Глава 6
— Фил, что ты делаешь?
Насмешливая улыбка и наглый взгляд всё сказали и без слов, но Мельников решил все-таки пояснить:
— Соблазняю тебя. Разве невидно?
Видно. Ещё как видно! Руки убирать он и не думал. Наоборот, шаловливая ладонь сжала её ягодицу, а потом звонко шлепнула. Его горячий, воспламеняющий взгляд встретился с её, прежде чем медленно опуститься ко рту. Похотливо облизнул полные губы, а непослушные, своевольные пальцы нырнули дальше, между ягодиц. Злата задержала дыхание, но отчего-то не сопротивлялась Мельникову, наблюдала за ним словно завороженная, загипнотизированная. Прикусила нижнюю губу, чувствуя, как испаряются остатки её сомнений и страхов.
Филипп, почувствовав её капитуляцию, рывком притянул девушку к себе и нагло завладел её ртом. Золотова и не думала возражать, сразу же открылась ему, прильнула всем телом, теряясь в обжигающем чувстве правильности происходящего. На вкус он был всё таким же — сладким и греховным. Божественным. Как же она скучала по нему.
Низкий гортанный стон вырвался из груди Златы, который только подхлестнул Филиппа. Он стал целовать её более страстно, неистово, почти кусая. Растрепывая и так небрежно собранный хвостик, одной рукой Фил зарылся в её волосы, удерживая голову и контролируя глубину поцелуя.
«Не повезло ей. И Марк, и Филипп предпочитают полный контроль в спальне. Для неё это означает полное подчинение. Так почему она не противиться?», — мысль быстро появилась в голове Золотовой и также быстро испарилась. Мельников отлично отвлекал девушку от ненужных дум.
Обоих её мужчин заводило, когда партнерша теряла связь с реальностью под их «чутким» руководством. Ощущение интимной власти приводило их в восторг, едва ли не экстаз. Только с Филом Золотова ощутила это качество на деле, а с Марком ей только предстояло вкусить все прелести послушания.
Мельников сделал её зависимой посредством всего одного поцелуя. Она тянулась к нему, желала, нуждалась. Злата забралась руками под футболку, пальцами с силой провела по литым мышцам спины. Она просто кайфовала прикасаясь к нему, целуя, лаская. Слишком давно она не прикасалась…
Филипп в свою очередь двинулся губами вниз, к её шее, где прикусил нежную плоть. В ту же секунду пальцы её рук поджались, а ногти с силой впились в его кожу, чуть царапая и оставляя отметины. О да, Злата на примитивном уровне хотела его отметить, сделать своим.
— Да, — поощрительно простонала Золотова, теряя способность мыслить рационально. — О, да!
Женские ладони стали двигаться, вырисовывая каким-то странные, рваные линии и причиняя ему легкую боль. Фил со свистом втянул воздух и чуть приподнял её. Она послушно развернулась в кольце его рук и обхватила Филиппа своими руками и ногами, бессознательно начала потираться о твердую выпуклость в его паху, скрытую мягкой тканью тренировочных штанов. Где-то на краю сознания маячила мысль, что всё же стоит хоть немного притормозить и обсудить сложившуюся ситуацию, но… Желание затмило всё. Она хотела его — обнажённого, жаждущего, немного дикого. И такого родного.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — отчаянно шептала Злата, еще сильнее прижимаясь к Филу.
Его губы были повсюду, сводили с ума. Сильное тело быстро накрыло её, и Злата едва не захлебнулась собственным удовольствием. Давно она его не чувствовала так, кожа к коже, дыхание к дыханию. По телу расползались электрические заряды, заставляя её вздрагивать. Их взгляды на мгновение встретились, прежде чем Филипп снова завладел её губами. Новый поцелуй был не столь яростным и агрессивным, как предыдущие. Неспешный, будто уговаривающий, он словно обволакивал её сладкой негой. Мельников словно убеждал Золотову снова поверить ему, подпустить к себе. Вот только мозги у Златы давно уже отключились. Главенствующую роль взяли на себя инстинкты, телесные желания. Она просто хотела его — быстро и грубо.
Воспользовавшись моментом, когда Мельников оторвался от её рта, Злата стянула с него мешающую футболку и откинула её в сторону. Фил залез на кушетку и уселся между её ног, и не отводя с лица девушки пылающего взгляда, стал мягко массировать её груди, накрыв их своими большими ладонями. Он растягивал удовольствие, терпеливо смакуя каждую секунду её мучений. Фил был более сдержан и терпелив, в то время как она не желала ждать. Золотова громко сглотнула и потянулась к нему руками, чтобы заставить лечь на себя, но Филипп резко отбросил их.
— Не спеши, малышка, — рыкнул он гортанно, едва не заставив её кончить. Она обожала, когда от страсти его голос садился и становился хриплым.
Злата захныкала, внизу живота стало больно. Он был необходим ей жизненно сейчас. В эту же секунду! Филипп развел её бедра еще шире и довольно хмыкнул. Ему явно нравилось то, что он видел перед собой. Золотова была абсолютно открыта перед ним, единственной несущественной преградой являлись одноразовые трусики, которые практически ничего не скрывали.
— Филипп, немедленно, — огрызнулась она. — Я хочу тебя сейчас!
Он приподнял бровь и наклонил голову, с интересом наблюдая за ней. Словно ученый забавную зверюшку рассматривал, изучал её реакции. Садист!
— Командуешь, Золотинка? — спросил Мельников лениво, медленно накрывая её тело своим. Провел языком между её грудей, но сосков не коснулся, хотя Злата выгнулась, пытаясь показать какая именно ласка ей нужна. — Нетерпеливая, непослушная малышка. Тебя надо наказать!
Наказать? Серьезно?
Её надо трахнуть, а не разводить долгие прелюдии! Она слишком соскучилась по нему!
Наверняка, все эти мысли отражались в девичьих глазах, но Мельников предпочел их проигнорировать. Нехорошо усмехнувшись, он зубами провел по её ключице, лизнул ямку на шее, спустился чуть ниже и всё-таки подарил легкий, едва ощущаемый поцелуй вершине груди. Но Злату будто горячей волной окатило, когда тёплое дыхание соприкоснулось с её кожей.
— Ещё, — простонала она, когда Фил поднял голову, чтобы посмотреть на её лицо, — пожалу-у-уйста!
Он послушался. Влажный рот накрыл сосок, и Золотова выгнула спину настолько сильно, что едва не сбросила Фила с себя. Запрокинула руки ему за голову и притянула к себе. Ей нужно было больше контакта с ним. Она желала слиться, спаяться с ним в единое целое. Её тело умоляло о большем, просило наполнить до краев и дать освобождение.
Не отрываясь от груди Златы, Мельников перехватил её руки, схватив за запястья, и прижал к кушетке по обе стороны от её головы.
— Держи свои руки здесь, — приказал резким голосом, искаженным страстью и желанием. — Прежде чем я закончу, ты будешь умолять меня, малышка.
Он сдержал обещал, болезненно продлевая обжигающую агонию. Играл ею, заводил, но не давал переступить грань. Злата извивалась в его руках, словно сумасшедшая. Дышала так часто, словно пробежала многокилометровый марафон. Она честно пыталась удержать руки на месте, но, когда Фил начал спускаться вдоль её тела вниз, попутно даря каждому попадающемуся ему на пути участку кожи обжигающие поцелуи, руки самопроизвольно легли мужчине на плечи. Мельников фыркнул и ощутимо цапнул её зубами за запястье. Девушка протестующе охнула от неожиданной боли и непроизвольно прильнула к Филу всем телом. Он одарил Злату предостерегающим, суровым взглядом и вернул её ладони обратно, после чего вернулся к исследованию её живота.
Жидкий жар наполнил каждую клеточку тела, заставляя задыхаться от избытка чувств. Вцепившись в край кушетки, так сильно что пальцы побелели, Золотова пыталась удержать себя на месте. Очень давно она не чувствовала настолько поглощающей нужды, с ума сводящей похоти. Она превратилась в страждущий комок возбуждения.
Мельников терзал её, мучил накалённым наслаждением. Долго. Действительно зная толк в деле. Казалось, что он знал тело Златы лучше неё самой.
Поднял одну её ногу, нежно прикусил, а потом лизнул языком под коленом. Неконтролируемая дрожь прошлась от пальцев ног до самой макушки. Ей настолько понравилась эта ласка, что Золотова уже не смогла сдержать громкого стона, напрочь забыв, что неподалеку находятся работники и посетители СПА.
— Фил, — повторяла она, как вбреду его имя, мотая головой из стороны в сторону. — Филипп!
Он медленно провел по трусикам, едва касаясь. Они были насквозь влажными.
— Такая влажная и горячая, — словно завороженный проговорил он.
Мельников стащил с девушки последнюю преграду и откинул ненужный предмет одежды куда-то себе за спину, а потом нежно приласкал пальцем незащищённые влажные складочки. Злата нетерпеливо взбрыкнула, словно норовистая кобылица. Она хотела, чтобы он проник в неё… Хотя бы пальцем…
— Да-да, — нетерпеливо прошептала она, — я уже влажная и готовая для тебя. Просто трахни меня наконец!
Он словно не услышал её команду, приблизил свой рот к её разгоряченной плоти. Неторопливо лизнул, словно пробуя на вкус. Одобрительно что-то промычал. Злата инстинктивно сжала ноги, стараясь удержать его там, между своих бедер.
Положив обе руки ей на бедра, Филипп их развел и зафиксировал. Отстранился, чтобы она смогла видеть его лицо.
— Малыш, ты совсем себя не контролируешь? — спросил с издевкой. — Аккуратней надо, а то задушишь.
Он смеется над ней? Какой аккуратней! У неё крышу уже снесло, а он ей про аккуратность втирает.
— Не останавливайся! — потребовала она. Злата чувствовала внутри себя пустоту, которую необходимо было срочно заполнить. Им! — Если остановишься, я тебя четвертую! Убью! Растерзаю!
Филипп бросил на неё недовольный, раздражённый взгляд.
— Ты опять указываешь мне, что делать, — проворчал он. — Так не пойдет…
Золотова и слова протеста не успела сказать, как неожиданно оказалась на четвереньках. Впрочем, она и не думала возмущаться. Лишь сильнее выпятила попку, стимулируя Фила к действию.
— Возьми меня, — призывно застонала она, желая ощутить его внутри себя.
Мельников прижался к ней сзади. Сквозь трикотажную ткань спортивных брюк она почувствовала жесткую возбужденную плоть.
— Хочешь? — немного грубо спросил он, схватив её волосы в горсть и оголяя шею. Плотно прижал бедра к её попке. — Это то, чего ты хочешь?
— Да, хочу, — качнулась Злата к нему.
— Кого хочешь?
— Тебя, — прохрипела она, мало что соображая. — Тебя хочу!
— Как меня зовут? — не прекращал допрос Мельников.
— Фи-и-ил, — получилось жалобно, беззащитно. — Филипп!
Отстранившись от девушки, Мельников приспустил трико, освобождая свой налитый член. Снова прижался к ней обнаженным телом и начала водить и мять руками её изгибы. Золотова почти завыла от наслаждения. Выгнулась, максимально прижалась к нему. И всё равно этой близости тел было недостаточно. Если бы только она могла заполучить его внутрь себя… Закусив губу, Злата, недолго думая, потянулась одной рукой назад.
— Нет, не шевелись, — приказал он, шлепнув её по руке.
Золотова зарычала от разочарования, а Филипп на это только рассмеялся.
— Ай-ай-ай, Злата, — поцеловал спину, куснул за лопатку, — какая нетерпеливая малышка! Нужно развивать самоконтроль, милая.
Золотова повернула голову назад и угрожающе глянула на него.
— Трахни меня, наконец, — рыкнула она. — Хватить тянуть кота за яйца! Ай!
Её губы образовали идеально круглую букву «О», от шока глаза расширились. Мужская ладонь громко хлопнула по её ягодице, причиняя небольшую боль. Он никогда так не делал!
— Ты что делаешь? — вскрикнула Золотова, даже не пытаясь выбраться из-под него. Похоже, мозг и тело имели разное мнение по поводу столь непривычного сексуального поведения партнера.
Шлёп. Ещё один шлепок окрасил белую кожу в красный.
— А-а-а, — она попыталась хоть немного отстраниться, — прекрати!
— Тебя нужно обучить манерам, — доверительно сообщил Мельников, награждая её попу ещё одним шлепком.
— Не надо, — всхлипнула она, испугавшись своей реакции на столь неформатное проявление чувств.
— …терпению и сдержанности, — продолжил он.
Шлёп. Маленькие иголочки удовольствия и боли пронзили её, посылая электрические импульсы между ног.
— Ты должна научиться слушаться и следовать приказам, — продолжал свою лекцию Филипп, измываясь над её бедной попой.
Шлеп. Еще несколько ударов обрушились на беззащитное полушарие. На глазах девушки выступили слёзы. Не от реальной боли, а от стыда, но это не мешало ей чувствовать странное, ненормальное удовлетворение. С ней никогда так не обращались. Её даже в детстве никогда не шлёпали! Злата никогда не была любительницей боли во время секса, но с Филиппом это было возбуждающе, чудесно. Как боль могла быть чудесной?
Каждый раз, когда Фил наказывал её, она неосознанно тянулась за его рукой. Жгучая боль ещё больше разгорячила Золотову, заставила желать его ещё больше. Клитор пульсировал, хотя к основному блюду они даже не приступили, но Злата уже находилась на грани. Разум находился во власти эмоций и желаний, которых она не понимала. Она почувствовала металлический привкус во рту от крови. Слишком сильно прикусила губу.
Филипп перестал её шлепать и погладил ладонью по воспалённой коже, словно пытался успокоить. Рука двинулась дальше и скользнула между двумя половинками, пальцы погладили мокрые, скользкие складки. Золотова не сдержалась и гортанно застонала, когда он ввёл в неё два пальца, чуть растягивая.
— Хватит тянуть, — выдохнула она, уронив голову на руки. Она уже не могла терпеть. — Возьми меня!
В этот раз он не стал с ней спорить и занял позицию сзади. Одной рукой Филипп схватил её за волосы и дёрнул на себя, одновременно погружаясь в жаждущее лоно. Она потрясенно вскрикнула. Злата уже и забыла какого это, ощущать в себе далеко немаленький размер Мельникова. Мужчина начал глубокими, медленными толчками проникать в неё. Злата чувствовала, как её лоно растягивается и подстраивается под его размер. Замечательное, сладкое ощущение. Каждый раз, как он входил в неё, она поддавалась назад, встречая на полпути его движение. Они двигались в идеальном ритме, словно в танце. Филипп всё больше ускорял темп, всё жестче объезжал её. Кушетка натужно стонала под ними. Не рассчитанная на подобные нагрузки, она могла в любой момент рассыпаться под ними.
Склонив голову и крепко зажмурив глаза, Золотова старалась уцепиться за волшебное ощущение принадлежности, близости. Филипп обеими руками крепко удерживал Злату за бедра, вторгаясь в неё. Наверняка останутся следы на её нежной коже, но Злате было откровенно плевать на это. Она хотела лишь получить долгожданное освобождение.
Толчки стали ещё более порывистыми и сильными. Хаотичными. Оба находились в шаге от ускользающего яркого удовольствия. Не в силах больше сдерживаться, она запрокинула голову назад и дико закричала, чувствуя, как оргазм стремительно завладевает её телом.
— Да, детки, кричи, — одобрительно проговорил Мельников, сильнее вбиваясь в её плоть. — Пусть все слышат, как тебе хорошо!
И она кричала. Злате было плевать, что она оповестила весь этаж здания, что только что получила один из самых лучших оргазмов в своей жизни.
Ещё три толчка и Фил взорвался внутри неё, наполняя своим семенем.
Обессиленные они рухнули грудой костей и кожи. У Золотовой было ощущение, будто из неё вытащили все до единой мышцы. Злата не могла пошевелиться, даже открыть глаза. Она чувствовала себя хорошо. Правильно. Чувства возвращались к ней медленно, как и осознание случившегося. Влажная от испарины кожа неприятно припала к поверхности кушетки, которая всё-таки устояла под их натиском. Тяжесть тела Мельникова была приятной.
— Ты меня отшлепал, — укоризненно прошептала она.
— И тебе это понравилось, — хихикнул Фил, поцеловав её в щеку и накрыв ладонью её попку.
Кажется, Филиппу удалось вытрахать из неё весь феминизм. Злате было хорошо, на удивление комфортно. Даже желания спорить и что-то доказывать не возникало. Её волосы наверняка находились в полном беспорядке, а она сама имела сонный, удовлетворенный вид. Она предпочла не думать, как появится перед администратором Катей в подобном виде, после того шумного звукопредставления, что здесь устроила.
— Кажется, я много интересного пропустил, — неожиданно раздался голос Марка. — А меня позвать?
Они так забылись в своей страсти, что не заметили, как скрипнула дверь и у них появился зритель. Злата напряглась, не зная, как на подобную выходку отреагирует жених. Да, он прямым текстом заявил, что не против тройничка, но…