Глава 26

***Маргарита

Когда ледяные пальцы коснулись моего плеча, первой мыслью было, что это конец, что пришли приспешники Фионы, чтобы осуществить угрозу по поводу моей дальнейшей участи в виде корма для рыб, но прикосновение оказалось настолько осторожным, что заставило усомниться в первоначальном предположении.

Над головой вспыхнул едва заметный магический светлячок, и я смогла разглядеть черты того, кто пришёл меня спасти. Именно спасти, поскольку знакомое с детства лицо, которое я часами разглядывала на изображении в медальоне, не спутала бы ни с каким другим.

Отец. Папа. Папочка. Я столько раз в детстве представляла эту встречу, что он придёт, спасёт меня от всех бед и несчастий, оградит от невзгод и превратностей судьбы, что сейчас реальность казалась сном, чудесным видением, от которого спустя мгновение останутся лишь воспоминания.

Но проходила секунда, за ней вторая, а мы продолжали смотреть друг другу в глаза, и вместо того, чтобы исчезнуть, черты лица, наоборот, приобретали чёткость, но лишь до того мгновения, пока из глаз не хлынули слёзы, застилая пеленой всё вокруг.

– Дочка, кровиночка моя, не плачь, родная, – подхватив меня на руки, зашептал отец, прижав к широкой груди, – теперь всё будет хорошо. Поверь, теперь точно всё будет хорошо.

По обе стороны от нас начали проявляться призрачные фигуры, тут же закружившиеся будто в хороводе, а в голове загудели голоса предков – подбадривая, успокаивая, сыпля наставлениями, куда уж без них. Кажется, именно духов надо благодарить за то, что отец отыскал меня в этом тёмном туннеле. И я благодарила, закрыв глаза, едва сдерживая рыдания, мысленно шептала о том, что они самые лучшие и отзывчивые предки на всём белом свете.

А в это время сильные руки уносили меня прочь от опасности, от злых умыслов и интриг… от Джея, с которым я обязательно встречусь вновь, как только приду в себя после заклятья. И тогда заговорщикам не поздоровится, в этом я даже не сомневалась, потому что никто не смеет безнаказанно строить козни против нашей семьи.

Постепенно слёзы высохли, позволяя отчётливо видеть в свете мерцающего магического светлячка каменные коридоры, по которым меня нёс отец. Сначала они были сухие и пыльные, потом в воздухе отчётливо запахло сыростью, а слух уловил звук падающих капель, но вскоре лицо овеял свежий ветерок, и череда поворотов, подъёмов и спусков осталась позади. Правда, ненадолго, поскольку мы снова спустились в какие-то катакомбы, состоящие из узких галерей, коридоров и небольших помещений.

– Ну, вот мы и пришли в моё временное пристанище, – с улыбкой произнёс отец, укладывая меня на жёсткую софу, единственную в полупустой комнате, где кроме стола, пары кресел, шкафа и полок, заставленных какими-то колбами, сферами и механизмами, ничего больше не было, даже окон. Хотя, какие могут быть окна под землёй. – Потерпи немного, сейчас я приготовлю антидот, и тебе сразу же станет легче.

В голове крутились сотни вопросов, требующие ответов, но пока я могла лишь молча слушать и наблюдать, но даже этого сейчас казалось достаточно, ведь моя мечта осуществилась, пусть не полностью, и мамы рядом нет, но всё у нас ещё впереди.

Отец, бормоча себе что-то под нос, метался по комнате, то открывая ящик шкафа и доставая из него какие-то травы, то роясь на полках среди механизмов, но в конце концов на столе образовалась горка всевозможных материалов, над которыми он и начал колдовать, причём, в прямом смысле этого слова. Тёмная магия лилась из мозолистых ладоней, смешивая ингредиенты, подогревая над горелкой, остужая, вновь перемешивая, и постепенно в стеклянной посудине, напоминающей большую колбу, мутная жидкость стала меняться, приобретая прозрачность и мягкое свечение.

– Это антидот, – перелив в железную кружку, объяснил отец, – по вкусу напоминает обычный травяной чай, так что давай приподниму тебя и помогу сделать первые глотки, потом уже сможешь пить сама.

Родитель, осторожно меня приподняв, поднёс кружку к губам, и в рот маленькими порциями полилась довольно приятная на вкус жидкость, тепло от которой начало распространяться по телу, снимая оцепенение, возвращая подвижность конечностям.

Прошло не больше пары минут, а я уже смогла сидеть самостоятельно и даже держать кружку, грея об неё руки.

– Вот и умничка, вот и хорошо, – улыбнулся мужчина, и на душе сразу же стало спокойнее, боль и обида растаяли без следа, уступая место обычному любопытству, и глядя на то, как меняется моё лицо, преображаясь буквально на глазах, отец засветился от счастья.

– Представляю, сколько у тебя ко мне скопилось вопросов, – накинув на мои плечи тёплый плед и присев рядом на стул, произнёс он, сцепив пальцы в замок, что свидетельствовало о его волнении.

– Много, – подтвердила я, кутаясь в тёплый плед, – и очень бы хотелось получить ответы хотя бы на часть из них прямо сейчас.

– Узнаю характер твоей мамы, – хохотнул он, – ты очень на неё похожа.

– А Джей сказал, что я вся в тебя, – тихо рассмеялась, совершенно не чувствуя дискомфорта в присутствии отца. С ним было так же легко и просто, как если бы мы сидели таким образом каждый день на протяжении многих лет, а не встретились только сегодня.

– Джей замечательный парень, – отец сразу же стал серьёзнее, – именно поэтому я и попросил его приглядеть за тобой.

– Почему не сам?

– Долгая история и, пожалуй, я начну её с самого начала, – уставившись в стену задумчивым взглядом, ответил он. – Ты наверняка уже знаешь о противостоянии тёмных и светлых магов, – я утвердительно кивнула, но он, похоже, этого даже не заметил. – Много лет я пытался найти выход из этой, казалось бы, безвыходной ситуации, искал точки соприкосновения, общие корни, ведь, по сути, мы один народ. Но чем больше я старался, тем сильнее ощущал некое противодействие, причём не только со стороны светлых, вернее, не столько с их стороны, сколько с нашей. Сначала я решил, что проблема в императорской чете, что это они пытаются сбить меня со следа, подсылая наёмников, уводя по ложному следу. А когда однажды, исследуя дальние земли нашего поместья, приблизился к Лихогорью и увидел рядом с границей прибежище некромантов, собирающих войска из нежити, мои подозрения нашли подтверждение.

– Кстати, наш сосед один из них, – вновь закивала я, когда отец сделал паузу.

– Да, об этом я тоже теперь знаю. Так вот, пробравшись на их территорию благодаря артефакту, скрывающему ауру, что создал для твоей мамы, чтобы никто не узнал раньше времени о её беременности, я сохранил информацию с помощью магических накопителей, и, вооружившись подобным образом, отправился в столицу. Вот только выводы я сделал неверные и вместо того, чтобы идти к императору, которого считал зачинщиком этого безобразия, отправился к старинному другу, курирующему академию.

– К ректору, отцу Фионы? – вырвалось у меня.

– Именно, к ректору Сайросу Мрэйду. Именно он стоит за всем этим, но тогда я об этом не подозревал и выложил всё начистоту, как давнему приятелю, с которым вместе учились, надеясь на его помощь. После чего меня попытались убрать, чтобы не болтал лишнего. Им почти это удалось, я едва выбрался из уготованной ловушки, и то благодаря тому, что в обвалившемся на меня туннеле одна из стен треснула, открыв узкий проход, по которому мне посчастливилось выбраться на поверхность. Я был весь изранен – сломаны рёбра, имелись множественные глубокие царапины и ушибы… но всё же добрался до своего тайного убежища, где успел остановить кровь с помощью магии, перед тем как провалиться в беспамятство. А когда очнулся, узнал, что меня считают погибшим. Никто за мной больше не охотился, никто не искал. Новость о том, что меня больше нет на этом свете, оказала мне большую услугу: так я мог действовать тайно, и никто даже не догадался, откуда дует ветер. Именно собранная в это время информация и позволила мне узнать, что во всём повинен Сайрос.

– Зачем ему война между светлыми и тёмными? – не сдержав дрожи, уточнила я, представив израненного отца и то, каких усилий ему стоило остаться в живых.

– Власть, – горько усмехнулся он, – всё дело во власти и непомерных амбициях.

– Как всегда, – вздохнула я. – Что на Земле, что здесь все беды от этого.

– Увы, так и есть, – согласился тот. – Родители Джея оказались против войны со светлыми, а ректору были очень нужны их территории, ведь где-то там находится последняя тринадцатая цитадель древних магов, когда-то властвовавших над этим миром, а в ней тайник с артефактами. Двенадцать других он нашёл, но для обретения власти и силы подобной той, что была у Властителей, ему не хватало тринадцатого кристалла силы, соединив которые в единый круг, он мог обрести желаемое.

– Вот только доступа на их территорию у него нет.

– Снова в точку. Вот он и задумал создать армию из нежити, устранить мешавшую ему императорскую чету через дочь и её замужество с Джеем, чтобы потом…

– Подожди, в каком смысле устранить?

– В прямом. Если бы мой подопечный пал под действием чар Фионы и заключил с ней брачный союз, то спустя некоторое время с его родителями случилось бы какое-нибудь несчастье, благодаря которому он занял бы их место, а впоследствии, и с ним произошло бы нечто подобное, что позволило бы Фионе стать полноправной императрицей. Вот тогда-то её отец и осуществил бы задуманное, став Тёмным Властителем.

– Именно так называл наш сосед своего хозяина, – припомнила я. – Тёмный Властитель или Властелин.

– Суть дела не меняет.

– Что верно, то верно, – поддакнула я. – Знала бы императрица об истинных планах её разлюбезной Фионы, тогда не стала бы так настаивать на сближении с Джеем.

– Обязательно узнает, уж я об этом позабочусь. Тем более, судя по тому, что мне рассказали духи предков, на этого парня у нас есть свои виды. Ведь так, дочка? – Отец задорно улыбнулся и подмигнул. – Значит, моя затея оказалась не напрасной? Я почему-то так и думал, что вы понравитесь друг другу, поэтому не стал вмешиваться, когда пришло время тебе возвращаться в этот мир.

– А сегодня ты как меня нашёл, духи предков подсказали?

– Они, родимые. Никогда не заговаривали со мной, а тут налетели со всех сторон, чуть не поседел. Я так боялся, что опоздаю… Прости, что тебе пришлось пережить всё это. Я ни на минуту не забывал о тебе и Амалии. Вы всегда жили в моём сердце, и живёте сейчас, и будете жить вечно. Ты и твоя мама – вы самые близкие мне существа. Если бы я не был уверен, что вам понадобится моя помощь, вряд ли бы выжил после завала в туннеле. Лишь вера в то, что мы снова будем вместе, спасла меня в тот день, заставила двигаться, когда, казалось, сил ни на что уже не было. Люблю тебя, родная. Моя деточка, мой солнечный цветочек.

– И я люблю тебя, пап, – на глаза навернулись слёзы, но в этот раз мне удалось их сдержать.

Глядя на мои попытки не разреветься, отец крепко обнял меня, и чувствуя родное тепло, теперь я даже не сомневалась, что мы действительно скоро будем все вместе. Несмотря ни на что.

Спустя примерно полчаса, действие антидота окончательно нейтрализовало серый порошок императрицы, вернув телу способность двигаться. Я снова чувствовала свои руки и ноги, могла говорить, не боясь, что язык в какой-то момент начнёт заплетаться, а вместе с этим вернулись и потребности организма, поэтому пока отец готовил лёгкий ужин, я основательно обследовала его ванную комнату, воспользовавшись не только туалетом, но и душем.

Мысль искупаться пришла после того, как, заглянув в зеркало, я увидела в отражении своё чумазое лицо и пыльные волосы в клочьях паутины. О состоянии платья лучше вообще не вспоминать: им будто вытерли пол, что, впрочем, было недалеко от истины.

Пока купалась, одежду приводила в порядок местная стиральная машинка, чудо, изобретённое светлыми умами этого мира, аналог нашей, но более усовершенствованная с помощью магии. Так что из ванной вышла, снова ощущая себя человеком, а не вываленным в пыли чучелом.

– Я смотрю, ты потихоньку обживаешься в нашем мире, уже разбираешься с некоторыми устройствами, – с улыбкой окинув меня взглядом, оценил моё преображение отец. – Джей помогает?

– Не только, – замотала головой, присаживаясь к столу и вдыхая аромат жареного картофеля, уложенного ровной горкой на тарелке и посыпанного крупно нарезанной зеленью, – у меня ещё есть наставница Анна Павловна. Очень своеобразная личность, которая прежде жила в этом мире, потом на Земле, где мы с ней и встретились. Но сейчас, в связи с некоторыми обстоятельствами, ей пришлось снова вернуться сюда.

– Кстати, как тебе там жилось, в безмагическом мире? Надеюсь, опекуны не обижали? Хватило тех денег, что я передал, для безбедного существования?

– Давай мы поговорим об этом в следующий раз? – вспоминать о том времени не хотелось, да и портить отцу настроение правдой тоже, поэтому я решила временно не развивать эту тему и перевести разговор в другое русло. – Лучше расскажи, ты пытался отыскать маму?

– Пытался, – сразу сник отец, – но на светлую территорию мне ход закрыт, а с помощью артефактов и шпионов многого не накопаешь. Магистр припрятал её так, что лишь наша связь позволяет мне чувствовать, что она жива и невредима. Уверен, если бы мне снова удалось пробраться на территорию светлых, я бы её нашёл, но твой дед, похоже, узнал о нашем способе общения, и теперь те древние артефакты, что позволяли беспрепятственно перемещаться из империи в империю, увы, не работают. Магистр – великий маг, но при этом отъявленный зас… кхм, человек с устоявшимися принципами в отношении тёмных, менять которые он не собирается ни ради дочери, ни ради кого бы то ни было.

– Но главное, мама жива, – уплетая жареный картофель с краюшкой чёрного хлеба, пробормотала я, – и как только разберёмся с ректором и его дочкой, обязательно её отыщем. Я же нейтрал, так что спокойно могу переходить границу, а ещё у нас в светлой империи теперь есть друзья…

– Ну, надо же, сюрприз за сюрпризом. Может, это знак, что пора бы этому миру измениться в лучшую сторону?

Ответить я не успела, поскольку на полке замерцали какие-то артефакты, привлекая наше внимание.

Вскочив из-за стола, отец развернулся в сторону входа, и на его ладонях заклубились сгустки магии, преображаясь в огненные сферы.

– Это предупреждение о вторжении, – спокойным голосом, за которым скрывалась буря эмоций, пояснил отец. – За шкафом есть потайная ниша, прячься скорее.

Но я не успела даже сдвинуться с места, как огромная по силе волна снесла входную дверь с петель, являя нам разъярённого Джея, окутанного тёмной магией, в компании скалящейся Ардо и разлюбезной Анны Павловны, уже успевшей сменить свой образ ворона на более привычный – совиный.

– Ну, надо же, кого я вижу, – воскликнул отец, рассмеявшись от облегчения, погасив магические сферы. – Не ожидал увидеть тебя так быстро, мой мальчик, да ещё в компании ищейки и магического существа.

Стоило только Джею осознать, кто перед ним, как ярость тут же сменилась растерянностью, а после безудержной радостью.

– Вот уж точно никогда не знаешь – где найдёшь, где потеряешь, – выдал он, притягивая меня к себе одной рукой, а другую протягивая отцу для рукопожатия.

– Не в бровь, а в глаз, – проворчала тётушка сова, опустившись на спинку стула, – впрочем, как всегда.