Глава 24

По дороге в универ мы с Киром ожесточенно спорим.

— Ты должна обедать со мной, — требует он упрямо.

— Нет, не должна! Это время для моих друзей, Кир. Мы с тобой и так потом весь вечер и ночь вместе.

Он не желает меня слушать, а я не желаю слушать его бредовые аргументы, но в итоге, нам удается доехать, не попав в аварию и придя к компромиссу. Два раза в неделю я соглашаюсь проводить с ним и его компанией перерыв на обед и, он от меня отстает. Вот только из-за этого спора я не успеваю с утра зайти в Сеть, о чем очень жалею, когда понимаю, что люди вокруг странно на нас косятся, пока Кир провожает меня до аудитории.

— Чего это они? — спрашиваю у него, но он лишь пожимает плечами.

— Без понятия. Не парься, иди в зал, а то уже опаздываешь.

— Ты тоже, между прочим. Мог и не провожать меня.

— И так ты меня благодаришь? — хмурится он. — Все, беги уже.

— Пока, — машу ему, прежде чем игнорируя шепотки за спиной, влететь в лекционный зал и найти глазами Акинчева, чтобы сесть с ним.

— Привет, Семен! — здороваюсь, плюхаясь рядом с ним.

— Привет, — как-то натянуто говорит он и мне становится не по себе от его взгляда.

— Что с тобой? Сегодня все так странно себя ведут…

Мои вопросы прерывает зашедший препод, который начинает рассказывать о предстоящем тесте, отвлекая на себя все внимание, но, когда он начинает объяснять новую тему, я снова пытаюсь узнать у друга в чем дело.

— Акинчев, ты мне скажешь что-нибудь? — шиплю на него.

— Ты заходила в Сеть сегодня? — спрашивает он вместо ответа и, когда я отрицательно качаю головой, протягивает мне свой телефон.

Я смотрю на экран и мое сердце замирает от шока и ужаса. На видео без звука ясно видно, как мы с Киром танцуем в клубе в субботу, а в конце еще и целуемся. Но что ужаснее всего, на видео стоит отвратительная надпись «Инцест».

— Ради Бога, скажи мне, что это Стужа, — шипит мне на ухо Семен.

Стужа… Если бы не надпись, все на нее и подумали бы, ведь у них с Киром есть история, к тому же, в профиль не так ясно видно мое лицо из-за ложащейся на него тени от куда более высокого Кира.

— Он мне не брат, — могу только ошеломленно покачать головой, потому что солгать не получится. Стужа не станет поддерживать эту ложь.

Акинчев прерывисто вздыхает, но ничего не говорит. Только убирает свой телефон в карман и принимается записывать лекцию, а я смотрю перед собой плывущим от слез взглядом и едва сдерживаю рыдания, потому что это полная катастрофа.

Мысли скачут в моей голове с невероятной скоростью, меня бросает из крайности в крайность, я не осмеливаюсь поднять на кого-либо глаза, но к концу лекции, когда проходит уже больше часа с моего кошмарного открытия, я уже более-менее успокаиваюсь и решаю говорить правду любому, кто хочет у меня что-то спросить или осудить в лицо.

Тем не менее, я трушу и, как только препод говорит, что лекция окончена, хватаю свои вещи и первой выбегаю из аудитории, чтобы найти Кира. Он нужен мне. Срочно! Потому что я не смогу пройти через это в одиночку.

— Мелочь, стой! — окликают меня сзади и обернувшись, я с облегчением выдыхаю, потому что Кирилл, оказывается, ждал меня у самой двери, а я так спешила сбежать, что не увидела его.

— Ты уже знаешь? — быстро приближаюсь к нему, с готовностью позволяя спрятать себя в объятиях и игнорируя своих одногруппников, которые шушукаются в коридоре, явно настроенные на представление.

— Все путем, не бойся, — поглаживает он меня по спине. — Я уже запостил, так что эти придурки еще побесятся и перестанут.

— Что запостил? — спрашиваю, отрываясь от его груди.

— Милый пост, Кир, только вот уже поздновато, — в тот же момент раздается за спиной язвительный голос Вани.

— Иди отсюда, Стужа, — предупреждает он, но когда она кого-то слушала?

— А скажи, Ася, тебе не стремно быть моей заменой?

— Что ты несешь, Ваня? Угомонись, — неожиданно вступается за меня Акинчев.

— А что, разве неправда? — приподнимает бровь Стужа. — Еще недавно Кир бегал за мной, но как только я его отшила, не побрезговал и собственной сестренкой, ведь не зря говорят, что мы с ней в чем-то похожи.

— Заткнись, Стужа, или все тут узнают кто кого отшил и в который раз! — рычит Кир. — И чтобы ты знала: именно ты была заменой. Очень никчемной заменой, потому что ты и ногтя Аси не стоишь.

— Следи за языком, Кир! — врывается в этот разговор еще и Дубов, взявшийся неизвестно откуда.

— Ах ты паскуда, явился все-таки! — отодвигая меня в сторонку, агрессивно двигается на друга Кирилл. — Думаешь, я не знаю зачем ты это сделал?

— Сделал что? — с вызовом спрашивает Фед, делая шаг навстречу, и я понимаю, что вот-вот вспыхнет драка. В стенах университета! Такого им точно не простят, черт!

— Парни, спокойно! — врываюсь в небольшое свободное пространство между ними. — Сейчас не время и не место.

— Уйди с дороги, Ася! — практически хором требуют эти два драчливых петуха.

— Мальчики, ну в самом деле, — неожиданно поддерживает меня Стужа. — Мы же в универе, что за поведение? Если хотите выяснить отношения, то идите на улицу.

— Что тут происходит? — вмешивается в этот балаган один из наших преподавателей и я готова возблагодарить небо за эту помощь.

— Ничего, — бросая на Кира острый взгляд, отворачивается Фед.

Он уходит и напряжение спадает, но Кир не намерен оставаться. Он идет вслед за Дубовым к выходу и мне не остается ничего другого, кроме как побежать следом, судорожно выискивая контакт одного из их друзей в телефоне, чтобы они помогли остановить это безобразие.

* * *

— Какого черта ты это сделал?! — толкая Феда в грудь, кричит Кир, когда я добегаю до них в аллее, ведущей к главному зданию.

— Я ни хрена не делал, тупой придурок! — рычит в ответ Дубов. — Головой надо было думать, прежде чем сосаться на глазах у всех.

— Я видел твой взгляд той ночью! Это твоих рук дело! — не успокаивается Кир.

Я быстро лезу вперед, упираясь руками в его грудь, пока он не вздумал в очередной раз подраться с другом.

— Кирилл, успокойся, пожалуйста! И ты Фед, тоже. Давайте просто поговорим спокойно и обсудим ситуацию! — умоляю их.

— Ты это ему скажи. Я-то, в отличие от твоего брата-трахаря, адекватный! — агрессивно заявляет Фед.

Я невольно морщусь от его грубости и едва успеваю повиснуть всем телом на Кире, потому что он дергается вперед.

— Отпусти меня, Ася, — тяжело дыша от ярости, требует Кир, пытаясь расцепить мои руки, мертвой хваткой обвившие его шею.

— Нет, ты должен успокоиться и не вестись на провокации!

— Что тут происходит? — с любопытством приближается к нам Жека, явно не спешивший, несмотря на мое сообщение, в котором ясно было указано, что прийти нужно срочно.

— Ну хоть ты помоги мне! — обращаюсь к нему, продолжая висеть на Кире, дыхание которого постепенно успокаивается.

— О, так вы решили, что раз скрываться нет больше смысла, то можно заняться этим прямо здесь? — издевается этот козел. — Кстати, видел твой каминг-аут, Кир. Это впечатляюще, такого мне точно не переплюнуть.

— Ты признался в том, что ты гей? — открываю рот я, вспоминая о его словах о выложенном посте ранее.

Мой мозг просто отказывается соображать в этой ситуации. Кир тоже выглядит удивленным, на секунду даже забывая о Феде.

— Что? Нет, конечно! Жека, ты дебил! Это не так называется!

— По-моему, это даже хуже, — пожимает плечами его сумасшедший друг. — Бро, она же твоя сестра.

— Она мне не сестра! Завали хлебало и катись отсюда! — выходит из себя Кир, резко вырываясь из моих удушающих объятий и отходя на шаг.

— Воу, спокуха! Я всего лишь хотел разрядить атмосферу, придурок! — обиженно говорит Жека. — Черт, Ася, идем отсюда. Пусть мальчики выпустят пар.

— Нет! — пугаюсь я, поворачиваясь к Феду, который выглядит довольно скучающим и совершенно спокойным. — Фед, ну пожалуйста…

— Я не собираюсь ни с кем драться, — вздыхает он, проходя мимо нас. — Кир, прочисти мозги. Твоя ревность уже достала, держи себя в штанишках, сынок.

— Я ведь узнаю, если это ты, — говорит Кирилл.

— Не я, — удаляясь от нас показывает фак Фед.

Почему-то, я ему верю и судя по тому, что Кир не бежит набивать ему морду, он тоже включил здравый рассудок.

— Эй, не смотрите на меня, я в ту ночь вас даже не заметил, а то точно сам сфоткал бы, — поднимает руки Жека. — Вы тут это… Остывайте, что ли, а я пойду.

Когда и он уходит, я в изнеможении дохожу до лавочки и плюхаюсь на нее. Боже, ну и денек! Я так переволновалась, что седина мне точно обеспечена. Смотрю на застывшего Кира и заметив мой взгляд, он отмирает и подойдя, садится рядом.

— Ты как? — спрашивает парень, обводя пальцем уголок моего глаза. — Глаза красные. Плакала?

— Нет, — качаю головой, прижимаясь щекой к его руке. — Мне было так стремно, Кир. Я и не представляла… Я не была готова к тому, что стану новой сенсацией…

Неожиданно, все скопившееся внутри напряжение вырывается слезами и я громко всхлипываю. Кир тут же обнимает меня, позволяя выплакаться на своей груди, на этот раз даже не пытаясь утешить и заставить перестать, а просто позволяя выплеснуть эмоции так, как я умею. До тех пор, пока я сама не успокаиваюсь и не отстраняюсь от него, вытирая мокрое лицо руками.

— Давай поедем домой, — прошу его. — Я не могу сейчас туда вернуться и снова терпеть шепотки за спиной.

— Пойдем, — соглашается он, помогая мне встать и обнимая за талию.

В последние пару недель столько всего произошло, что ничего удивительного в том, что я уже на грани нервного срыва. А уж сколько занятий я пропустила! Подумать страшно, но я реально не могу вернуться туда неподготовленной. А еще… Кажется, придется признаться папе раньше, чем я надеялась, потому что если он узнает о нас с Киром от кого-то другого, то это будет паршивее некуда. Моя жизнь меняется так стремительно, что это даже пугает. Я переезжаю, а еще, похоже, мы с Киром реально встречаемся и это гораздо серьезнее, чем если бы я начала отношения с любым другим парнем, потому что нас слишком многое связывает вместе и теперь это, вдобавок ко всему, стало еще и достоянием общественности.

— Мне страшно, Кирилл, — признаюсь в тишине его машины, пока он напряженно смотрит перед собой на дорогу.

— Я знаю, — неожиданно ласково шепчет он, переплетая наши пальцы. — Но все не так плохо, как тебе кажется, мелочь. Вот увидишь. Я все улажу.

— Меня больше беспокоит реакция папы.

— Дядя Петя нас поймет, — вздыхает Кир. — Но придется поговорить с ним сегодня же, пока кто-то не донес до него все раньше и в более извращенной форме.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Но чем больше тянем, тем больше я нервничаю. Давай прямо сейчас поедем к нему в офис.

— Ладно, — соглашается Кирилл, перестраиваясь, чтобы развернуться.

«Он поймет» — мысленно повторяю я себе вновь и вновь, но сердце все равно бешено колотится от страха перед реакцией папы.