Глава 12

Моя попытка соблазнения капитана бесславно провалилась. От разочарования хотелось плакать, но я увидела Тони, который возил тряпкой по палубе, вытерла слезы и потопала к нему.

— Что, красотка, достал тебя наш господин?

— Да пошел он! — я махнула рукой, встряхнула волосами и подошла ближе.

И удивилась реакции матроса.

Он отпрыгнул, выставил перед собой швабру.

— Слушай, мне неприятности не нужны. У вас с капитаном траблы, ты через сутки покинешь судно, а я останусь разгребать навоз.

— Волнорез тебе в зад, да посильнее! — разозлилась я. — Скажи хотя бы, где бар Руперта.

— Тебя туда босс отправил?

— Ага.

— Короче, иди по второй палубе, поднимись на…

Тони долго рассказывал, где находится на огромном корабле бар, даже увлекся, забыл об осторожности и положил мне на плечо руку.

И в этот момент мимо нас стрелой пронесся Габриэль. Матрос едва успел дернуть меня в темный закуток, как капитан побежал дальше.

— Что это с ним? — озадачилась я.

— Морские боги разозлили не на шутку, — ответил Тони с придыханием, словно ему воздуха не хватало.

Я пригляделась к матросу: он внезапно вспотел, покраснел, его черные, как крупные маслины, глаза влажно заблестели. И только тут я сообразила, что мы стоим слишком близко, касаемся друг друга обнаженными плечами так, что по моему телу бежит электрический ток, А уж что бежит по Тони, я могла только догадываться.

Мы одновременно отшатнулись, я, не прощаясь, нырнула следом за капитаном в очередной коридор, а потом застыла за дверью и подслушала его разговор с высокой красоткой.

«Так, у него есть девушка. Это плохо, их надо отдалить. Но как?» — прикидывала я, а в душе бушевал ураган. В большеглазой и грудастой певице я вдруг увидела заклятого врага.

Пришлось подождать, пока капитан уйдет из бара, чтобы зайти туда самой. Не хотелось попадаться ему на глаза. Рыжеволосый парень окинул меня с ног до головы серым взглядом и усмехнулся:

— Ну, привет, Огонек. Это ты шуму на корабле наделала?

— Наверное. И я Аврора. Господин капитан сказал, что вы дадите мне работу.

— А что делать умеешь?

— Ничего. Хотя… — идея птичкой мелькнула в голове и свила там гнездо. — Могу поработать хостес, если меня приоденете.

— А своих нарядов нет?

— Откуда же! Только купальник и шорты.

— Хм, — бармен открыл какую-то дверь и крикнул: — Мари, иди сюда.

Он познакомил меня с певицей и велел ей подобрать мне наряд. Я долго крутилась перед зеркалом. Возбуждение переполняло меня, все безумно нравилось. Я впервые надевала платья, делала прическу и макияж.

Мари оказалась вполне адекватной и веселой девчонкой.

«Так, может, сделать ее подругой, а не врагом?» — задалась вопросом я.

— Слушай, капитан у вас как неприступная скала: ни улыбки, ни доброго слова, — начала я разведку словами.

— В последние дни у него сплошные неприятности, — поделилась Мари. — Даже на меня рычать начал.

— А у вас это самое? — я потерла палец о палец, как видела это в кино.

— Даже не знаю уже, — расстроенно поделилась девушка. — Мне казалось, что я ему нравлюсь, а теперь уже нет.

— Какие мужчины непостоянные в своих увлечениях.

В принципе, информация для меня была положительной. Габриэль не хотел продолжать легкий роман с Мари на земле. А вот почему не хотел, надо и выяснить.

— Все, готово, — улыбнулась Мари, закончив колдовать над моими волосами. — Ты потрясающая красавица. С такой хостес бар продаст двойную норму алкоголя.

Я и сама себя не узнавала в маленьком черном платье, выгодно подчеркивающем мои длинные ноги и открытые плечи. Рука сама потянулась за жемчужной ниткой, но Мари отрицательно покачала головой..

— Почему? Это дорогое колье, не бижутерия. Специалисты оценят.

— В этом и проблема. На девушке-хостес не может быть ничего натурального. Да и тонкая шейка, выглядывающая из глубокого декольте, оставляет простор для воображения.

Ее слова меня напугали. Я хотела всего лишь покрасоваться перед Габриэлем, надавить на мужские струнки его души, а не развлекать похотливых и пьяных туристов.

— А разве хостес вступают в контакт с гостями?

— Нет, охрана следит, конечно, и вовремя пресекает инциденты, но не всегда успевает, так что тебе придется рассчитывать на себя.

— Окей!

Я с опаской посмотрела на серебристые туфельки на высоком каблуке. Я только что научилась вертикально держаться босиком, а уж на этих лабутенах и шага не сделаю. Но волновалась зря. Стоило только сунуть ноги в туфли, как я почувствовала себя уверенно.

— Готова, Аврора?

— Д-да.

Мари тоже выглядела великолепно. В блестящем платье, покрытом золотыми паетками, в таких же лакированных лодочках, она казалась морской соблазнительницей.

«Надо ей найти кавалера, чтобы она отстала от капитана», — решила я.

Зазвучала музыка, официанты выстроились с одной стороны бара, девушки-хостес с другой. Я пристроилась в самый конец ряда и, хотя чувствовала себя неуверенно, первой пошла встречать гостей, как только двери открылись.

— Вы позволите проводить вас к вашему столу? — спросила я высокого мужчину в строгом костюме.

— Габриэль, что делают на корабле проститутки? — рявкнул мужчина и оглянулся.

За его спиной в проходе стоял капитан, а на его локоть опиралась хорошенькая блондинка.

Я сделала шаг назад, оступилась, и пол рванулся навстречу…

Но Габриэль не дал мне упасть. Он подхватил за локоть и передал меня официанту, бросившемуся навстречу.

— Зачем так грубо, отец? — резко спросил он. — На корабле работают хостес. С их помощью компания увеличивает прибыль.

«Отец? Откуда? Что он здесь делает?» — мысли стаей галок проносились в голове.

Еще час назад не было и речи о появлении на судне хозяина компании. Я спряталась в уголке у эстрады, где музыканты срочно меняли приготовленный репертуар.

— Мари, откуда здесь взялся отец?

— Я тоже в шоке. Говорят, прилетел на вертолете.

— Но… зачем?

— Он в последние дни ссорился с сыном, что-то ему не нравилось. Вот теперь заявился собственной персоной. Еще и эту с собой приволок.

— А кто это?

Я показала глазами на блондинку. Она сидела за столом рядом с капитаном и о чем-то болтала, не останавливаясь. Ее глаза то возбужденно горели, то суживались, и девушка начинала походить на кошку-сфинкса: холодную и безжалостную.

— Не знаю! Отстань! Но вижу, что эта хищница не отдаст свою добычу.

Мари была явно расстроена. Она наверняка имела виды на Габриэля, а тут такой облом!

— Девушки, хватит болтать! — шикнул на нас руководитель музыкальной группы. — Приступайте к работе! Мари, бери микрофон.

— Я не знаю слов у песен, которые хочет господин Леопольд фон Дилберт.

— Найди в интернета, — шепнула я ей. — Хочешь, помогу?

Сказала и замерла: а где мой телефон? В последний раз я видела его в рюкзачке коньков, но события дня развернулись так стремительно, что я напрочь забыла о нем.

Но искать мобильник именно сейчас было некогда. Я сновала между столиками, предлагая напитки, иногда подсаживалась и мило болтала с туристами. И все время чувствовала на себе пронзительный взгляд Габриэля.

«Смотришь? Смотри, голубчик», — радовалась я, а сердце трепыхалось в груди, готовое пуститься в пляс.

Эх, если бы не время, которое неумолимо бежало вперед, я бы не стала торопиться. Шаг за шагом шла бы к своей цели и добилась бы своего.

— Аврора, —  окликнул меня Руперт. — Гости за третьим столиком собираются уходить.

Я окинула взглядом туристов. За столиком сидели уже подвыпившие мужчины. Они были серьезны, словно грустили, что отпуск заканчивается и придется возвращаться к рутине.

— Поняла. У вас в баре есть ром?

— Конечно.

— А старинный, пиратский?

— Откуда?

— Задержи их, я сейчас. Дай твой телефон.

Я вырвала из пальцев Руперта мобильник,  выскочила через заднюю дверь на палубу и бросилась к борту. Вложила два пальца в рот и свистнула. В этих водах много затонувших кораблей, в их трюмах найдется и ром. Правда в старину его держали в бочках, но все же, вдруг повезет.

Чоки и Поки показались на поверхности воды и закрутились от радости.

— Найдите мне бутылку рома, — крикнула я и огляделась.

Но все было спокойно. Гости отдыхали в ресторане, моряки их обслуживали. Чоки и Поки разочарованно забили по воде плавниками.

Черт! Они же не слышат меня!

Я огляделась, увидела пятно света на стене и подняла руки. Сложила пальцы и тень бутылки упала на стену. Я еще сделала вид, что наливаю из нее в стопку, а потом выпиваю.

Коньки закивали и скрылись в глубине. Вынырнули они быстро, я заметила, как они проплыли вдоль борта, и пошла за ними, держась за ограждение. Не прошло и пяти минут, как бутылка, обвитая водорослями, закачалась у якорной цепи.

— Ты чего здесь стоишь? — раздался сзади голос Тони.

— Вышла воздухом подышать, а тут это. Смотри. Как ее достать?

— Ничего себе, вот это сюрприз! — охнул Тони. — Погодь, я мы ее багром зацепим.

Он мгновенно сгонял к пожарному ящику и вернулся с длинной палкой, на конце которой были крючки. С пятого захода матросу удалось подцепить бутылку и затащить ее на палубу.

— Ого! — я покрутила ее в руках. — Старинная.

— Твою ж мать! Восемнадцатый век. И как она сохранилась?

«Знал бы ты, сколько добра лежит на дне моря! — чуть не брякнула я, но вовремя прикусила язык.

— Дай сюда. Это я ее нашла.

— А я вытащил.

Тони спрятал бутылку под мышку, но я успела ухватиться за горлышко.

— Не спорь. Я хочу удивить гостей.

— А я сам хочу ее выпить.

— А вдруг там яд?

— И ты потащишь эту бомбу гостям?

Тони выпустил бутылку, я удобно перехватила ее ладонями.

— А это уже они сами решат.

Я побежала в ресторан. Серьезные мужчины сидели на своем месте. Не знаю, как, но Руперт сумел задержать их.

Широко улыбаясь, я лебедушкой подплыла к столику.

— Тысяча чертей, господа! — нарочито грубым голосом начала я.— Как насчет пиратского рома разлива тысяча семьсот тридцать пятого года?

— Какого года? — опешил толстячок с бородкой клинышком.

— Тысяча семьсот тридцать пятого, — мило повторила я и тут поняла: в зале наступила мертвая тишина.

— Такого не бывает.

— Ошибаетесь, бывает.

Я вытащила бутылку из пакета, куда ее спрятала. Темная, пузатая, она блестела влажными  боками, длинные зеленые водоросли свисали с моих рук. Множество жадных глаз было сейчас устремлено на нее.

— И сколько стоит это удовольствие?

— Подарок компании, — смело брякнула я.

— Ну, из рук такой красавицы можно и выпить, — улыбнулся уголками губ гость — высокий мужчина с седыми висками.

Но его глаза не улыбались. Они смотрели сурово и даже зло. Я передернулась от этого стального взгляда, мороз которого усиливал глубокий серый цвет радужки. Захотелось сбежать к более доброжелательным гостям.

— Пить из рук негигиенично, — отшутилась я.

— А с гигиеной мы как-нибудь разберемся, — усмехнулся мужчина и дернул меня за руку.

Я плюхнулась на стул…