Глава 35

«Получается, Даген сбежал, — размышляла я, наводя в кружке тюрю для раненого. — Не удивлюсь, если он знал о предстоящем нападении, а всё вместе это часть плана. Ярл отправил лучших дружинников, чтобы отомстить за невесту. Кто же остался защищать самого ярла? И разве это не удачный повод для нападения на слепца?»

Кусочки лепёшки окончательно размокли, и я, оставив кружку на камнях у очага, подошла к Ивару.

— Еда готова. Не знаю, что там привезёт подмога Дагена, потому предлагаю поесть сейчас.

Раненый неохотно зашевелился. Я помогла ему принять полусидячее положение и про себя вздохнула — горячий. Ему бы антибиотиков сейчас… или просто возможность спокойно отлежаться. Организм молодой, иммунка работает на отлично, потому шансы выкарабкаться более чем велики. Только бы предстоящая дорога не навредила.

— Держи. — Я подала Ивару кружку. — Похлёбка жидкая, можно просто пить.

Раненый кивнул, сделал глоток, и я, убедившись, что всё в порядке, вернулась к очагу.

«Зачем им обязательно требовалась невеста? Вернуть Ульрику дочку? Или сотворить что-нибудь страшное, чтобы ярл и не помышлял отозвать дружину, пока не свершится месть?»

Снаружи донёсся топот копыт. Обещанная подмога? Разбойники?

— Опусти капюшон и отойди в тень, — сипло произнёс Ивар.

С заметным усилием сел на лавке, спустив ноги на пол; кружку поставил рядом.

— Надо открыть? — уточнила я, накидывая капюшон. Западный — главный — вход до сих пор был худо-бедно забаррикадирован.

— Пусть сами входят, — сумрачно отозвался Ивар. — Будь готова ко всему.

Оптимистичное напутствие, нервно усмехнулась я про себя. Взялась за кинжал, отступила к стене, подальше от источников света, и тут же дверь западного входа содрогнулась от тяжёлого удара.

— Ивар! — раздался с той стороны громкий голос Дагена. — Это мы! Открывай!

— Откройте сами! — хрипло ответил раненый. — Или зайдите иначе!

Однако дружинникам, похоже, было западло входить через женский вход. Потому на несчастную дверь обрушился новый удар, выбивший из-под неё подпорку. Ещё одно «Бух!», и лавка-баррикада грохнулась на пол. То же случилось и с дверью, не сумевшей удержаться на одной петле, а в следующее мгновение в пристанище шагнул неизвестный воин.

Лет, наверное, сорока, высокий и широкоплечий, он был одет в кольчугу и плащ с нашитой эмблемой — летящей птицей. Голову его покрывал круглый шлем с защищавшей нос пластиной, у широкого пояса висел массивный боевой топор. Взгляд воина скользнул по мне росчерком лезвия (я поспешила потупиться, прячась под капюшоном) и упёрся в поднявшегося с лавки Ивара.

— Приветствую, Ивар, сын Ульрика Серого Лиса, — звучно произнёс незнакомец. — Я Хельги, форинг ярла Ронгвальда Зоркого.

— Приветствую, Хельги, — кивнул Ивар. — Ты и твои люди оказались здесь очень вовремя, чтобы защитить Бьорг Красивые Волосы, мою сестру и невесту ярла Ронгвальда.

Он указал на меня, и я как могла низко опустила голову. Но пускай теперь перед глазами были носки моих не самых чистых сапог, взгляд форинга ощущался всем телом.

— Моя сестра дала обет, — между тем продолжал Ивар, — до свадьбы не открывать лица ни перед кем, кроме будущего супруга, и не говорить ни с кем, кроме родни по крови.

— Да, мне сказали, — подтвердил Хельги. — Не тревожься: мы уважим эти обеты. Но вижу, ты ранен. Отдыхай. Теперь заботы о прекрасноволосой Бьорг я беру на себя.

— Хорошо. — Собственно, иного варианта у нас и не было. — Сестра, подойди пока ко мне.

Я повиновалась, стараясь держать максимальную дистанцию между собой и форингом. Ивар прилёг на лавку, оставив мне место, чтобы присесть в изголовье, а Хельги обернулся к дверному проёму, в котором маячил Даген, и зычно распорядился:

— Становимся на ночлег!

И как по взмаху волшебной палочки пристанище наполнилось людьми. Плечистые и крепкие, как в том стихотворении, вместо значка ГТО они носили на плащах силуэты летящих птиц, а деловитостью могли поспорить с муравьями. Не успела я толком уследить, как котелок с моим «бульоном» был аккуратно сдвинут в сторону, огонь в очаге радостно вспыхнул, подкормленный щедрой порцией дров, а над ним подвесили большой котёл, уши которого были выкованы в форме волчьих голов. Воины приладили на место обе двери, отгородили для меня угол, в качестве ширмы используя собственные плащи, и я, переглянувшись с Иваром, ушла в импровизированное убежище.

Вот теперь можно было хоть немного выдохнуть, поднять голову и, разместившись на лавке, но не торопясь ложиться, внимательно прислушаться к происходившему. Однако пока всем было не до обсуждения планов: как в сказках, сначала предполагалось попить-поесть, а лишь потом вести мудрые разговоры. Тем не менее из отдельных фраз я поняла, что Даген не солгал. Отряд был послан мстить, и потому перед Хельги сейчас ребром становился классический вопрос: что делать? Возвращаться? Отправить в Вестфольд только нас с Иваром в сопровождении нескольких человек, а остальным заняться поисками разбойников? Из-за необходимости смотреть исключительно в пол я не могла сказать точно, сколько людей в отряде. Но в том, что не десять и не двадцать была уверена — многие остались ночевать во дворе под открытым небом.

«Ничего, скоро всё узнаю, — утешала я себя, невольно принюхиваясь к аппетитным ароматам горячей еды, заполнявшим пристанище, и втягивая так и норовивший заурчать живот. — Ведь каким бы ни было окончательное решение, повлиять на него я всё равно не смогу».