Глава 24

Хлои

Я выхожу из спальни, вновь наслаждаясь невероятно огромным пространством этого дома благодаря полностью стеклянным панорамным окнам. Определенно у Эрика больная любовь к этому. Но я все же не могу спрятать глупую улыбку от такого бурного перемирия и спокойной ночи рядом с ним. Он, как мы и договорились, ушел, разбуженный будильником, а я даже не проснулась. Нашла только смятую подушку и его вкрадчивый аромат, исходящий от нее, уткнулась лицом и рассмеялась от легкости внутри.

– Доброе утро, – радостно произносит Мел, я поднимаю голову, тут же встречаясь с пронзительными глазами Эрика.

Я по памяти дошла до просторной столовой в мягких песочных тонах и только сейчас смогла кивнуть им, садясь на стул.

– Доброе утро, Хлои, – знакомый голос справа заставляет меня замереть, а сердце отчего-то испуганно забилось.

– Дон? – удивляюсь я, а парень, сидящий за этим же чертовым столом, улыбается мне так ласково, что я чувствую себя последней сволочью на планете.

Как я могла его не заметить? Да потому что я была поглощена этой аурой света, исходящей от Эрика, вспыхнувшими воспоминаниями нашей ночи и его нежностью, которая мне начала безумно нравиться.

Чертов жеребчик!

– Привет, – мой голос звучит несколько сухо, но на это никто не обращает внимания.

– У меня для тебя такие новости, Хлои! Крепче держись за стол, – громко говорит Мел, и я поворачиваюсь в ее сторону, непонимающе моргая.

– Мел, она только проснулась, не мучай ее, – улыбается Эрик, а я уже начинаю хмуриться.

– В общем, мы сегодня проведем весь день на воде, выйдем на яхте в океан, и… круто! – подруга хлопает в ладоши, а я расслабляюсь, качая головой на это шоу.

– Ага, – бросаю я, кивая Фионе, предлагающей мне чай и завтрак.

– Ну вот, а где же счастье? Не знаю там, попрыгала бы немного, – разочарованно тянет Мел, а я смеюсь.

– Думаю, ты попрыгала за нас двоих. Как дела, Дон? – я поворачиваюсь к парню.

– Отлично, я еду с вами, – он подмигивает мне, и я продолжаю ему улыбаться, хотя внутри меня происходят совершенно противоположные вещи.

Зачем Эрик пригласил его? Он ведь сам сказал, что не хочет видеть нас вместе. Остыл? Все закончилось?

Я с непроницаемым выражением лица поворачиваюсь к Эрику, избегающему смотреть на меня, полностью даря свое внимание Мел.

Сглатываю неприятный ком неизвестно откуда появившегося страха, который тяжелым ударом отдается в сердце. Вокруг меня голоса, Дон обсуждает и рассказывает о яхте Эрика Мел, она смеется, ее отец что-то добавляет. А я? А я сижу и пытаюсь поесть, глотая безвкусную пищу.

Почему радость сменилась огорчением? Откуда эти тучи надо мной и желание просто остаться тут и побыть в одиночестве?

Меня пытаются вовлечь в разговор, а точнее, Дон втягивает меня в их смех, но в этот момент Эрик демонстративно поднимается и движется на кухню. А я забиваю рот едой, не желая даже произносить ни звука.

Он возвращается с чашкой кофе, хотя мог попросить домработницу. Я больше не смотрю на него, потому что опасно, слишком сладко и страшно.

Запив глазунью чаем, я сообщаю всем, что пойду соберу сумку с пляжными принадлежностями, и просто убегаю оттуда.

Громкий хлопок двери, и я глубоко вздыхаю. Почему? Что произошло? Я понимаю, что Эрик не может объяснить мне при всех, это и лучше для меня, если он решил поставить крест.

Я мотаю головой, приходя в практически нормальное холодное состояние. Никаких чувств. А разве они были? Нет. Только жадное желание съесть его или же задушить поцелуями. Всего-то.

Начинаю бросать в сумку одежду, купальник, полотенце, крема от загара и для загара, свежее нижнее белье. Вздохнув еще раз, заверяю себя, что ничего страшного не произошло. И если все закончилось, то не о чем переживать, я в норме, застегиваю сумку и выхожу из спальни. К слову, единственной спальни на первом этаже с личным выходом к океану.

Я возвращаюсь в столовую, где Фиона сообщает мне, что все уже у машины ожидают меня. Такое чувство, что я лишняя тут, постоянно куда-то опаздываю и задерживаю их.

Откуда во мне столько язвительной злобы? Мое тело до сих пор отзывается тянущими болями при каждом шаге, но вместо того, чтобы быть уставшей, я, наоборот, ощущаю покалывающее возбуждение между бедер. И меня жутко раздражает, что я не могу контролировать свое похотливое «я» внутри, да и ему оно уже неинтересно.

– А вот и Хлои, – радостный голос Дона сейчас мне противен. Да все мне противны.

Что с тобой, Хлои?! Прекрати!

Я изображаю самую любезную улыбку и передаю сумку Дону, который с легкостью бросает ее в багажник и захлопывает его. Эрик стоит у водительской двери, наблюдая за мной, и я бросаю на него взгляд, чтобы понять хоть что-то. Но ничего, он тут же отводит глаза, улыбаясь дочери.

– Мел, садись рядом со мной, а ребята на заднем, – говорит он и юркает в машину.

Что за фигня с ним происходит?! Он должен был мне предложить там сесть, а не дочери! Мне, черт возьми! Меня он трахает!

Я спокойно опускаюсь на заднее сиденье, не подавая виду, насколько у меня все внутри горит от обиды, а рядом садится Дон, тут же беря мою руку в свою.

Ну, держись, гаденыш! Остыл? Посмотрим, как ты остыл!

– Мы едем? – спрашиваю я, удобнее устраиваясь на сиденье, ближе придвигаясь к Дону.

Без слов Эрик давит на газ, и мы с визгом и громким смехом Мел стартуем. Пока подруга ищет среди радиостанций ту, которую она постоянно слушает, я поворачиваюсь к Дону и приникаю к его уху:

– Сильно он тебя загрузил?

– По уши, – одними губами отвечает он, а я кладу на его грудь руку, изображая сочувствие на лице.

– Зато сегодня мы целый день вместе, – улыбаюсь я, чувствуя, как мою щеку покалывает мелкими иголочками. Смотрит. Смотри, урод, смотри и злись, потому что я тоже сейчас очень зла.

– И я рад этому. Я так скучал по тебе, прости, что постоянно занят и…

– Не надо, – я прикладываю к его губам палец, и он улыбается, берет мою руку и целует запястье.

– Эрик, а сколько у тебя кают на яхте? – спрашивает Мел, и я поворачиваюсь в их сторону.

– Три, – отрезает он.

Не смотри в зеркало, Хлои, даже не думай. Черт, злой. Это хорошо, это более чем отлично.

– Ну, тогда думаю, первый час мы этих голубков не увидим, – смеется Мел, поворачиваясь к нам.

– А может быть, и не час. Эрик, ты же не против? – сладко тяну я, наблюдая, как его пальцы крепче сжимают руль.

– А должен? – холодно отзывается он.

– Отлично, Дон, у тебя сегодня официальный выходной, – я наигранно радостно прыгаю на сиденье, а парень рядом со мной кладет свою руку мне на талию, поглаживая пальцами.

Ничего. Никаких импульсов. Никакого желания от его теплых пальцев на моем теле, скрытом лишь шифоном платья.

Я, закрывая глаза, кладу голову на плечо Дона, и он целует меня в висок.

Откуда во мне такое желание извести Эрика по полной? Откуда вообще это берется? Как ему удается одним только голосом заставлять меня мстить ему? Да и за что? За то, что Дон с нами? За то, что я безумно хочу узнать больше о том, насколько он может быть нежным? За то, что я хочу его только для себя?

Эгоистка. Мел его дочь, и понятно, почему он посадил ее рядом с собой. А я? А я всего лишь послушно раздвигаю ноги, сама того желая. И ведь ничего с этим не поделать. Ничего.

В один момент я ужасаюсь своему помутнению рассудка. Что со мной произошло? Эрик все сделал правильно, как я того и требовала. Тайно. Он выполнил все условия, а я… я полная идиотка.

Я немного отстраняюсь от Дона и ловлю его удивленный взгляд.

– Жарко, – оправдываюсь я, отворачиваясь к окну под завывания Мел. Нет, ни черта не жарко, в машине работает кондиционер, да и сердце сжало ледяными щупальцами.

Перед глазами пробегают дома, люди, идущие на пляж, а я до сих пор не могу прийти в себя.

Никогда со мной такого не случалось. Я всегда знала границы дозволенного и не переступала их. А сейчас переступила, нарушила договоренность и, уверена, обидела Эрика.

Да что я за тупое создание? Когда я в него превратилась?! Когда полностью сошла с ума и не смогла контролировать свои эмоции и непонятные чувства?!

– Боже, – вздыхаю я.

– Что? – переспрашивает Дон.

– Говорю, боже, как тут круто. Мы ведь уже подъезжаем? – не оборачиваясь, говорю я.

– Да, сейчас въедем на территорию яхт-клуба. Там стоит яхта Эрика, – услужливо поясняет Дон, а я киваю.

Я оборачиваюсь, смотря на мужчину, ставшего причиной моего сумасшествия. Он сосредоточен на дороге, и мне хочется положить на его плечо руку и извиниться. Поцеловать его в шею, вдохнуть аромат его одеколона и снова извиниться. И продолжать извиняться за свое поведение, пока он не согласится вернуться во вчерашнюю ночь.

Как и говорил Дон, мы проехали через массивные ворота и припарковались у входа, где к нам тут же подскочил парень, и Эрик передал ему ключи. Дон достал из багажника сумки, передав две из них Эрику, который даже не смотрел на меня. А две другие – мою и свою – закинул на плечо, улыбаясь мне.

Мел, о чем-то восторженно говоря, идет рядом с Эриком, а я плетусь рядом с Доном. Ведь все было хорошо. Все решено, так нет, мне необходимо было отключить рациональное мышление и испортить все.

Мы идем по пирсу, оставляя позади небольшие яхты, по направлению к более массивным и дорогим, пока не останавливаемся у одной из них.

Красивая! Ничего не скажешь, не белая, а из блестящего коричневого металла. Только вот я не могу впитать в себя эту красоту из-за своей глупости и чувства раскаяния.

– Доброе утро всем, – нас громко приветствует Ноа, я удивленно приоткрываю рот.

Мел быстро оборачивается ко мне, и ее глаза загораются радостью, от которой я только вздыхаю.

– Доброе утро, Ноа, – киваю я ему, он подает мне руку, и я уже стою на покачивающейся яхте. Следом идет Дон и, кладя руку мне на поясницу, мягко подталкивает дальше к лестнице из темного дерева.

Я послушно поднимаюсь и начинаю улыбаться креслам, далее я вижу обеденный стол с диванами.

– Офигеть, – шепчу я, делая шаг к креслу.

– Ты еще не видела, что внизу, – подмигивает Дон, и остальные члены нашей группы поднимаются к нам.

Мел возбужденно подскакивает ко мне и берет под руку, явно полностью сраженная богатством яхты.

– Это наш капитан Коул, – представляет нам мужчину Эрик, и мы киваем, улыбаясь ему.

– Мистер Форд, если вы готовы, то я отдаю приказ отчаливать, – говорит он, и Эрик кивает.

– Слушай, тебе плохо может стать, – неожиданно вспоминаю я о недуге Мел, и она кривится.

– Надеюсь, что меня укачивает только в самолетах, не хочу, чтобы Ноа увидел меня снова такой облеванной. Хотя тогда он донес меня до спальни, тоже неплохо, – пожимает она плечами.

– Девушки, я вас проведу в спальню, вы переоденетесь. Дон, распорядись, чтобы бар начал работу. Ноа, отдыхай, я скоро к тебе присоединюсь, – ровный и бездушный голос Эрика распределяет роли, а я не могу поднять глаза на него.

Мел отпускает мою руку, догоняя Эрика, а я беру у Дона свою сумку.

Мне хочется просто разреветься от собственного идиотизма. До сих пор не могу понять: как так случилось, что мой разум затуманился?

– Вот когда я решу, что ты меня достал, буду жить тут, – смеется Мел, обращаясь к Эрику.

И я поднимаю голову, осматривая полноценную гостиную-столовую с барной стойкой и телевизором. Шикарно, величественно, но мне плевать.

Я двигаюсь за отцом и дочерью, и мы проходим в достаточно просторный для яхты коридор.

– Две ванные комнаты, – указывает Эрик на две двери перед центральной. –  Вот первая спальня, – он распахивает белоснежную дверь.

Мел заскакивает в каюту, Эрик входит следом, а затем я.

Ну же, посмотри на меня, пожалуйста, повернись и посмотри.

Ничего, он игнорирует мое присутствие, даже холодной вежливости от него не стоит ждать. Обиделся.

Я перевожу взгляд на спальню с двумя кроватями, лампами, небольшим комодиком и, тяжело вздыхая, кладу сумку на одну из постелей.

– Нет, Хлои, это только моя спальня. А твоя другая, уверена, что Дон уже на взводе, – подруга подмигивает мне, а внутри становится еще паршивей.

– Мел, – тихо прошу я ее закрыть рот.

– Да брось, мы же взрослые люди. И сегодня все отдыхаем. Эрик, ну скажи ей, что в том, что они с Доном тут будут заниматься сексом, ничего ужасного нет, – продолжает она, а я чувствую, как вспыхнули кончики моих ушей, и жмурюсь.

– Мел! – уже громче говорю я и поднимаю голову.

– Ты права, Мел. Я не против. Ты располагайся, я отведу Хлои в другую спальню и поднимусь наверх. Там встретимся, – его слова, такие равнодушные и мягкие, бьют так, что я кривлюсь, зло подхватываю сумку. Напоследок бросаю на довольную Мел свирепый взгляд и вылетаю из каюты.

Черт! Ненавижу! Все ненавижу! Я не могу прекратить трястись от злости и раздражения внутри, поэтому сильнее хватаюсь за сумку, когда Эрик спокойно выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.

Больше не говоря ни слова, он движется прямо и открывает самую последнюю дверь.

Я быстро вхожу в нее, бросая сумку на пол. Мне плевать, что тут огромная постель кинг-сайз. Плевать, как мягко льется свет из ламп. Плевать, что она разительно отличается от той, что отдана Мел.

Могу только думать о том, чтобы решить все здесь и сейчас. Заметив, что Эрик собирается уйти, я хватаю его за руку и тяну на себя, а другой захлопываю дверь.

– Эрик, – произношу я, а он сбрасывает мою руку, поднимая на меня взгляд, полный ледяного огня.

– Эрик, пожалуйста, прости, я думала… не знаю, что на меня нашло. Я… я… – пытаюсь сбивчиво объяснить все, но он еще больше злится, его грудь быстрее поднимается, а дыхание становится громким.

– Хлои, прошу прощения, но мне надо подняться наверх, чтобы проследить за движением яхты. Я передам Дону, в какой ты комнате, – он пытается говорить ровно, но у него это едва выходит, а я делаю шаг к нему.

– Эрик, я не хотела… хотела, вру. Я просто подумала, что раз ты пригласил Дона, то остыл и… не знаю, а потом ты предложил сесть Мел рядом с собой, я вспомнила… ладно, я знаю, что поступила глупо. Но это твоя гребаная вина, из-за тебя эти тупые эмоции туманят мой разум, и я даже не соображаю. Прости, наверное, тебе и правда лучше уйти и нам все прекратить, потому что я теряю контроль над ситуацией. А я не могу этого себе позволить. Ты слишком хорош, так что я… – Я замолкаю и отступаю от него, отворачиваясь к стене с картиной. Я сама даже мысленно не могу продолжить предложение, судорожно ищу подходящие слова. Но их нет. Ничего нет в голове, только непонятное ощущение в груди, так что дышать очень сложно.

– Что ты?

– Уходи, Эрик. Просто оставь меня, – из глаз все же выкатывается слеза, и я стираю ее пальцами.

– А если я не хочу? Если не хочу тебя оставлять ни сейчас, ни потом? Я готов был разорвать его за то, что он трогает тебя. Я пытался… но не могу. Не играй со мной, Хлои. Не стоит даже пытаться это делать, потому что я не ручаюсь за последствия. Единственное, о чем я прошу тебя, не делай выводы, прежде чем не узнаешь причин поступков. Я этот день мечтал провести с тобой и Мел. А сейчас… я даже уже не злюсь, мне неприятно. Да, никаких обязательств, но не после того, как буквально ночью я трахал тебя, как ты спала в моих руках, – звучит его тихий голос, а мое сердце стучит уже оглушающе.

– Прости, мне тоже было неприятно, потому что это не ты, – я медленно оборачиваюсь к нему и виновато поджимаю губы.

– Какая же ты еще маленькая. Маленькая и глупая, Хлои. Иди ко мне, – его слабая улыбка и мягкий взгляд, распахнутые руки, и я просто падаю в них, крепко обнимая его за талию. –  Ты приревновала меня к моей же дочери, малыш, – журит он меня, а я кривлюсь.

– Вероятно, да, – шепчу я, теснее прижимаясь к нему, а он поглаживает меня по спине.

– Малыш, да ты стерва, – он шлепает меня по ягодице, так что я вздрагиваю и поднимаю голову, встречаясь с его смеющимися глазами. –  Но сексуальная стерва, – он уже в голос смеется, и я не могу не улыбнуться. –  Мне правда надо идти. Но я обещаю, что мы вернемся сюда, и точно не для сна, – он легко целует меня в нос и отстраняется.

В моей душе становится так тепло и легко, как ночью, я улыбаюсь и смотрю на его спину под футболкой, на эту аппетитную задницу под джинсами. В эти глаза, которые подмигивают мне, и их обладатель скрывается за дверью, оставляя меня со счастливым выражением лица и пошлыми мыслями.

Черт, мне кажется или что-то действительно пошло не так, как я планировала?

Разве это важно? Ни капли. Сейчас важнее достать белое бикини, масло для загара и предвкушать горячее солнце и тайное соблазнение одного очень страстного жеребчика.