Глава 48
Оставшись одна, я некоторое время неподвижно сидела на краю кровати. Каюта покачивалась едва заметно — корабль всё ещё стоял в гавани.
Взгляд упал на сундуки, аккуратно составленные у стены и закрепленные специальным артефактом, чтоб при сильной качке или, не приведи Иллария, шторме, они не придавили хозяина и не заблокировали выход. Один из них — небольшой, потёртый временем, с потускневшими серебряными накладками — я привезла из дома. Второй, массивный, с золочёной отделкой и гербом Эмира, был подарком Наследника. Я медленно подошла к нему, провела пальцами по крышке и нехотя открыла замок.
Внутри лежали ткани — невесомые, яркие, однотонные и с орнаментом из золотой нити. Поверх них — шкатулка с драгоценностями, которую я даже не стала открывать. Никогда не питала страсти с украшениям, а уж теперь эти камни уже не имели для меня значения. Зато Анастасия будет в восторге…
Закрыв крышку, я вздохнула и зажмурилась.
— Вот и закончилось твое восточное приключение, — я расстегнула крючки на своём марканском платье из полупрозрачного голубого шёлка, позволила ему соскользнуть на пол. Лёгкая ткань легла в ногах как будто моментально потеряв цвет, словно кожа змеи, которую пришло время сбросить. Я чувствовала себя обнажённой не только телом, но и душой. — Прекрати выдумывать! — Отругала себя, потянулась к своему сундуку, достала одежду: плотные штаны из тёмно-зелёной шерсти с тонкой кожаной отделкой по швам, белоснежную льняную блузу с высоким горлом и вышивкой по вороту, и, наконец, юбку-амазонку – тяжёлую, с множеством складок, из той же тёмно-зелёной ткани, что и штаны. На Севере девушкам позволялось ходить и без верхней части гардероба, но здесь я не рискнула. Юбку полагалось носить поверх штанов — помимо защиты от холодных ветров Севера она придавала наряду женственности. Завершал комплект широкий кожаный пояс с серебряной пряжкой в виде двух переплетённых деревьев.
Я медленно облачалась в родную одежду, словно рыцарь, готовящийся к битве. Сначала нижнее бельё, затем штаны, плотно обхватившие ноги. Блуза, застёгнутая до самого горла костяными пуговицами. Юбка, обернувшая бёдра тяжёлым коконом. И, наконец, пояс, затянутый на талии. Подойдя к небольшому зеркалу, висевшему на стене, я взглянула на свое отражение.
Если бы не успевший озолотить мою кожу загар, передо мной точно стояла другая настоящая дочь Севера. Волосы, которые при дворе Наследника я укладывала в сложные причёски, теперь просто заплела в тугую косу. Лицо без привычных марканских драгоценностей было решительным и хмурым.
И всё же... что-то было не так. Я разгладила складки на юбке, поправила воротник блузы. Почему эта одежда, прежде такая естественная и удобная, теперь ощущалась как доспех? Тяжёлый, неповоротливый, сковывающий движения.
— Только не говори, что настолько привыкла к их шелкам! — шикнула сама себе, разглядывая ладони, выглядывающие из манжет. Кисти казались тонкими и хрупкими на фоне плотной ткани. Нет, дело не в удобстве…
Я опустилась в кресло у письменного стола, чувствуя, как юбка и штаны сдавливают ноги. То, что раньше было не только защитой от холода, но символом свободы, теперь ощущалось оковами. Марканская одежда казалась странной, когда я только приехала ко двору Наследника — слишком открытой, слишком легкомысленной. Теперь же традиционные наряды, родные и привычные с детства, ощущались неподъёмной бронёй.
— Это не одежда давит, — поняла я внезапно, — а ожидания, которые с ней связаны. — Я подошла к иллюминатору и отодвинула шёлковую занавеску. За стеклом виднелся порт Маркана. Люди на пристани казались маленькими, словно детские игрушки. Где-то там, за городом, в своём дворце, Наследник продолжал отбор невест…
Колокол на палубе громыхнул три раза — сигнал к отплытию. Я почувствовала, как корабль вздрогнул, словно живое существо, готовое сорваться с привязи и, совершенно неожиданно моя драконица тоже попыталась рвать когти, но явно собираясь не на Север…