Глава 9. Игра на интерес

Нереальная

— Я пьяна, в квартире срач — I am happy very much! — провозгласила я, наливая себе мартини в кофейную кружку. Боже, какой чудесный одинокий вечер — мне давно не было так классно! Разве что в позапрошлую субботу — на игре.

Я специально не заходила больше на сайт Энкаунтера, чтобы не травить себе душу, но сейчас все мои запреты болтались где-то на дне бутылки мартини, которую я почти прикончила.

— Ну, ребятки, — пьяно бормотала я, вбивая знакомые буквы в адресную строку, — давайте, расскажите тете Нереальной, что у вас там интересненького происходит.

Интересное нашлось мгновенно. Прямо на главной странице.

Одиночная игра с двумя авторами и двумя же участниками. И если участники мне были совершенно незнакомы и на аватарках у них были невнятные картинки, то авторов я знала прекрасно. Ник и Куся. Ну охуеть теперь. А что, красавчик Тор уже пошел лесом? Организатор домена покруче будет, чем рядовой игрок? Не ожидала такого от скромняшки Вики! Хотя, если выбирать между Тором и Ником, я бы тоже выбрала Ника. Он гораздо интереснее. И глаза у него такие… Мммм… А блондины мне никогда не нравились.

Я задумчиво поболтала остатками мартини в бутылке и вылила их себе в чашку. И когда там эта игра? Да ладно, завтра что ли? Серьезно, прям во вторник?

Я была заинтригована. Одиночная игра, которая до этого ни разу у нас не проводилась, плюс всего два участника, да еще и в будний день. Прям загадка на загадке. Я зашла в описание игры: прием заявок был закрыт, зато всех желающих звали завтра в 19–00 на брифинг, чтобы своими глазами увидеть финал Кубка. А, это они так победу делят. Сражением один на один. Ну прикольно, я бы посмотрела.

А почему бы, собственно, и не?

Саша в командировке. Вечер после работы у меня свободен. Решено! Приеду — чисто развеяться.

И, уже засыпая и пытаясь справиться с давно забытым ощущением «вертолета», я представляла себе удивленное лицо Ника, когда он завтра меня увидит.

Несмотря на дичайшее похмелье (скажите мне в следующий раз, что нельзя напиваться вермутом) и, как следствие, тяжелый рабочий день, я все же не изменила принятому вчера решению. Заехала только домой переодеться. Секунду поколебавшись, я залезла на верхнюю полку шкафа, где хранились мои старые вещи.

Хватит красивых неудобных тряпок, сегодня я хочу выглядеть, как раньше. Потертые джинсы (класс, значит, за два года я не поправилась!), черная водолазка, любимая кожаная куртка, ботинки, алая помада.

От того, что в зеркале отразилась такая знакомая и почти забытая картинка, в груди стало больно. Зачем я это делаю? Мне не станет от этого лучше. Один раз еще можно понять, но второй?

Я вызвала такси и поехала, понимая, что злюсь. Ужасно злюсь и на ситуацию, и на себя. И очень не повезет тому, на кого сегодня эта злость выльется.

Когда я вылезла из машины, меня сначала никто не заметил. Все собрались вокруг большого экрана, на него через проектор выводилась актуальная статистика по игре, которая, судя по всему, уже началась.

— Нереальная! — крикнул мне Локи. От его слов тут же вздрогнул стоявший рядом Ник и повернул ко мне растерянное лицо. Рад или не рад? Выглядит так, что не очень.

От злости щипало на языке, а вчерашний мартини отдавался в висках глухой болью. Хотелось быть мерзкой и грубой.

— Курить, — я, даже не поздоровавшись, резко вытянула к нему открытую ладонь, и Ник, усмехнувшись, достал мне из своей пачки сигарету и зажигалку.

— Что, Лер, снова снотворного мужу в чай подлила?

Слышать от него про Сашу было неприятно, поэтому я отвернулась, раздраженно выдыхая горький дым, и наткнулась взглядом на зареванную Кусю. Сейчас она совсем не была похожа на того бодрого маленького капитана, который вставлял нам с Владом пистонов. Похоже, не все так просто с этой игрой. Я снова повернулась к Нику и вопросительно приподняла бровь. Он понял, отвел меня в сторону и тихонько объяснил, что за Кубок сражаются участники двух команд. Один из них Кусин игрок, а другой Дарк.

— Кто такой Дарк?

— Ты с ним в одной команде играла.

«А, красавчик Тор! С которым у Вики явно шуры-муры. То есть проиграет либо участник ее команды, либо её мужик и по совместительству соперник. Да уж, ситуация!».

Я прониклась и пошла утешать девчонку, но получилось как-то не очень. Не в первый раз замечаю, что люди неохотно принимают от меня сочувствие. Им, наверное, кажется, что я над ними издеваюсь. Что ж, стоит ли удивляться тому, что с таким характером у меня практически нет друзей.

В наш разговор попытался встрять Ник с какой-то идиотской шуткой про Викиных женихов, и я моментально взбесилась. Неужели он не понимает, что девочке херово?

Чурбан. Организатор хренов.

— Засунь свой язык в задницу, Ник, — прошипела я и внезапно отвесила ему подзатыльник. — Слишком много сегодня говоришь.

Вика перестала плакать и воззрилась на меня со священным ужасом. Хм, а что, у вас тут не принято бить организаторов, да? Ну сорян.

Ник же потирал лохматый затылок и смотрел со странной смесью злости и восхищения. А потом вдруг прихватил меня за талию и подтащил к себе так близко, что я ощутила на лбу его горячее дыхание.

— Нереальная, ты не в духе, что ли? — тихо спросил он, пытливо на меня глядя.

— Вот еще, я очень даже в духе, — буркнула я, пытаясь скрыть внезапную растерянность, — в духе Тарантино, блин.

И яростно выдралась из его рук. Почему-то Ник меня сегодня бесил чрезвычайно.

Немного успокоившись, я подошла к толпе ребят, окруживших экран. Рядом на импровизированных столиках, сооруженных из ящиков, стояло пиво и открытые коробки с пиццей. Было похоже, что я нахожусь в каком-то спортивном клубе, где собрались болельщики перед решающим матчем. Все были в каком-то возбужденном состоянии, громко спорили и махали руками. В центре всей этой вакханалии с очевидным удовольствием находился Ник. Он искусно подогревал интерес зрителей к игре, постоянно подчеркивая, что силы противников равны и идут они нос к носу. А так как локации никто из нас не видел, Ник очень образно их описывал, параллельно выводя на экран фотографии мест и заданий. Я немного послушала его, и у меня волосы на голове зашевелились. Уж на что я любитель экстрима, но даже меня пробрало. Никогда не думала, что Ник такой ненормальный.

— Серьезно? Им надо будет залезть в муравейник? — недоверчиво спросила я, все еще допуская возможность того, что орг шутит.

— Ну не голыми же руками, я им там перчатки оставил.

— А потом нырнуть в озеро? В сентябре?

— Да какое там нырять, так — по пояс зайти, — отмахнулся Ник.

Вика снова залилась слезами, наверное, представила, как её мужики отмораживают себе яйца в ледяной воде. Трэш, конечно.

— Ник, — бесцеремонно тронула я его за плечо, — стесняюсь спросить, а это у тебя Энкаунтер или игра на выживание? Выглядит пока так, что тот, кто не сдохнет, тот и победитель.

— Зришь в корень, Нереальная! — хмыкнул Ник. — Когда я год назад писал эту игру, она называлась «Последний герой». Повышенная сложность, все дела. Не думал, что когда-то проведу её, но, как видишь, повод нашелся!

Он легко улыбнулся и как бы невзначай накрыл ладонью мою руку, которая все еще лежала на его плече. Его кожа была сухой и горячей, прикосновение было приятным — не пошлым и не мерзким — но я все же убрала руку. И, словно напоминая себе о главном, стиснула пальцы так, чтобы золотой ободок обручального кольца больно впился в кожу.

В этот момент зазвонил мой телефон. Я быстро глянула на экран и нажала на зеленую трубку, чтобы принять вызов.

— Привет, Саш! — я отошла от ребят, чтобы не мешать им своим разговором, но краем глаза заметила, как поморщился, словно от боли, Ник, услышав имя моего мужа.

— Что делаешь?

— С друзьями вот встретилась, — ответила я, практически не покривив душой.

— Что за друзья? — Саша был явно удивлен.

— Старые знакомые, еще с Энкаунтера.

— Понятно.

По прохладному тону мужа было ясно, что информация его не порадовала.

— Просто без тебя так грустно было, — тут же торопливо добавила я, ненавидя себя за малодушие, — вот и решила развеяться. А как у тебя? Договорились?

Саша ездил общаться по поводу открытия ресторана в Москве. Деньги его, идея и исполнение партнера. Но прежде чем вкладываться в проект, ему надо было все тщательно изучить. Во всем, что касается бизнеса, Саша был въедлив и придирчив до невозможности.

— Договорились, — голос смягчился, — завтра поедем помещение смотреть. По фотографиям просто конфетка! Там и проходимость хорошая, и здание со свежим ремонтом. Проверим еще, чтобы все технически норм было: и вытяжка, и канализация, и электричество, и если да — сразу возьмем!

— Это хорошо, — я слегка улыбнулась. Мне нравилось, когда муж был увлечен работой. Он сразу становился невероятно воодушевленным и энергичным, и ему это очень шло.

Мы еще немного поболтали, пожелали друг другу хорошего вечера, и я, закончив разговор, вернулась к ребятам.

И тут же поняла: что-то не так. Все сидели молча и напряженно вглядывались в экран.

— Что случилось?

— Парни должны быть на финальном уровне, но уже двадцать минут от них не приходит ни одного кода, — ответил мне Ник странным голосом.

— Может, не нашли?

— Там гора кодов, хотя бы что-то должны были уже вбить.

— Так звони им, чего сидишь! — внезапно рявкнул Локи, бросив взгляд на Вику, которая выглядела так, что краше в гроб кладут.

Ник схватил телефон и набрал сначала одного игрока — он был недоступен. Потом второго — тот не брал трубку. Он сдавленно выругался и обхватил голову руками.

Я обернулась и нашла глазами алую Хонду. Значит, Ник на машине. Вот и хорошо.

Нечего убиваться раньше времени, поедем сейчас на место игры и все выясним.

Я схватила Ника за рукав и потянула за собой.

— Поехали!

— Я с вами, — подскочил Локи.

— И я! — пискнула зареванная Вика.

Ник резко вздохнул и словно вышел из анабиоза — в глазах появилось осмысленное выражение. Он оглядел нас и моментально принял решение:

— Локи — да, Лера — да, Куся — остаешься тут.

— Попробовал бы ты сказать мне «нет», — серьезно сказала я, усаживаясь на переднее сиденье, но не похоже было, чтобы он меня услышал.

— Лер, — у Ника тряслись руки, когда он поворачивал ключ зажигания, — не должно быть там никаких косяков. В игровых заданиях точно! Они опасно выглядят, конечно, но там все просчитано и проверено, понимаешь?

Я кивнула и успокаивающе сжала его плечо. Ник говорил с такой убежденностью, что я ему верила. Он не стал бы отправлять ребят в те локации, которые посчитал бы реально опасными для жизни или здоровья. Правда, представления об опасности у игроков и у Ника могли расходиться, но это я уже озвучивать не стала.

Слегка припозднившийся Локи захлопнул за собой дверь тачки, и тут кто-то из парней заорал:

— Стойте! Код!

На экране стали быстро появляться коды. От обоих игроков. Значит, все нормально. С ними обоими все хорошо. Как минимум, они живы и относительно здоровы. А что уж там случилось, выясним потом.

Ник выскочил из машины, непослушными руками обшарил карманы, нашел пачку и сунул в рот сигарету. Не той стороной. Причем, кажется, даже не заметил этого.

Я подошла, аккуратно выдернула из его сжатых губ сигарету и перевернула ее.

— Ты сейчас фильтр подожжешь, — пояснила в ответ на его удивленный взгляд.

Ник кивнул, прикурил и глубоко затянулся.

— Сука, — с чувством сказал он, — меня чуть инфаркт не хватил.

— Отбой, — я слегка встряхнула его, — ложная тревога. И дай мне тоже сигарету, с вами хрен бросишь.

Ник отдал мне предпоследнюю, а сам в несколько затяжек докурил свою.

— Лерка, — тоскливо сказал он, — ты бы знала, как я в этом сезоне заебался. Как никогда. Эта Кубковая серия как будто проклята. То менты команду скрутят, то игроки друг другу морды набьют, то вот это вот.

— Но ты же в этом не виноват.

— Да какая разница? Разгребать-то все равно мне.

Он устало поморщился, снова потянулся за сигаретами и чертыхнулся, увидев, что осталась всего одна.

— Держи, — отдал мне её вместе с пачкой, — я у кого-нибудь из ребят стрельну. А когда обратно поедем, надо будет не забыть купить.

«Поедем«… Я внезапно зацепилась за это слово. Значит, Ник снова отвезет меня?

Это почему-то очень обрадовало.

Красивое появление финалистов я в итоге просрала. Не в буквальном смысле, но где-то около того, потому что в это время бегала за кустики. Лес был редкий, поэтому отойти пришлось довольно-таки далеко, а когда я вернулась, то застала идиллическую картину: Дарк (он же Тор) самозабвенно целовался с Кусей, а вокруг с умиленными улыбками стояли все остальные. Кубок же валялся у них под ногами, и всем, похоже, было глубоко плевать, кто его на самом деле выиграл. Эти двое точно в накладе не остались.

Я подошла поближе и тут же немного смутилась, потому что слова, которые светловолосый красавчик шептал своей Вике, были такими личными и глубоко интимными, что нам их точно слышать не стоило. А судя по тому, как они друг друга тискали, тут скоро и до постельных сцен дойдет.

— Ребятки, — негромко окликнула я их, — может, вам это… того самого… в кроватку?

А то не дай бог тут разляжетесь — а земля уже холодная, девчонка себе что-нибудь важное застудит.

Дарк с трудом оторвался от мгновенно покрасневшей Вики и посмотрел на меня такими дурными и счастливыми глазами, что в груди тоскливо заныло. Как же им сейчас хорошо! А будет еще лучше. Рада ли я за них? Конечно, рада. Но почему-то, провожая взглядом их отъезжающую машину, я не могла не думать о том, что в моей жизни любовь уже кончилась. Если вообще была. Да нет, была же! Точно! Все у меня было. И бьющееся бешено сердце, когда я поняла, что моя симпатия взаимна, и восторг первого поцелуя, и сладость первой совместной ночи. И, конечно, предложение руки и сердца — в красивом ресторане на набережной. Блин, я же помню, как мне было классно с Сашей. До свадьбы и даже какое-то время после. А потом все это куда-то делось, оставив взамен только склоки, взаимное недовольство и скучный секс.

Получается, я сейчас не люблю своего мужа? Ну в каком-то смысле, наверное, нет.

Я грустно усмехнулась, вспомнив лихорадочный шепот Дарка, когда он обнимал Вику: «Люблю тебя… люблю… Моя, только моя…». Нам с Сашей так не сносило голову и в самые романтичные периоды наших отношений.

С другой стороны, если под любовью понимать быстро вспыхнувшую страсть, то это нормально, что она проходит. Зато остается уважение, взаимная привязанность, общие ценности… Тьфу. Я говорю, как старая тетка. Впрочем, я и есть старая тетка.

Которой просто немного завидно видеть чье-то юное искрящееся счастье.

— Ты торопишься? — Ник так неожиданно появился рядом, что я вздрогнула. И попыталась улыбнуться.

— Нет, не тороплюсь.

— А…

— Саша в командировке, — ответила я на его невысказанный вопрос, и Ник спокойно кивнул, принимая информацию к сведению. Правда, в карих глазах сверкнуло что-то похожее на тщательно скрываемую радость.

— Тогда подожди меня минут пятнадцать, и поедем.

— Хорошо, — я непроизвольно поежилась, когда ледяной ветер пробрался под короткую куртку, и это не укрылось от Ника.

— Залезай в машину и жди меня там, — скомандовал он, — я печку сейчас включу, чтобы ты быстрее согрелась.

Я усмехнулась его командирскому тону, но для разнообразия спорить не стала.

Послушно полезла на переднее сиденье Хонды и оттуда наблюдала, как Ник вместе с другими ребятами сворачивает экран, убирает проектор, собирает и выбрасывает мусор. Разошедшийся к ночи ветер трепал полы его куртки, ерошил темные волосы, и Ник периодически мотал головой, отбрасывая с глаз челку. Он изменился за эти два года. Причем внешне практически нет, а вот внутри появилось что-то неуловимое, заставляющее всех игроков — даже самых взрослых и упрямых — его слушаться. А может, это всегда было в Нике, просто я не замечала. Ведь в нем и раньше чувствовался внутренний стержень. Не считая моей команды, он был одним из немногих, кто никогда не боялся со мной спорить.

— Я всё, — сообщил Ник, открывая дверцу и машинально шаря рукой в кармане, — черт, забыл, что сигареты кончились. Я ж хотел у Стрэнджера стрельнуть.

— Да куда ты сейчас за ним побежишь, — я вытащила его пачку из сумочки, — вот тут же одна осталась, ты мне отдавал. Поделим по-братски.

Он замер, а потом медленно кивнул и так посмотрел, что мне вдруг стало жарко.

Мы выскочили на улицу, где уже был конкретный такой дубак. Ник прикурил, закрываясь от ветра полой куртки, сделал короткую затяжку и отдал сигарету мне. Я вдохнула горьковатый, непривычно крепкий дым и вернула ему нашу импровизированную трубку мира. А когда сигарета снова перешла ко мне, я вдруг заметила, что у Ника теперь губы в моей помаде. Как будто мы целовались. Уже даже потянулась к нему стереть эти алые следы, но в последнюю секунду отдернула руку, сообразив, что жест бы вышел каким-то уж слишком интимным.

— Ты чего? — удивился он.

— Ты весь в моей помаде, — смущенно сказала я.

— Ничего страшного, — усмехнулся он и неуклюже добавил: — Не в первый раз.

Наши глаза встретились. Объяснений не требовалось, мы оба прекрасно знали, какой именно раз был первым.

«Я думала, ты забыл», — приподняла я бровь.

«И не надейся», — словно ответил мне насмешливый взгляд карих глаз.

Надо было, наверное, как-то пошутить, ослабить это почти физически ощутимое натяжение, возникшее между нами, но мне ничего не приходило в голову. Нику, видимо, тоже, поэтому он просто забрал у меня сигарету, еще раз затянулся и вернул, мол, докуривай, а сам вытер рот тыльной стороной ладони, а потом вдруг облизал губы. И от этого простого, совершенно не нарочитого движения языка по яркому контуру губ у меня вдруг случилось небольшое помутнение рассудка. Кажется, я поняла, почему тогда поцеловала Ника. И сейчас бы не отказалась повторить. Вот только никакого оправдания в виде лошадиной дозы алкоголя в крови у меня сейчас не было, а жаль. Чертовски жаль.