Глава 19

Хлои

– Доброе утро, – в один голос меня приветствуют Мел и Эрик, а я, придя в себя от первого удивления при виде их компании и совместного завтрака, уже могу спокойно улыбаться им.

– Погода с вами не согласна, – отвечаю я, намекая на тучи за окном.

– Зато в Малибу все будет лучше. Да? – Мел поворачивается к Эрику, и он кивает ей.

Я сажусь в кресло напротив них и чувствую на себе пристальный взгляд Эрика. Он следит за каждым моим движением: как я наливаю себе чай, как беру круассан. То же самое делает и Мел.

Я стараюсь не подавать виду, что меня это раздражает. Но меня это действительно бесит. Словно в зоопарке.

– Вам что, больше заняться нечем, как смотреть на меня? – недовольно бурчу я, пытаясь позавтракать.

– Мы ждем, когда ты насытишь свой желудок, потому что мы уже готовы к путешествию, – пожимает плечами Мел.

Я закатываю глаза и отпиваю горячий чай.

– Нам долго лететь? – интересуюсь я, чтобы прекратить это откровенное разглядывание меня. Но Эрик даже не стесняется своей дочери, которая, к слову, на это не обращает внимания, что-то печатая в айфоне.

Он смотрит. Черт, мне кажется, я даже слышу стук его сердца рядом. Было лучше, когда мы воевали. А сейчас… после вчерашней ночи я хочу перемирия, я хочу насладиться им только для себя. Но пока сама не готова принять собственные мысли. Ладно, готова. Один взгляд на его широкие плечи, скрытые под рубашкой, и я не могу контролировать похотливые мысли в голове.

– Шесть часов сорок минут, – четко отвечает он.

– Это будет долгий перелет, – выношу я вердикт, а он хитро улыбается.

Это будет тяжелый перелет в закрытом пространстве практически наедине с ним и Мел, которая постоянно спит в самолете. То есть он будет продолжать так странно вести себя, а я буду сидеть как на иголках весь полет.

Прекрасно.

Что еще он задумал?

Я перевожу взгляд на зевающую Мел и решаю больше не завтракать.

– Пойду за чемоданом, – говорю я, вставая.

– Я помогу тебе, – вежливо, но настойчиво предлагает Эрик.

– Да я сама, и еще Мел…

– Хлои, наши чемоданы уже в машине, осталась только ты. Так что давай шевели задницей, Эрик, – перебивает меня подруга, а ее отец от такой вульгарности удивленно переводит на нее взгляд.

Я уже разворачиваюсь и иду, смеясь над методом убеждения Мел. Войдя в спальню, я подхватываю кожаный рюкзак, вешаю его на плечо, как входит Эрик.

– Она всегда так разговаривает? – спрашивает он, закрывая за собой дверь.

– Да, привыкнешь, – улыбаюсь я, но моя улыбка гаснет, потому что он медленно подходит ко мне, словно хищник.

Мое дыхание замедляется, стук сердца, наоборот, наращивает темп. Я не могу… не хочу отступать и жду, когда он приблизится, выжидающе приподнимая брови.

Его рука ложится на мою талию, и он наклоняется к моему лицу, даря мне поцелуй в губы. Он идентичен вчерашнему, и это сбивает меня с любой мысли в голове. Я чувствую привкус кофе и облизываюсь, словно смакуя кофеин, впитывающийся в кровь.

– Доброе утро, малыш, – ласково произносит он, а я не могу отойти от оцепенения, вызванного этим жестом.

– Отлично выглядишь. Хорошо спала? Я вот ужасно, всю ночь вертелся. Кстати, выпил твое молоко, и оно все равно мне не помогло, пришлось пойти в спортзал. Вот если бы ты была рядом, то другое дело, – он говорит и говорит, пока я то открываю рот, то закрываю его.

Что происходит?!

– Ты головой нигде не приложился? – я кладу руки на его грудь, чтобы оттолкнуть, но он сильнее удерживает меня.

– У нас перемирие, помнишь? – он переводит взгляд на мои губы и тут же возвращается к глазам.

– Перемирие не равняется твоим поцелуям.

– Нет, но я буду целовать тебя, мне это нравится, – самодовольно заявляет он.

– А моего мнения спросить не хочешь? – я ведь пытаюсь возмущаться, но это больше похоже на мурлыканье и открытый флирт.

– Тебе тоже это нравится, – он легко касается моего носа губами и отходит.

Я так и стою, пока он как ни в чем не бывало поднимает мой чемодан и везет его за собой. Он открывает дверь и поворачивается ко мне.

– Хлои, все хорошо, поехали, – заверяет он меня с мягкой улыбкой.

– Ничего хорошего, Эрик. Ты целуешь меня, а между прочим…

– А между прочим, мы хотим оба большего, например, в бассейне. В Малибу у меня большой бассейн, я покажу тебе его, как и джакузи. А еще яхта. Точно. Мы покатаемся на яхте, мне не терпится увидеть тебя в бикини, а лучше без него. Это будет отличная поездка, – перебивает он мои возмущения, и я приоткрываю рот от его наглости.

Я что, во сне играла в лунатика и что-то еще сказала ему, поэтому он настолько уверен в моих мыслях? Нет, лучше бороться. Только разве осталось за что?

Я качаю головой на свои мысли и спускаюсь вниз, где Мел уже пыхтит от ожидания.

– Ура, можем ехать, – говорит она и выходит из квартиры.

Эрик стоит у входа с моим чемоданом, я прохожу мимо него и тут же слышу его шепот:

– В этих джинсах у тебя попка еще аппетитней, так и хочется укусить.

Я останавливаюсь и желаю придушить его за эти слова, но он едва сдерживает смех, видя мою озадаченную реакцию, так что у меня появляется желание врезать.

– Надеюсь, на борту будет много льда. Тебе надо охладиться, – бросаю я и напрочь стираю его самодовольство.

Теперь я хихикаю и вхожу в лифт, Мел держит кнопку, пока Эрик закрывает двери квартиры.

– Ты сейчас лопнешь, Хлои, – она замечает мое состояние как раз в тот момент, когда входит ее явно недовольный отец.

– Да так, предвкушаю бокал шампанского на борту. Со льдом, с большим количеством льда, – отвечаю я, уже смеясь сверлящим меня глазам в отражении дверей лифта.

– Ах да, забыл вас предупредить, с нами летит мой хороший друг, Ноа, – говорит Эрик, поворачиваясь к нам.

Превосходно! Лучше не бывает! Еще один шикарный жеребчик рядом. Хотя я блондинов не особо люблю, но его харизма чувствуется за версту. О, это будет очень весело. А особенно существует множество вариантов извести Эрика.

– Он свободен? – спрашивает Мел.

– Даже не думай, Мелания. Даже не помышляй об этом. Ему тридцать четыре, и он…

– Он красивый? – перебивает она его, а я опускаю голову, борясь с громким смехом.

– Мелания! – повышает голос Эрик.

– Ты же знаешь, ненавижу, когда меня зовут полным именем. И да, тридцать четыре – это самый сок. Он уже состоявшийся мужчина, со своими пристрастиями и может научить многому. Тем более он твой друг. Он же не причинит мне вреда, – невозмутимо произносит подруга, а я хрюкаю.

– Хлои! – я слышу в его голосе панику и поднимаю голову.

– Да? – я стараюсь принять удивленный вид, но не могу, глядя на его панически округлившиеся от слов дочери глаза, и просто открыто смеюсь, как и Мел. Мы переглядываемся и еще больше начинаем хохотать.

– Черт, Хлои, скажи ей, что он… что он не для нее, – грозно говорит Эрик.

– Почему нет? Мел права. Взрослый. Горячий. Умеет многое. Отличный опыт, – растягиваю я слова, и подруга активно кивает. Я, не смотря на нее, поднимаю руку, и она хлопает по ней.

– Приехали, – цедит Эрик, как только двери лифта открываются.

Мел выходит первой, а затем я, немного задерживаясь, чтобы бросить ему новую пищу для размышлений:

– Лицемер ты, жеребчик.

Я догоняю Мел и беру ее под руку, мы так и выходим, довольные каждая своими выводами после разговора.

Фред стоит у машины, ожидая нас, он открывает дверцу, и Мел юркает на сиденье.

– Мистер Форд, придется чемодан уложить на переднее сиденье. Багажник забит, – я первый раз слышу приятный голос шофера и поворачиваюсь к вышедшему Эрику.

Он бросает на меня быстрый взгляд, а затем растягивает губы в улыбке. В этой долбаной, ненавистной мне улыбке, которую я знаю как свои пять пальцев.

– Ничего, мы отлично поместимся на заднем сиденье, – он передает Фреду мой чемодан, а я недовольно опускаюсь на сиденье.

Мне предстоит ехать между ним и Мел. Рядом с ним, и это опасно.

Черт, уже горячо. Я чувствую его бедро, прижатое к моей ноге, и пытаюсь отодвинуться, но он еще свободнее садится, немного раздвигая ноги.

– Поехали, – он дает указания водителю, и мы плавно начинаем движение.

Боже, да не ерзай ты! Невозможно! Он близко. Не дыши на меня! Черт, не дыши ты мне в волосы. Жарко.

Я начинаю глубже дышать, закрывая глаза.

Может, притвориться спящей? Рано.

Мел расспрашивает его о доме, как долго нам ехать из Лос-Анджелеса до места назначения, где Дон и тому подобное, пока я сцепляю руки в замок от яркого желания опустить ладонь на его колено и сжать.

Да, сжать и провести выше, ощутить напряженные мышцы под тканью джинсов и добраться до его члена. Хорошего члена. Красивого и вкусного. Он откинет голову назад, закрыв от наслаждения глаза, и только я буду слышать его тяжелые вздохи и бормотание. Я буду наслаждаться его разрешением делать с его телом все, что захочу. Например, покусывать его шею.

Я чувствую, как мои бедра сжимаются от фантазий, и сильнее жмурюсь.

– Все хорошо? Тебе удобно? – Эрик шепчет мне на ухо, я вздрагиваю и одновременно сглатываю тягучую слюну желания.

– Вполне, – выдавливаю я, открывая глаза, и поворачиваюсь к нему.

Я тоже умею соблазнять, жеребчик.

Кладу голову на сиденье, не отводя взгляда от его потемневших глаз, и прикусываю нижнюю губу, медленно опускаясь глазами к его рту, шее, и вижу, как Эрик судорожно сглатывает.

– А тебе удобно? – интересуюсь я, возвращаясь к его глазам. Они темные, они просят и молят прекратить или же продолжить активнее, но это только подзадоривает меня.

– Вполне, – одними губами говорит он и, отворачиваясь, достает из кармашка на переднем сиденье журнал.

– О, ты только глянь, – меня пихает в ребро Мел и сует под нос свой айфон с изображением эрегированного члена.

– Господи, убери от меня его. Мел, ты идиотка? – возмущаюсь я, отпихивая от себя телефон, но руку Мел перехватывает Эрик, и его глаза округляются до немыслимых размеров.

– Это… это…

– Член, – подсказываю я Эрику, выхватившему телефон.

– Эй! Это для меня! Отдай, – кричит Мел, перегибаясь через меня, и пытается отнять у отца телефон, пока он что-то там набирает. Она уже забирается полностью на меня, ударяя Эрика, но он невозмутимо продолжает что-то писать в ее айфоне.

– Господи, Мел, мне больно! – кричу я, ощущая острые колени на моих бедрах.

– Мелания, а ну-ка слезь с Хлои. И вот, теперь у этого парня еще долго не встанет. – Эрик сталкивает с меня подругу так, что она плюхается на свое место, и я глубоко вздыхаю, растирая кожу.

– Ты придурок! – обиженно говорит Мел.

– Прекращай уже мне указывать и обзываться! Я твой отец, прояви уважение, в конце концов! – мне на ухо кричит Эрик.

– Да ты… да ненавижу тебя! Это мое дело! Мой парень! И вообще, я разговаривала с Хлои, а не с тобой! – в другое ухо орет Мел.

– Ты хоть понимаешь, насколько он не уважает тебя, присылая такие вещи? Это возмутительно! Секс сексом, но это уже перешло все рамки приличия и допустимого!

– У тебя тоже есть член! И ты, уверена, демонстрировал его многим! Значит, и ты никого не уважал!

– Хватит! – повышаю я голос, прекращая этот крик, и мои мозги звенят в воцарившейся тишине между двумя спорящими. – У меня голова от вас обоих уже болит. Мел, все, хватит. Ты сама сказала, что он мудак, Эрик тебе помог отшить неудачного кавалера. А ты, – я поворачиваюсь к мужчине, кипящему от злости, – успокойся. В Интернете полно порносайтов, и твоя дочь видела и не такое. Ничего страшного не произошло, а вы разорались. Может быть, закончите? Мел занимается сексом с шестнадцати. Ты тоже занимаешься сексом. Это правда жизни. Смирись, ты ничего не изменишь.

Я отчитываю их обоих, ловя в зеркале заднего вида улыбающиеся глаза Фреда.

– Боже, если будете продолжать, то можно, я выйду и останусь в Нью-Йорке, а вы хоть придушите друг друга, – продолжаю я, смотря попеременно то на одну, то на второго. – Мел, извинись. И ты, Эрик, тоже. Вы отец и дочь, а ведете себя безобразно. И да, Мел, твоего отца обижают твои обращения к нему, и в этом он прав. А ты, Эрик, прими ее свободные взгляды и не лезь не в свое дело. Она уже достаточно взрослая, чтобы принимать самостоятельно решения. Докатились, ругаетесь из-за фотографии члена, который никому не интересен, – я замолкаю, пытаясь отдышаться от своей гневной речи.

В салоне машины висит настолько ощутимая тишина, что я жмурюсь от нее. Невыносимо просто! Задолбали они меня оба! Да, я хочу помочь им, но они сами не идут друг с другом на контакт, обвиняя в мелочах.

– Прости, Эрик, – я слышу тихий голос Мел и облегченно открываю глаза.

– Прости, Мел. Ты должна понять меня, я не хочу, чтобы тобой кто-то воспользовался. Мне тоже было когда-то восемнадцать, и, уж поверь, в этом возрасте парни не думают совершенно. Я… я просто волнуюсь за тебя и хочу оградить от придурков, – отвечает Эрик, и я поворачиваюсь к нему, ободряюще улыбаясь.

– Маме всегда было все равно, где я и с кем. И эти твои замашки бесят, – говорит Мел, все так же отвернувшись к окну.

– Дорогая, это не замашки, это забота. Смирись, он будет это делать, а ты будешь злиться и оспаривать их. Это и есть отношения между отцом и дочерью. Он пытается участвовать в твоей жизни, дай ему возможность. И да, член был так себе, скажи спасибо ему, что ты этот стручок больше не увидишь, – я обращаюсь к Мел, и она прыскает от смеха.

– Если вы будете сейчас обсуждать это, то лучше пристрелите меня, – цедит Эрик и отворачивается к своему окну.

Мел оборачивается, и я ловлю ее довольный взгляд, одними губами говоря: «Умница». Она закатывает глаза и показывает мне сообщение, которое Эрик отослал Филиппу.

Я оторву тебе эту штуку и засуну в твое горло, если еще раз подойдешь к моей дочери!

Я на пальцах показываю размер, и Мел кривит рожицу, показывая, что ее тошнит от Филиппа. Мы тихо хихикаем, а Эрик даже не оборачивается.

– Мы подъезжаем, – через некоторое время сообщает Эрик, и я благодарю Бога, что мы не встали в пробку и они снова не нашли тему для ссоры.

Шофер паркуется рядом с входом в аэропорт, и мы выгружаемся, везем каждый свой чемодан. Эрик идет впереди, а мы с Мел за ним. Он продолжает нас игнорировать, видимо, до сих пор переживает фотографию органа Филиппа.

После регистрации, приняв багаж, нас проводят в вип-комнату для ожидания посадки. Я первая замечаю сидящего на кресле Ноа с ноутбуком, но не подаю виду, что знакома с ним. Надеюсь, они договорились обо всем и Мел не узнает, что я уже виделась с этим другом.

– Доброе утро, Ноа, – приветствует его Эрик, и мужчина поднимает голову, осматривая нашу компанию.

– Доброе утро. Как вас много, – с улыбкой произносит он и встает с места, откладывая ноут.

– Да. Познакомься, это моя дочь Мелания, но лучше Мел. А это ее подруга Хлои, – я слегка киваю, зато Мел протягивает ему руку, и он ее пожимает.

– Приятно познакомиться, девушки.

– Вы пока присаживайтесь, закажите себе что-нибудь, а мы с Ноа отойдем, – бросает нам Эрик, кивком показывая другу идти с ним. Я вижу, что Ноа пытается сдержать улыбку и это у него очень плохо выходит. Он что-то знает или же понял. Черт! У Эрика язык как помело!

– Вот это самец, – восхищенно шепчет Мел, и я киваю. – Как думаешь, Эрик сильно будет орать, если я попытаюсь познакомиться с ним поближе? – спрашивает она.

– Ну, как минимум будет недоволен. Но ты должна понимать, что никакого будущего, если и получится, то только секс, и не более. И не стоит рушить их дружбу, Мел, или же делать это тайно. Мужчины, а особенно твой отец, остро реагируют на это.

– Надо будет у Эрика спросить, есть ли у него еще друзья. Для тебя.

– У меня есть Дон. И кстати, где он? – напоминаю я и оглядываюсь, но не вижу парня.

– А он уже в Малибу, вчера улетел. Эрик утром сказал. Еще он спросил, все ли у вас с ним серьезно.

– И что ты ответила?

– М-м… да ничего, – мнется она.

– Мел, – настойчиво требую я ответа.

– Я ему сказала, что он какой-то вялый. И ты не особо в восторге от него. В общем, правду я сказала.

– Мы просто еще ничего не успели, – громко вздыхаю я, а про себя добавляю: «И скорее всего, не успеем, если Эрик будет продолжать свои непонятные атаки на меня».

– Да и забей. В Малибу будет еще больше знакомств, Эрик обещал отвезти нас в крутой клуб, как освободится от работы, – сообщает она.

Ну конечно, все под его чутким контролем и ни шага в сторону. Вот его новая политика – контролировать все наши действия.

– Девушки, пора, – к нам подходит Эрик, указывая рукой на двери.

Мы выходим всей компанией, и я замечаю, что Мел старается быть ближе к Ноа, который якобы ничего не замечает. Видимо, Эрик предупредил его о заинтересованности своей дочери.

Машина подвозит нас к лайнеру, и мы поднимаемся по трапу. От восхищения внутреннего убранства я замираю. Никогда не летала на частных самолетах. Да я вообще только два раза в жизни летала на них, а тут…

– Как красиво, – шепчу я, проходя к кожаному креслу.

– Я рад, что тебе нравится, – тут же отвечает Эрик, передавая свою сумку стюарду.

Я опускаюсь в кресло у окна, а рядом со мной садится Мел, слева от нас еще два одиночных кресла друг напротив друга у иллюминатора. Позади расположен диван со столиком и телевизор, бар, а дальше я не могу видеть, так как шторки закрыты.

– Господи, Хлои, я потеряла их. Я не могу лететь! – отрывает меня от любования салоном панический голос Мел, и я оборачиваюсь к ней.

– Что случилось? – обеспокоенно спрашивает Эрик.

– Не волнуйся, у меня есть запасные, – успокаиваю я ее, открывая свой рюкзак, достаю оттуда косметичку, передаю ей новую упаковку таблеток.

– Моя спасительница, – благодарственно говорит она, открывая ее и бросая в рот две штуки.

– Хлои, что происходит? – громче произносит Эрик.

– У Мел слабый вестибулярный аппарат, ее сильно укачивает в самолетах, поэтому она принимает снотворное, – объясняю я.

– А… хм, понятно, – бормочет он, пристегиваясь. Только Ноа молча следит за нами, садясь напротив.

– Уважаемые пассажиры, мы готовы к взлету. Прошу вас пристегнуть ремни безопасности, – говорит стюард, и я послушно пристегиваюсь, то же делает Мел, беря меня за руку.

Ну что, полетели?