Глава 49

Амир

Север приближался.

Берег Маркана размыло нечёткой дымкой. И чем дальше становился тем, тем ближе я оказывался к Северу.

Корабль уже считался нейтральной территорией, но говорить с истинной сейчас неразумно. Нужно дождаться приезда в ее княжество. Исполнить долг и тогда…

Тогда я буду в своем праве озвучить истину.

Ветер стал холоднее, волны зло бились в берега. Будто не хотели меня отпускать.

Как будто я когда-то слушал чьи-то приказы кроме Наследника и Эмира.

Небо потяжелело. Капитан говорил, к вечеру будет дождь. Зилартские приборы не ошибаются в таких вещах. Иначе их корабли не стоили бы таких денег.

Говорят, непогода на Севере обычное дело. Эстония не Исландор, но и там горы суровы. К людям и драконам.

Скорпион песчаный житель. Как примет меня Север? Как пример новость сама княжна?

Впрочем, разве это важно?

Нас связала истинность. Ей придется подчиниться. Сначала магии, потом мне.

Даже ее отец ничего не сможет сделать. Во-первых, истинность. Во-вторых, я тень Наследника. Таким не отказывают.

В карете княжна вела себя странно. На словах совершенно не расстроена тем, что получила отказ от Ихтьяра, но счастья возвратиться домой я не ощущал.

Неужели влюбилась? В Яра? Очень глупо.

Наследник Марканского трона никогда не ответит на эти чувства. Он неспособен. Как все Эмиры до него.

Ничего, любовная чепуха быстро выветрится из ее головы. Истинность ломала и не такие стены.

— Господин? — я обернулся, хоть и знал, что слуга подошёл ещё несколько вздохов назад. — Ужин подали в большой столовой.

Я кивнул, молча оттолкнулся от теплого, нагретого пустынным солнцем деревянного края.

Пора провести время со своей истинной. Глупым романтическим мечтам о Наследнике в ее голове теперь не место. Яру она уже не нужна. Значит, я могу занять место Господина.

Как было всегда. Тень есть Тень.

Я постучал в дверь каюты и даже не стал входить, не дождавшись. Хотя имею полное право. Но выжду. Терпение берет любые замки.

— Княжна, ужин накрыт. Я сопровожу вас. Надеюсь, вы готовы?

Дверь открылась резко. Пунцовые щеки, прерывистое дыхание. Это что? Следы оборота?

— Вы как раз очень вовремя, — княжна нервно поправила свои возмутительно-вульгарные штаны. То, что висело сверху и называлось юбкой, только привлекало к обтянутым тканью ногам лишние взгляды. Буквально кричала “посмотри на меня”. Я посмотрел. Несколько раз. Внимательно и довольно откровенно. Нечего выставлять напоказ, если не хочешь, чтобы тебя сожрали глазами.

— Я... тут... — нервозность поселилась в ней, как в завоёванном замке. В тоне, движениях и даже взгляде. Пальцы дрожали, прикрывая посеребреную. Оборотом кожу на щеках. — Моему зверю явно не по душе морские поездки. Да и не летали мы давно.

Я кивнул.

Их не учат держать себя в руках? Тем больше поводов не позволять ей выходить из гарема без абаи. Ещё не хватало, чтобы Маркан шипел сплетнями, как женщина Тени Наследника не может держать в узде своего зверя. Позорище.

— Нам пора, княжна.

Она кивнула и прошла мимо меня в проем двери. Теперь от нее пахло иначе. Холодными ветрами, свободой и солью. Прямая спина, расправленные плечи. Гордая, знавшая себе цену дочь правителя.

Все дочери однажды выходят замуж. И покоряются мужу. Я прикрыл дверь и поравнялся с княжной, подстраиваясь под ее довольно широкий и уверенный шаг. Марканки так не ходили.

— После ужина я провожу вас назад в каюту.

Потому что в таком виде ты ее будешь ходить по кораблю. Да и вообще нигде. Я запрещаю.

Моя женщина будет соблюдать приличия и показывать пример покорности и уважения к традициям Маркана не только для женщин нашего дома, но и для всех вокруг.

— После ужина я провожу вас назад в каюту.

Потому что в таком виде ты ее будешь ходить по кораблю. Да и вообще нигде. Я запрещаю.

Моя женщина будет соблюдать приличия и показывать пример покорности и уважения к традициям Маркана не только для женщин нашего дома, но и для всех вокруг.

— И что же, мы даже не прогуляемся по палубе? Уверена, нужно взять от пока еще теплой погоды все. Чем ближе мы будем к землям Эстинии, тем меньше будет времени для прогулок. Ветер уж больно кусач и колюч. Кстати, вас снарядили теплой одеждой, Амир?

— Не прогуляемся. — Я кивнул в нужную сторону, чтобы княжна даже не засматривалась в другом направлении. — Мне казалось, вы скучаете по Северу, а теперь вдруг все изменилось? Уже тоскует по жаре Маркана?

По жаре пустыни или жару Наследника?

Я остановился. Северянка удивлённо замерла рядом.

Что у них было с Ихтьяром?

Эмир растил меня тенью Наследника, теперь моя очередь отплатить тем же? И растить ребенка Господина под своим именем? Надеюсь, что нет. Едва ли Ихтьяр допустил бы. Значит, просто передал по наследству. Как лошадь. Как много чего за нашу жизнь.

— Значит, Наследник попробовал и вернул? Вот как…

Воздух потяжелел. Как небо перед грозой. Княжна медленно развернулась, будто заведённая шестеренками зилартского механизма кукла. Лицо изменилось. Тёплый румянец исчез, кожа побледнела, губы сжались в тонкую линию, глаза стали холодными, как северные льды. Не просто холодными — ледяными. В них айсбергами из воды появилась убийственная аристократическая надменность, от которой у простых смертных обычно подкашиваются ноги. Даже осанка и та изменилась — плечи расправились, подбородок приподнялся.

— Не понимаю, о чём вы. Объяснитесь. — Голос звучал ровно, но в этом спокойствии крылась ощутимая угроза. — Не вижу никакой связи между моим желанием прогуляться, погодными условиями и вашей оскорбительной фразой, — каждое слово княжна произносила с ледяным спокойствием. — Жара, холод, Наследник... Какое отношение всё это имеет к обычной прогулке? И уж тем более, я не спрашиваю разрешение у вас, Амир.

Она сделала шаг назад. Между нами выросла осязаема невидимая стена из протокола и титулов.

Ты ошибаешься, княжна. По регламенту наших стран я ничуть не ниже на социальной лестнице.

Тем более я скоро стану твоим господином.

— Ваша реакция говорит об обратном, леди Ларсен. Разрешение на что вы собираетесь получить? Не помню, чтобы уже требовал нечто подобное.

Её челюсти сжались ещё сильнее.

— Я жду ответа или извинений, — процедила княжна помолчав. — Хотя, судя по всему, ни того, ни другого не последует. Видимо, марканские традиции воспитания не предполагают умения вести беседу с дамами, не делая при этом оскорбительных намёков и поспешных выводов. Должно быть, привычка не ставить женщин ни во что настолько въелась, что даже титул княжны не останавливает от подобных... вольностей в суждениях.

— Я предупреждал, — но упрямая гордячка резко развернулась, не желая слушать. Юбка взметнулись вокруг ног пламенем негодования, когда северянка почти военным шагом направилась к столовой.

— Мы не договорили, — я надавил ладонью на дверь в столовую, не позволяя упрямой княжне открыть ее и войти, оставив меня с обратной стороны. Пусть с самого начала знает, что со мной так себя вести не получится. Если северные тюфяки позволяют подобное своим женщинам, то придется ей привыкать к новым правилам.

— Напоминаю, что статус Тени ничуть не ниже княжеского. А в свете того, что я мужчина ещё и выше. Но я прощаю вам вашу грубость, княжна. Не переживайте. И готов дать дружеский совет. Как только вы вернётесь назад ещё и, — я дёрнул бровями, — не буду повторяться, мы поняли друг друга. Ваш отец, узнав об этой досадной мелочи будет искать пути пристроить дочь, чтобы избежать позора. Он уже был готов отдать вас в Маркан. Думаете, не обрадуется возможности спрятать иголку в том стоге, где она надломлена? Маркан далеко. Никто не узнает. А союз с пустыней видимо, немало манит вашего уважаемого отца.