Глава 18

Распахнула дверь и вошла в обитель зверя! И замерла, боясь даже пошевелиться. Он был великолепен, неотразим, прекрасен и… ужасен! Ректор Алистер стоял в центре огромного бассейна, по пояс скрытый водой, а его лицо, руки и обнажённую грудь покрывала бронзовая чешуя. Она искрилась, переливалась и будто перетекала, то исчезая, то появляясь. Глаза Алистера то становились нормальными, то начинали светиться, темнея и приобретая вытянутый зрачок.

— Уйди, — сквозь зубы прошипел он, увидев меня. — Опасно.

А потом мужчина упал на одно колено, практически полностью погрузившись в воду. И я поняла, что ему больно! С ним что-то не так! Он страдает, будто борется с чем-то, и проигрывает.

— Как вам помочь? — спросила, переминаясь с ноги на ногу у входа. — Что сделать?

— Уйди! — повторил ректор, с трудом поднимаясь из воды.

— Я хочу помочь, — испуганно прошептала я одними губами, но он меня услышал.

— Опасно, — едва заметно покачал головой дракон.

— Пока я никакой опасности не чувствую, — браво ответила я.

В действительности у меня поджилки тряслись, но я же не какая-то там обычная трусиха! Я же единственная представительница Эрканаса в Магистаре, та, кого целый мир не захотел отпускать! Так что у меня есть повод вести себя столь храбро и безрассудно… наврное…

— Опустись в воду, — вдруг попросил меня ректор.

И это была бы вполне себе безобидная просьба, если бы не одно «но»! Вода в бассейне исходила паром и буквально кипела!

— Я же сварюсь, — испуганно прошептала я.

— Тогда уйди, — мотнул он головой, опять падая на одно колено.

Нет, это уже слишком! Ну не могу я так просто сделать вид, что ничего не происходит и уйти, когда кто-то страдает.

Покосилась на воду, слегка так бурлящую, на выход, опять на воду. А что мешает мне попробовать? Я же в магическом мире нахожусь, у них тут чудеса в порядке вещей.

Подошла к кромке бассейна, присела и очень медленно протянула руку к воде. Замерла на мгновение, а потом резко опустила пальцы в воду.

И ничего не произошло! Не было жжения, не было ожога, вообще ничего из того, что происходит с человеческим телом при соприкосновении с кипятком, не случилось!

— Рина, ты идёшь по краю, — сквозь зубы произнёс Алистер. — Лучше уйди. Мне будет больно, но я выдержу.

— Зачем терпеть боль, ели её можно избежать? — удивлённо спросила я. — Если я войду в воду, вам станет легче, так?

— Не стоит делать это только потому, что мне станет легче, — скривился он. — Это слишком важно. Не смей!

И ректор полностью скрылся под водой, не удержавшись даже на коленях.

И что я должна была сделать в такой ситуации? Да сбежать я должна была, и куда подальше! Но вид поверженного, утопающего в своих страданиях и воде мужчины, который внушал уверенность целой академии, на которого надеялись сотни студентов, поверг меня в не меньший ужас, чем перспектива остаться совершенно одной в чуждом мире.

И я смело шагнула в бурлящую воду бассейна, даже приблизительно не представляя, чем мне это может грозить. Вода вокруг меня вскипела ещё сильнее, забурлила, запенилась, захлёстывая с головой, закручивая в вихре. К такому я точно не была готова! Я начала захлёбываться и уже подумала, что это конец, когда мои бока обхватили крепкие руки и меня подняли над водой.

— Зачем ты это сделала⁈ — злобно спросил ректор, сверля меня гневным взглядом.

— А что я сделала? — спросила, отплёвываясь и стараясь отдышаться. — Вам же плохо было, и стало легче, правильно?

— Правильно ли, — покачал он головой, разбрызгивая мириады капель с мокрых волос.

— Я была бы вам очень признательна, если бы вы пояснили чуть более развёрнуто, — смахивая воду и прилипшие волосы с лица попросила я.

— Да, теперь этого точно не избежать, — хмыкнул ректор. — Но сначала, может, всё же закончим купание?

— Да чего уж там, я и в воде послушать могу! — немного истерично ответила я.

— Боюсь, что здесь обстановка не располагает к обсуждениям, — ответил Алистер, ещё сильнее прижав меня к себе. — Но я не против продолжить купание.

И его руки спустились ниже, подхватив меня под бёдра.

— Предлагаю устремиться к берегу, — нервно ответила я, барахтаясь в его объятиях.

Из воды мы выбирались знаменательно. Сначала бассейн покинул Алистер, а потом он просто выдернул меня из воды, как травинку из земли.

— Идём, — потянул он меня за руку. — Переоденемся и всё обсудим.

— Зря я от пирога отказалась, — пробурчала я.

— Какого пирога? — поинтересовался голый ректор, ведя меня за руку в свою спальню.

— Уже неважно, — покачала я головой, глядя куда угодно, только не на полностью обнажённого мужчину.

— Подожди минутку, мне нужно привести себя в порядок, — невозмутимо произнёс Алистер, скрываясь за дверью, судя по всему гардеробной.

— Да пожалуйста, — проворчала я, отжимая рукава и длинный подол новой ученической юбки.

Спустя несколько минут Алистер вернулся весь из себя свежий, сухой и невозмутимый, а я так и осталась мокрой и возмущённой.

— Идём ужинать? — предложил он.

— Издеваетесь? — прошипела я, разведя руки в стороны и демонстрируя струящуюся с меня воду. На ковре уже образовалось приличное такое мокрое пятно.

— Ну хорошо, идём в очередной раз переодеваться, — недовольно ответил ректор.

— Можно подумать, это я виновата, что промокла, — возмутилась я.

— А тебя никто не заставлял, — неожиданно резко ответил он.

— Всегда пожалуйста, — ответила обиженно, спешно покидая спальню, а потом и кабинет.

— Что случилось⁈ — испуганно воскликнула Сайя, которая всё это время так и ждала меня у кабинета Алистера.

— Высокомерием забрызгало, — гордо ответила я.

— Вы свободны, — отпустил Сайю Алистер, неотступно следовавший за мной.

— Я и сама дорогу до комнаты найду, — заявила я, даже не обернувшись.

— Ужин, — напомнил он.

— Обойдусь, — ответила нервно.

— Не обойдёшься, — возразил ректор.

— Посмотрим, — пробурчала я, ускорив шаг.

Дошла до своей комнаты, вошла и демонстративно захлопнула дверь перед носом Алистера.

Глупо было надеяться, что он отстанет. Не отстал…

Дверь распахнулась, ректор вошёл и предельно вежливо произнёс:

— Переодевайся, я подожду.

— Как вы любезны, чёрт бы вас побрал! — выругалась, подбежав к шкафу.

Взяла первую попавшуюся одежду и скрылась в ванной. Вышла спустя пару минут, поправляя свою обычную ученическую юбку, но при этом почему-то чувствуя себя голой! Да я при нём в такой же юбчонке два дня расхаживала, но почему только сейчас мне кажется, что это слишком?..

— Идём, ужин уже должны были накрыть, — невозмутимо произнёс Алистер.

— Да когда вы всё успеваете-то? — всплеснула я руками.

— В промежутках между твоими нервными срывами, — ответил он. — Но в этот раз я заранее всё устроил, только не думал, что повод будет настолько важным.

— А у вас какой-то важный повод? — насторожилась я.

— У нас, Рина, — улыбнулся Алистер. — Важный повод у нас.

— Мне уже вдвойне страшно, — пробурчала я. — Пугайте окончательно, чего тянуть.

— Просто доверься мне, — проговорил ректор, взяв меня за руку и увлекая за собой.

— И мне стало ещё страшнее, — констатировала я.

— Не поверишь, мне тоже страшно, — улыбнулся Алистер. — Но это только подогревает интерес к тому, что будет дальше!

— И вот страх перешёл в ужас, — прошептала я.

— Проходи, Рина, — вместо ответа пригласил меня в свой кабинет ректор.

Я вошла, оценила обстановку и попятилась.

— Нет, обратного пути я не могу тебе предоставить, — произнёс Алистер, подтолкнув меня в спину и закрыв за собой дверь.

Я замерла, разглядывая уже знакомую картину — стол, накрытый на две персоны, свечи и стулья с подушечками.

— А не пошли бы вы куда подальше, ректор Алистер? — поинтересовалась так, между прочим.

— Не пойду, — ответил он. — Нам нужно многое обсудить, Рина. Найти способы сосуществования и определить границы твоей власти.

— Моей власти? — переспросила я. — А вот об этом можно и поподробнее!

— Будут тебе подробности, — подтолкнул он меня к столу.

Пришлось подойти и сесть на галантно отодвинутый ректором стул. Алистер убедился, что я комфортно устроилась, обошёл стол и уселся напротив. Педантично развернул салфетку, окинул взглядом стол и как ни в чём не бывало произнёс:

— Приятного аппетита, дорогая.

Я ошарашено уставилась на него, продолжая сидеть со сложенными на коленях руками.

— Ты не голодна? — светским тоном поинтересовался ректор, заметив, что я и не думаю приступать к ужину.

— Боюсь, после этого вашего «дорогая» мне кусок в горло не полезет, — пародируя его вежливый тон, ответила я.

— Привыкай, — снисходительно улыбнулся он.

— Ик, — демонстративно произнесла я.

— Водички? — предложил Алистер.

— Спасибо, вдоволь нахлебалась! — рявкнула в ответ… с вежливой улыбкой.

— Вина? — продолжил «ухаживать» ректор.

— Может, хватит издеваться⁈ — выпалила, вскочив из-за стола. — С каких это пор я для вас «дорогая»? Неужто, моё присутствие вам так дорого обходится⁈

— Сядь, — тихо произнёс Алистер.

Но я заметила, как он с силой сжал в руке вилку. Вилка погнулась…

— И чего кричать? Могли бы нормально объяснить, что голодны, — проворчала, усаживаясь за стол и изображая живейший интерес к содержимому своей тарелки.

— Я действительно голоден, Рина, — чуть оттаяв произнёс дракон. — Противостояние инстинктам требует больших энергетических затрат. Но проблема не в этом.

— А в чём же? — предельно вежливо и спокойно поинтересовалась я.

— Мне нужно немного времени, чтобы… подобрать правильные слова, — поморщился он.

— И вот я опять в ужасе, — прошептала, со звоном опустив вилку на край тарелки.

— Я чувствую, — опять поморщился ректор.

— А вы можете хотя бы на время разговора отключить эту повышенную чувствительность к моим эмоциям? — спросила с надеждой.

— Но тогда я не буду знать, когда стоит остановиться и… подобрать другие слова, — заявил Алистер.

— Знаете, в моём мире люди как-то общаются и без детекторов эмоционального состояния собеседника, — проговорила задумчиво. — И представляете, понимают друг друга, и даже как-то находят общий язык.

— Не думаю, что наш с тобой случай относится к обычным, — криво усмехнулся ректор.

— Это да, — вздохнула я, ковыряя вилкой содержимое тарелки. — И какой же у нас с вами повод случился?

То, что это купание в бурлящем бассейне мне аукнется, я уже поняла, но пока чувствовала себя как обычно. Никаких физических проявлений не было. На счёт эмоционального состояния я бы сейчас не рискнула судить, слишком испугана и взволнована. И тот факт, что Алистер тянет время, только ещё больше нервировал.

— Надеюсь, вы не заразили меня своим… драконством? — спросила с усмешкой. — В смысле, я не начну обрастать чешуёй и когтями.

— Нет, — засмеялся ректор. — Моё, как ты выразилась, драконство не заразно. Драконом можно только родиться.

— И то хорошо, — выдохнула я с заметным облегчением.

— Но наше совместное купание всё же имело большое значение, — продолжил он, и я задержала дыхание.

Ну всё, сейчас он скажет что-то, вроде «Извини, Рина, но теперь тебе придётся служить мне до самой твоей смерти, потому что ты продала мне душу». Или вообще обрадует, заявив, что я отравилась испарениями из того сомнительного бассейна и умру во цвете лет, мучаясь в агонии.

— Да скажите вы уже! — не выдержала затянувшегося молчания. — Как есть скажите! Потом правильные слова подбирать будете, если у меня истерика от услышанного начнётся. Или опять сверкнёте глазами и вырубите меня, чтобы не докучала излишне эмоциональной реакцией!

— А это имеет смысл, — задумчиво протянул Алистер, явно имея в виду моё последнее предложение.

— Ну и?.. — протянула я, «предвкушая».

— В общем так, Рина, — отложив вилку и отпив сразу половину содержимого бокала, проговорил ректор, — ты застала меня в купальне в тот момент, когда я пытался совладать со своими драконьими инстинктами. Видишь ли, драконы не просто редки в Магистаре, мы, можно сказать, вымирающий вид. Почему так произошло, я расскажу тебе позже, если захочешь. Нас осталось очень мало, а каждый вид магических существ… об их разнообразии я тоже расскажу, если тебе интересно. Так вот, каждый вид магических существ ценен для мироздания и поддерживает его в стабильном состоянии. В виду этого Магистар озаботился спасением драконов от полного исчезновения.

— А можно как-то покороче? — взмолилась я. — Я потом с радостью выслушаю лекцию по спасению вымирающих видов, а сейчас переходите уже к сути.

— Я и перехожу, — раздражённо ответил… вымирающий, но выглядящий вполне себе живенько дракон. — Магистар озаботился спасением драконов и ограничил наши возможности к… выживанию теми, кто идеально подходит для каждого дракона индивидуально. Проще говоря, мы чувствуем тех, с кем идеально сочетаемся в физическом, эмоциональном и энергетическим плане. И, почувствовав сочетаемого партнёра, наша драконья суть, скажем так, просыпается. Она… слегка выходит из-под контроля и начинает подталкивать нас к паре.

— Только не говорите этого, не говорите, пожалуйста! — взмолилась я.

— Моя сочетаемая пара это ты, Рина, — проигнорировал мою мольбу Алистер.

— Вы что, размножаться со мной собрались⁈ — взвизгнула я, опять вскочив из-за стола. — Я что, беременна драконёнком⁈ Ой мамочки! Вы же рептилии! Я что, яйцо отложу⁈ А потом высиживать его буду⁈

Дракон уставился на меня с непередаваемым выражением лица, а потом просто нагло расхохотался.

— Успокойся, Рина! — сквозь смех произнёс он. — Ты не беременна. И уж тем более не будешь откладывать яйца. Как ты себе это вообще представляешь?

И он опять начал хохотать.

— Сейчас ударю, — пробурчала я.

— Извини, извини, пожалуйста, — стараясь успокоиться, проговорил ректор. — Просто я и предположить не мог, что у тебя настолько богатая фантазия. Присядь, пожалуйста, я всё объясню.

— Точно не беременна? — сощурившись спросила я, садясь за стол.

— Точно, — улыбнулся Алистер. — Во-первых, драконы магические создания. В физическом плане мы такие же люди, как и все остальные, обращаться нам помогает особая магия, которая проявляется только годам в пять. Так что, размножаемся мы вполне естественным путём. Но для того, чтобы у наших детей проявилась та самая редкая магия, необходимо особое сочетание энергетических полей родителей.

— Да не буду я с вами размножаться! — возмутилась я.

— И тут мы переходим к «во-вторых», — заявил ректор. — И, собственно, во-вторых, наше совместное купание было своего рода обручением. Разделив со мной огненную воду, ты… скажем так, дала согласие дракону во мне на активные действия. Это, конечно же, не имеет никакой правовой силы, но связь между нами стала сильнее. Магистар отметил тебя, как мою пару.

Я из всего услышанного зацепилась за самое главное — никакой правовой силы!

— Так юридически я вам ничего не должна, правильно? — спросила сощурившись.

— Не должна, — кивнул он. — Но…

— Вот только нужно этих «но», — помотала я головой. — Хватит, наслушалась!

И начала остервенело есть, заедая стресс. В гробовом молчании приговорила вкусное, между прочим, мясное рагу, заела парочкой маленьких кексов с терпкими, солоновато-острыми семянками и потянулась к десерту.

— Рина, — позвал меня Алистер.

— Что? — рыкнула, отправляя в рот очередную ложечку крема с какими-то фруктами.

— Я не могу понять, что ты чувствуешь, — поведал мне дракон. — Твоё сердцебиение подозрительно спокойно.

— Ааа, так это я пока ещё не переварила всю степень своих неприятностей, — ответила, взмахнув ложечкой.

Содержимое ложки отделилось, собственно, от ложки и, описав дугу, шлёпнулось на плечо ректора.

— Попробуйте, вкусно, честно, — заявила я, и продолжила наслаждаться десертом.

Алистер покосился на своё плечо, подцепил пальцем обосновавшийся на нём крем, попробовал и невозмутимо произнёс:

— Действительно вкусно.

— Вот и ешьте, молча! — рявкнула я. — Подумала немного и добавила: — Хотя нет, лучше мне свою порцию отдайте.

— А тебе плохо не станет? — нахмурился дракон. — Ты и так слишком много съела.

— Жадина! — возмутилась я.

Ректор встал, взял креманку, подошёл и поставил её передо мной.

— Вот спасибо, — протянула я. — Откармливаете, чтобы потомство хорошее дала?

— Рина, ты всё неправильно поняла, — покачал он головой, положив руку на моё плечо.

— Не трогайте меня! — взвизгнула я, подскочив от прикосновения, как ошпаренная.

— Не нужно меня бояться, — начал увещевать Алистер. — Я не причиню тебе вреда. И не сделаю ничего, чего ты сама не захочешь.

— Всё, я наелась. Сыта по горло, — проговорила как болванчик, будто задеревенев эмоционально. — Теперь мне нужно время, чтобы переварить. Провожать не нужно.

Промокнула губы салфеткой, встала, подошла к двери, пожелала ректору Алистеру доброго вечера, и вышла.

Он не последовал за мной, за что ему огромное спасибо.