чем дело. Да ещё и если и тот день, точнее ночь, вспомнить, когда я к тебе заходил: ты приказала мне сесть и я, ни секунды не раздумывая — сел… Словно мне кровный брат, Владыка приказал — только ему я могу так беспрекословно подчиняться. Да и сила твоего удара… И вот эти странности и нестыковки, ещё и твои, воистину шикарные, формы — всё это манит меня… Поэтому я не буду скрывать, да и никогда не скрывал, что я был бы не против как минимум познакомиться с тобой поближе, даже желательно максимально ближе…

— Короче. Говоря простым языком — ты бы хотел уложить меня в постель.

— Это тоже, но, знаешь, я бы с удовольствием рассмотрел и более долгосрочную перспективу для нашего общения.

— Ты бы сделал меня своей постоянной любовницей? — я хмыкнула.

— Милая Софи… — он внезапно пересел ко мне на диван и, взяв ладошку в руку, серьезно произнес, — а ты бы согласилась?

— Уважаемый Иэр, а ты был бы не против, если бы я тебе за такое предложение рога бы пообломала и ручки поотрывала? — свой вопрос я сопроводила милой и невинной улыбкой.

— Ты жестокая! Ну как может такое прелестное создание быть таким злым, коварным и несдержанным на язычок? — он притворно и тяжело вздохнул. — Я к тебе с чистым сердцем и открытой душой — а ты меня за это обижаешь! Даже мне обидно!

— Девушка, если она милая, должна быть с крохотным недостатком, у меня это — «острый» язык. Да и разве можно с тобой по-другому? Иначе ты бы всю меня уже облапал. А я себя в обиду не дам: ни тебе, ни кому бы то ни было. Я хоть и не невинная девица, но и не падкая на мужиков.

— Ну кто же говорит о том, что ты падкая… Ты — сладкая!

— Ага, аппетитная… — вспомнив его же слова, пробормотала я. — Ладно, давай оставим эту словесную перепалку на другое время, а сейчас обсудим сегодняшний вечер. Итак, я — Софиниарина Ярей, дриада, до сих пор смешно, когда говорю об этом… Я тайно прибыла в ваше королевство, и здесь мы с тобой и познакомились… Кстати, запомни, хоть я для всех и твоя «любовница», но если вдруг твоя рука окажется на моей ягодице или ещё где-то — я тебе точно руки оторву, и это уже без шуток… Дальше. Поскольку я выросла в другом королевстве и никогда оттуда прежде не выбиралась, о ваших обычаях я толком ничего не знаю, поэтому некоторое странноватое поведение всем должно показаться просто само собой разумеющимся. Всё верно?

— Да. Ты всех покоришь, Софи, не переживай.

— Знаешь, я бы с удовольствием осталась незамеченной, нежели чем кого-то там покоряла. Но, боюсь, с тобой рядом это будет просто невозможно. Особенно если ты ещё и будешь трепать всем, что я «дриада», которых они никогда прежде в глаза не видали. — вот было у меня ощущение, что что-то обязательно случится сегодня, а вот что оно будет для меня приятным, или хотя бы познавательным — в этом я совсем не было уверена. Скорее я ожидала неприятностей и смела только надеяться, что они не будут для нас критическими или фатальными.

— Успокойся. Всё будет хорошо!

И я опять не поверила этому черноволосому красавчику, однако деваться было некуда — карета, плавно затормозив, уже остановилась перед огромным особняком, и возвращаться обратно поздновато. Ну что же, тряхнем стариной и всколыхнем этот волшебный мирок!

Иэр первый, как только лакей открыл дверь, выскочил наружу и подал мне руку:

— Помни, Софи, я всегда буду рядом с тобой.

— Вот именно это, наверное, меня и пугает больше всего…