Глава 28

Встретившись взглядом с сыном, я понимаю, что зря так остро отреагировала на родителей. Арсений не смотрит на меня так, как смотрит всегда. В его глазах пробегает что-то мне непонятное. Он явно прокручивает в голове мои слова и размышляет: стоило ли ему вообще общаться со своими родственниками, которые непонятно где были все это время.

Он у меня умный мальчик. И ему достаточно одного моего расстроенного взгляда, для того чтобы понять, нравятся мне наши гости или же нет. А они мне не нравятся однозначно. Я не ожидала, что они захотят приехать к нам. Теперь Арсений всем нужен. А много лет назад все мои близкие люди, кроме брата и подруг, считали меня грязью под ногами. Наносили удар за ударом, ни капли не жалели. Не думали, не понимали, что у меня творится внутри. Им, откровенно говоря, было наплевать на Лизу.

А в один день все меняется. Они узнают, что у них есть внук. И зачем-то вбивают в свою голову, что им обязательно нужно появиться в нашей жизни снова. Только я этого не хочу. Ни в коем случае. Прошлых воспоминаний мне достаточно, чтобы возненавидеть их еще сильнее.

Слезы матери меня ни капли не трогают. А уж грустный, тоскливый взгляд отца тем более. Он стоит в метре от меня и ждет, когда отойдет мама, чтобы... обнять? Чтобы сказать, как он жалеет? И что, они думают, я им верю? Думают, прыгну на их шею и скажу: как хорошо, что вы пришли? Я очень хотела с вами встретиться?! Да ничего подобного! Я могу лишь наорать! Могу выгнать их из своего дома, однако не при сыне.

Черт возьми! Как же мне больно-то!

— Не надо истерить, — цежу я на ухо матери, пытаясь вырваться из ее хватки. — Сын смотрит и не понимает, почему вы так накидываетесь на меня. Я ни одному вашему слову не верю.

Мама отстраняется от меня, напоследок шмыгнув носом. И смотрит на меня в упор такими глазами, что на мгновение самой становится стыдно за свою резкость и грубость. Будто не я получила от них плевок в лицо четыре года назад, а они от меня. И будто сейчас должна умолять их я, однако почему-то ко мне приехали они.

— Прости, дочь, — шепчет мама снова. Нет, слезы на щеках настоящие. Да вот я не испытываю такой же радости от нашей встречи, какую испытывают они.

— Лиза, — отец делает шаг ко мне, но сразу же замирает, встретившись с моим предупреждающим взглядом. Поворачивается к Арсению, не зная, как поступить дальше. Лишь протягивает ладонь, которую я пожимаю через некоторое время. — Рад тебя видеть. И мальчишку тоже. Умный он у тебя. Очень хорошо воспитала.

И нафига эта похвала? Я и сама знаю, что хорошо сына воспитала. И что он умненький у меня.

— Спасибо, пап, — натягиваю на лицо широкую улыбку. — Не скажу того же о вас. Рада я или нет... Зойка, — обращаюсь к подруге. — Арсений душ принял?

— Да, — тихо отзывается она. — Мне его уложить?

— Нет, я сама, — отвечаю, сглатывая неожиданно образовавшийся в горле ком. — Нам рано утром вставать. Есть планы на завтра.

Арсений берет меня за руку и тянет в спальню. Не задает вопросов. Я переодеваю его в пижаму и укладываю, сама же присаживаюсь рядом.

— Мам, — зовет он меня наконец. — А ты не любишь дедушку с бабушкой?

Я грустно усмехаюсь его словам и чувствую, как вновь на глаза набегают слезы. Зажмурившись, пару раз глубоко вдыхаю и выдыхаю.

«Возьми себя в руки, Лиза. Все осталось в прошлом», — напоминаю самой себе.

— Ты когда на меня обижаешься и губы свои пухлые надуваешь, значит ли это, что ты меня не любишь? — шепчу тихо и максимально твердо.

— Я люблю тебя всегда, мам, — резко садится на кровати и обнимает меня.

Дыхание перехватывает от его слов. Я прижимаю сына к себе и целую его в макушку, лоб. Господи, как же хорошо, что он у меня есть. Безумно благодарна за такое счастье.

— Вот я своих родителей тоже люблю. Маму с папой просто невозможно не любить, какими бы они ни были. Я всего лишь немножко обиделась на них. Скоро все вернется на свое место, родной. Ты давай, ложись спать, — говорю, хоть на самом деле все совсем не так.

— А куда мы поедем завтра? — заинтересованно спрашивает сын. — Ты сказала...

— Посмотрим, куда поедем, — перебиваю. — Завтра решим. Окей?

— Ага! — радуясь, тянет одеяло до груди. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, малыш, — едва сдерживаю слезы.

Слава Богу, засыпает он быстро. Потому что очень активный и весь день не отдыхает ни минуты.

В комнату заходит Кирилл и присаживается на край кровати. Улыбаясь, гладит макушку сына.

— Мне пора, Лиз. Завтра приеду, — хриплый шепот вибрацией проходится по телу. — Ты сказала, что есть какие-то планы. Не поделишься? Хотел бы провести время с сыном.

— Я еще не знаю. Ляпнула, чтобы не оставаться там с ними, — киваю на дверь, имея в виду родителей. — Они еще там?

— В кухню ушли. Не уедут, пока с тобой не поговорят, — вздыхает. Я встаю, а следом Бессмертный. — Ночь предстоит длинная. У меня работы по горло. До встречи, — наклоняясь, целует меня в щеку и широкими шагами выходит из спальни, оставляя меня наедине с самой собой.

Выхожу из спальни спустя минут двадцать. И сразу же направляюсь на кухню, где меня все еще ждут родители. Папа сразу встает на ноги, заметив меня у проема двери.

— Дочь, — начинает он, но я сразу же обрываю его речь:

— Не нужно, пап. Пожалуйста, не надо. Не знаю, на что вы надеялись, когда переступили порог моей квартиры. Зачем пришли? Неужели вы думали, что после всего, что случилось в прошлом, я приму вас в свою жизнь как ни в чем не бывало? Серьезно? Вы как дети, ей-богу.

Никита косится на меня, что-то шепчет одними губами. Но я решаю не обращать на него внимания и высказать все, что накопилось за все те годы, которые я жила без них.

— Пелена мести застелила глаза, дочь. Я ненавидел Бессмертного-старшего. Хотел насолить ему, а также его сыну. Но в итоге потерял тебя, — выдает отец не своим голосом.

Зойка стоит у окна и тихо наблюдает за нами. Единственный человек после Демида, кто поддержал меня в трудные времена. Говорят, когда бог отнимает одно, то дает другое. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. Точно так же произошло со мной. Я лишилась всех своих близких, лишилась общения с ними. Но у меня появился еще один старший брат — Демид. Который ухаживал, защищал меня от всех и всего. И сестра, о которой я всю жизни мечтала — Зоя.

Иногда я даже задумывалась над тем, что хорошо, что все так сложилось. Пусть и было больно анализировать некоторые моменты из прошлого, все же я заставляла себя вспоминать их, чтобы ненавидеть в первую очередь Кирилла и не искать о нем информацию в интернете. А потом брата, родителей...

— Папа, мама, — улыбаюсь я натянуто. — Да, у вас есть внук. И да, я не стану вам запрещать с ним видеться. Но это не значит, что вы можете приезжать сюда, когда в голову взбредет. Я к такому подвигу не готова. Перед вами мне ни капли не стыдно. Потому что я ничего плохого вам не делала. Помогала маме как могла, была с вами максимально честна. Встречалась с парнем и этого не скрывала. Но вы сделали все необходимое, чтобы сломать мне жизнь. Тем более ты, отец. Бог вам судья. Если он вас простит, то кто такая я, чтобы не прощать? А теперь уходите. Я не такая сильная... Уходите!

В воздухе повисает пауза. Родители не отвечают на мои слова. Уткнувшись взглядом в свои руки, они молча сидят некоторое время. А потом тихо встают и покидают кухню.

Я слышу мамино «прости», но никак не реагирую. Мне не было так сильно больно от поступков и угроз отца Кирилла. Потому что он мне чужой. А эти люди, которые не спеша надевают свою обувь в коридоре, они мне родные. Хотя было время, они забыли, что мы являемся семьей.

Пора решать здесь все свои проблемы и сваливать в Москву. Захочет Бессмертный — поедет с нами. Нет, не захочет — скатертью ему дорога. Я хочу в свой дом, в свой спокойный уголок.

Да только сюрпризы в этом городе вряд ли закончатся. В том числе и неприятные...