Пятидесятая глава

— Лёнь? Ты поедешь с нами в Китай в июле-августе? Мы планировали со Славкой отпуск на три недели. Но я, честно говоря, не ожидала, что останусь без работы… — спросила я, укладывая голову на Лёнькино плечо и продолжая бормотать. — Хотя это к лучшему, я хочу реально загулять на полное лето. Ремонт, отпуск. Куча удовольствий, и всё мне!

Мы сидели, уютно обнявшись, на балконе и смотрели, как вечер мягко спускается на город. Как зажигаются огни и сумеречное небо становится сиреневым, отражая от облаков городскую подсветку.

— Конечно, поеду! Не сомневайся. И спасибо, что предложила, — ответил Лёня, прижимая меня крепче.

Так сложилось за последнее время, укореняясь в традицию, что мы по вечерам старались рассказывать друг другу, как прошёл день. Делились друг с другом своими мыслями. Славка с нами радостно участвовал. Просто сейчас у него онлайн-урок с Костиковым племянником-архитектором. А мы сбежали, чтобы не мешать.

— Я хочу совместить отдых на море и Китай с языковой практикой для Славки.

— потёрлась я макушкой о родное плечо. — А в Китай мне одной с ним стрёмно было ехать, вот я и тянула. Совсем другая планета, я плохо знаю английский, немецкий там не знает никто, а китайский понимает с пятого на десятое девятилетний мальчик. Классическая жертва мошенников. Поэтому поехали с нами! Плохо ещё понимаю формат поездки. Гостиница это будет или ознакомительный тур?

— Женя! Давай поженимся и поедем как супруги. Снимем апартаменты в Байдахэ и не будем мыкаться по гостиницам? У меня есть знакомые, можно устроить отличный семейный отдых, — спросил меня Лёнька легкомысленным тоном, но я почувствовала, как его тело напряглось. Да и голос звучал чересчур напряжённо для простого вопроса.

— Я ужасно не хочу свадьбы, — сказала и почувствовала, как закаменел Лёнечка под моим боком.

Блин! Звучит как отказ!

— Нет, ты не понял! Я не хочу самого праздника… Свадьбы со всей этой суетой, машинами, кольцами, платьями… ресторанами, идиотом-тамадой и вот этого всего. Я вдова, Лёня. И года не прошло со смерти моего мужа. Неприлично, неловко и как-то… не по-человечески это. Перт Васильевич спас меня и Славку тоже. И мне стоит проявить уважение. Плохо понимаю, как всё это назвать, но я чувствую, что не хочу свадьбы.

Пока говорила, Леонид расслабился и пошевелившись, пересадил меня к себе на колени и виртуозным движением достал коробочку из кармана.

Он её что, с собой всё время носит?

— Женя, Женечка, я давно люблю тебя. Не представляю, как я смогу жить без тебя. Не вижу для себя иной судьбы. Родная, будь моей женой! Прошу! Мы всё сможем вместе решить, и обо всём договориться, — говорил он мне и предлагал на раскрытой ладони колечко.

Обманчиво простое.

Я смотрела на него и вспоминала, как давным–давно, сто лет назад, мы как-то с Лёнькой заглянули в антикварный магазин. И я, указав на это колечко, сказала тогда, что кажется, будто носившая его женщина была счастлива и любима.

Лёня рвано вдохнул, начиная движение рукой назад, а я протянула руку и взяла колечко с его ладони.

Пока я здесь воспоминания перебираю, Лёнечка, кажется, и не дышал вовсе.

— Я люблю тебя и буду беречь всю свою жизнь! Спасибо! — он целовал меня как своё самое главное хрупкое сокровище, мой жених.

— А вы что здесь делаете? — вышел на балкон Ярослав с планшетом и уставился на нас подозрительно.

Мы переглянулись и засмеялись в унисон.

— Я замуж выхожу! — сообщила я сыну, аккуратно сползая с колен и устраиваясь рядом с Лёнькой.

— Наконец-то! — отреагировал Ярослав, введя меня в замешательство, и добил, — надеюсь, что не за Константина Игоревича.

Лёнька хрюкнул мне в волосы и спросил его:

— Ты не против?

— Нет, конечно. Ты нравился моему отцу, и мы с тобой друзья. Почему мне противится? — дёрнул плечом Ярослав и сел рядом с нами на диванчик.

— Вы с Петром Васильевичем обсуждали… — я замялась, не зная, как обозначить покорректнее вопрос.

— Конечно! Мы говорили обо всём, и о друзьях нашей семьи тоже, — ответил Ярослав, пока я подбирала слова.

— Ты в курсе, что я без работы остаюсь? И раз так получилось, то пока ты в лагере, мы здесь в квартире ремонт затеем. У тебя есть пожелания? — перевела я тему, стараясь не заплакать.

Какая всё-таки великая удача, что на моём пути встретился Пётр Валерьевич!

— О! Мам, дядь Лёнь! Я сейчас покажу! Я спроектировал свою комнату! — Славка подскочил и вылетел зачем-то с балкона.

Лёнька, поцеловал меня в висок и прижал к себе крепче, другой рукой вытирая слёзы на моих щеках. Да что же такое-то! Плакса, ей-ей! Я потянулась за его ласковой тёплой ладонью, но не успела завершить движение, как вернулся сын.

Протянул нам папку с распечатанными рисунками. И знаете, что я скажу? Мой сын талантлив во всём!

— Мне очень нравится! Очень хорошо! Ты молодец! — восхитилась я.

— Мне помогали. Я не один. Но я учусь! — признался сын.

— А насчёт Китая ты думал, куда поедем? Время поджимает и нужно торопиться с выбором. Лёня предлагает Байдахэ, а мне, когда смотрела рекламные проспекты, понравился остров Хайнань. Тебе по языку куда лучше? Там ведь уйма диалектов!

— Мам, летом на Хайнане очень жарко и сезон дождей, — тоном всезнайки сказал Славка.

— Да? Ничего себе!

— Конечно, это же тропики, как Вьетнам, — улыбался, судя по голосу, Лёня.

— Байдахэ рядом с Пекином и, скорее всего, там пекинский диалект. А дядь Лёнь с нами поедет? Вау! Это супер! Мы облазим там всё! — загорелся Ярослав, вызывая во мне сложные эмоции.

Но в целом я счастлива.

Счастлива!