28 глава

– Боже, как стыдно… Мне так стыдно! – быстро тараторю в телефон, разговаривая с Викой. – Эмоции захлестнули, и я сама себя не узнавала в тот момент. Последний раз так было через месяц после похорон мамы. Тоже накопились эмоции, и этот поток вырвался наружу. Соседка даже скорую вызвала, чтобы мне вкололи что-то успокоительное. А вчера все повторилось. Может, надо показаться психиатру? – Ками, надо прекращать держать все в себе. У тебя даже голос немного охрип. Не думала, что это как-то взаимосвязано? – Я просто заболела. – Кашляю в трубку. – Вода в реке была невозможно холодной. Но в чем-то Вика права. После того как я выплеснула эмоции и поплакала, стало легче и самочувствие улучшилось. Даже энергия появилась. Лежать больше совершенно не хочется – самое скучное занятие на свете. Вот только ноге нужно дать отдохнуть хотя бы пару дней и лишний раз ее не нагружать. – Сейчас скину тебе названия классных фильмов и книг. Лежи, восстанавливай силы, наслаждайся тишиной и спокойствием. В горах. Попроси Каримова отнести тебя на шезлонг. – Или Женю. – В смысле? – настораживается Вика. – Он разве не уехал? – Нет. Тоже остался восстанавливаться. Оля утром улетела одна. – Офигеть… Даже не знаю, порадоваться за тебя или посочувствовать. Мне и тот и другой нравится… Так, я за попкорном, а ты переключайся на видеосвязь. На круглосуточный режим. – Вика! – Ну что Вика? Правда же интересно! Я нарочито вздыхаю. – Лучше ты мне включи круглосуточный доступ. Хочу видеть, как там мой Симон. Мы договаривались, что это всего четыре дня, а не неделя. Я впервые оставила его так надолго. – У нас все нормально. Твой Симон спит, ест и орет как полоумный, если вовремя не насыпать ему корм. Ну и лоток за ним надо каждый день убирать. Ты точно его из приюта забрала, а не у какой-то семьи аристократов стырила? Слишком он манерный для обычного кота. Интересно, если пустить Симону кровь, пойдет голубая? Я смеюсь. – Кстати, на почту пришло приглашение на зоовыставку. И кот на фото – вылитый Симон. Я ему показывала и грозилась, что отнесу его туда, если не перестанет манерничать, но твоему котяре все равно. Общение с Викой отвлекает, наполняет спокойствием. Тревога и волнение, с которыми я проснулась, в конце концов отступают. – Весело вам вдвоем, как я посмотрю. – Нормально. Я же не всерьез, как ты понимаешь. На самом деле мы ладим, даже спим вместе. Ты восстанавливайся и возвращайся, Ками, ни о чем плохом не думай. Ну а про шезлонг я не пошутила. И про видеосвязь в круглосуточном режиме – тоже. Раз Женя на месте, пусть подключается к восстановительной программе. Будь как Симон, ни в чем себе не отказывай. Я опять смеюсь. В этот момент дверь открывается и на пороге появляется Тоник. Все веселье и приподнятое настроение, над которым Вика колдовала почти полчаса, будто встает на паузу. – Ладно, Вика, спасибо за поддержку, я перезвоню. – Кто-то пришел? Каримов? Женя? Ками, срочно включи видеосвязь! Или хотя бы звук не выключай, просто сделай вид, что завершила разговор, – не унимается Вика. – У меня пока перерыв в личной жизни, так хоть за твоей понаблюдаю. Камилла… – Пока. – Тычу на красную кнопку. Женя стоит в дверном проеме и внимательно смотрит. На меня, на ногу, которую я высунула из-под одеяла и легонько поглаживаю. Она почти не болит, только когда встаю и пытаюсь пройтись, возникает дискомфорт из-за швов. Их, к счастью, немного. А вот синяков на теле достаточно. – Предлагать прогуляться не буду, – говорит Женя, поднимая глаза к моему лицу. Дыхание перехватывает от того, какой он красивый. Несмотря на то что выглядит таким же уставшим, как и я. «Хорошее» приключение у нас получилось. Светлячки и бабочки, которые до этого таились по углам, испугавшись моих эмоций и истерики, потихоньку вылезают из укрытий и собираются в кучку. Или это те из них, кто уже присягнул другому главнокомандующему. – Я тоже повременю с предложением взять меня на руки. Тоник улыбается, и хорошее настроение, которое стояло на паузе, переходит в активный режим. – Почему ты не улетел вместе с Олей? Плохо себя чувствуешь? – Самочувствие более-менее. – Женя подходит к кровати и садится рядом, аккуратно кладет руку на мою ногу. – Но основная причина не во мне. – А в ком? Щеки начинают пылать от его откровенного взгляда. Тоник собирается что-то сказать, но нас прерывают. Дверь снова распахивается, и в комнату влетает Света. Следом заходит ее отец. Светленькая забирается на кровать и вклинивается между мной и Женей, отодвигая его. – Как ты, Камилла? Она трогает меня за руку и улыбается, обнажая ровные мелкие зубки. Чудесная малышка. И Марфа Васильевна тоже. Да и Эдуард Викторович… Может, мои светлячки и не трепещут, когда он рядом, но зато Каримов дарит ощущение спокойствия, комфорта и безопасности. – Доброе утро, – здоровается он со всеми. – Обмениваетесь впечатлениями о пережитом? Камилла, я зашел пригласить на завтрак. Специально не принес его сюда, потому что врач сказал, что покой хоть и необходим, но небольшая нагрузка не повредит. Поэтому тебе придется встать с кровати, привести себя в порядок и спуститься в гостиную. – Спасибо. Попробую. Я стараюсь не замечать, как Тоник и Каримов смотрят друг на друга. Вроде и дружелюбно, но напряжение буквально витает в воздухе. – Света, принеси, пожалуйста, Камилле косметичку, и наведите красоту. А мы пока подождем вас внизу, – говорит Женя, вставая с кровати. Малышка оборачивается к отцу и, получив от него утвердительный кивок, спрыгивает с кровати. Каримов и Женя выходят из спальни, их шаги и тихие голоса удаляются. Не знаю, о чем они говорят, но что-то подсказывает: я бы и не захотела это слышать. Света приносит косметичку. Я расчесываю волосы, протираю лицо мицеллярной водой и наношу под глаза консилер. Вечером попробую принять душ. Полежала пару дней, построила из себя жертву, и хватит. Я от природы не такая. Лишнее внимание мне не нужно. Особенно внимание Жени. Лучше бы он с Олей улетел! Не понимаю, зачем остался… Мы со Светой спускаемся в гостиную. Она хлопочет надо мной, и, наверное, со стороны это выглядит очень забавно. За столом царит приятная атмосфера. Говорят в основном Марфа Васильевна и Эдуард Викторович. Наевшись своих любимых сырников и выпив чашку кофе, благодарю всех за завтрак и решаю доковылять до террасы. Посижу в шезлонге, почитаю одну из книг, которые упоминала Вика. А вечером посмотрю какой-нибудь фильм. Неожиданный отдых надо использовать по максимуму. Следом, к счастью, никто не идет, и до вечера меня не беспокоят. Оказывается, по понятным причинам – Тоник и Каримов весь день проводят за работой. Об этом рассказывают Марфа Васильевна и Света, которые, нагулявшись, приходят позвать на ужин. Я отказываюсь, так как нет аппетита, к тому же, несмотря на увлекательное чтение, очень сильно клонит в сон. Возможно, из-за лекарств. Вообще, сегодняшний день был достаточно спокойным, и, если так продлится до конца недели, это будет лучшее из того, что можно было пожелать. Именно этого мне и не хватало в убийственно плотном графике – времени на себя. После ухода няни и Светленькой погружаюсь в дремоту. И то ли это уже снится, то ли происходит наяву, но я чувствую, как кто-то мягко перебирает мои волосы. Мерещится даже голос Тоника. Однако когда посреди ночи из-за сильной жажды открываю глаза, рядом никого нет. Ни намека на Женю в спальне. Вода и лекарства, которые нужно выпить, – на прикроватной тумбочке… Еще бы кто-то сходил за меня в туалет и принял душ. Нехорошо от одной мысли, что придется встать и снова испытать дискомфорт в теле. Оно до сих пор болит от ударов о камни. А ведь я еще собиралась вымыть голову. Почти сорок минут настраиваюсь, а потом все же иду в ванную комнату. В первые секунды поток воды кажется неприятным, но потом я привыкаю. Отставив ногу в сторону, чтобы сильно не распаривать и не намочить швы, моюсь полностью, а голову промываю два раза. Завернувшись в халат, я прихрамывая возвращаюсь в спальню, борясь с желанием заглянуть к Жене. Останавливаюсь, прислушиваюсь к себе и думаю о возможных последствиях. Ответ на вопрос «Зачем мне это?» известен, но так ведь неправильно. Впрочем, как и бороться с притяжением. Решающей становится мысль, что нас с Тоником могло уже не быть, поэтому в желании посмотреть на него спящего ничего плохого нет. Он же приходил ко мне утром. Осторожно открываю дверь Жениной спальни. Убедившись, что не разбудила его, подкрадываюсь ближе. Я даже Вике не призналась, но истерика накатила не только из-за того, что мы с Тоником попали в передрягу. Я вру отцу, сестре, меня возмущает несправедливая ситуация. Эти эмоции требовали выхода. Ну разве честно – заключать браки без любви? Обманывать близких людей? Одна часть меня борется с влечением к Тонику, а другая… стремится к нему, несмотря ни на что. И довод, что Женя похотливый козел, ее не останавливает. Я уже собираюсь уйти, когда слышу тихий голос: – Ками… – Тоник находит в темноте мою руку. – Раз пришла, оставайся. Надо поговорить. Он тянет меня на себя, и, потеряв равновесие, я оказываюсь на его кровати.