Глава 12

Паша

Я, конечно, знал, что феи стаями не летают, и если попалась одна, то нужно хватать… но к количеству ловцов готов не был.

Особенно к одному плешивому козлу, который тянул к моей фее свои корявые грабли и нес какую-то чушь про «свободную женщину», «помощь» и «удовольствие».

От шока меня даже слегка закоротило.

Чуть в сугроб Ромео не свалил, когда услышал этот бред. Даже пальцы размял, чтобы вломить. Но стоило заметить опущенные плечи феечки… то, как нервно она мнет ремешок своей сумочки…

Вмиг словно сам под дых получил. Желание испортить фейс идиота, сменилось другим — с отягощающими обстоятельствами и надгробием в финале.

Еле сдержался, чтобы не приступить прямо сейчас к исполнению приговора. Несколько секунд стоял фонарным столбом возле кустов. Дыхалку разрабатывал.

А потом шагнул вперед, притянул феечку к своей груди. Крутанул лицом к лицу, чтобы точно видела, к кому в лапы попалась. Чтобы никаких других мужиков в мыслях не осталось! И чуть не сдох от вкуса соленых губ.

Деликатес инопланетный!

Краш-тест для моей потенции!

Мозг взорвало в клочья от того, как вкусно было и злости, что кто-то другой мог лакомиться этой соленой карамелькой.

Кулаки зудели, как от какой-то адской чесотки.

В общем, конец настал плешивому чуваку. Но, будто сразу просек, каким керосином запахло, он при моем появлении резко сник и даже пельменницу свою заварил.

Стоял, как памятник Ленину, с вытянутой рукой. Молча лупил зеньки. И не отсвечивал, пока я вылизывал мою сладкую девочку. Губы. Щеки. Снова губы. Тискал попку сквозь новое пальто. Кайфовал от всех изгибов. И заталкивал язык так далеко, как в Гамбурге так и не затолкал свой член.

Хорошо было. Словно домой вернулся! Аж от сердца отлегло.

Как смог оторваться от нежных губ, ума не приложу. Перед глазами пелена стояла. В штанах тоже… по стойке «смирно».

К счастью, у Жени хватило мозгов не артачиться. Пока мы не устроили эротическое шоу под окнами школы, я таки затянул ее в свою машину. А там, на заднем сиденье подмял свою упрямую козочку под себя и поцеловал уже нормально.

С чувством! До тонкого всхлипа. Жалобного. Грудного.

С толком! До холодных пальцев на моей шее и ногтей впивающихся в кожу.

С расстановкой! До размякшей, полностью капитулировавшей женщины. И острых сосков, которые упирались мне в ладони, будто встречающая делегация.

— Точно фея!

Чтобы хоть немного сбавить обороты, я переложил ледяную женскую руку с моего загривка на пах. В теории должно было помочь. Во всяком случае, с пакетом льда прокатывало. Но ловкие пальчики, уже наученные делать, как я люблю, мгновенно сквозь ткань сжали ствол. Заложника взяли.

— Бояринов, ты как черт из табакерки!

Женя сдула с лица прядь волос, но драться не стала. Как на призрака уставилась на меня широко раскрытыми глазами. И нервно сглотнула.

— Тебя не устраивает моя табакерка?

Наверное, нужно было сказать что-то умное. Узнать про плешивого. Спросить, почему не отвечала на звонки. Но язык не поворачивался. Взгляд оторвать от своей феечки не мог.

Вроде неделя всего прошла после возвращения в Москву. А словно другую женщину в объятиях сжимал. Тонкую совсем, с синевой под глазами. Одни губы на лице остались… да и те покраснели только после второго поцелуя.

— Я вообще-то про твое появление, — Женя заморгала, будто пыталась прогнать какое-то видение.

— Ну, извини, что не дал этому козлу залезть к тебе в трусы.

— Значит… ты все слышал?

— Я иногда, конечно, глохну. Особенно, когда ты во время оргазма кричишь на ухо. Но в обычном состоянии слух нормальный. Не жалуюсь.

— Лучше бы ты жаловался…

Щеки моей девочки залил румянец. Рябой, похожий на гроздья рябины. Совсем не такой, как в борделе или во время нашего первого раза в душевой кабинке. Болезненный какой-то.

— Мне догнать его и шею свернуть?

Я уже и не помнил, когда из-за женщины реально готов был отправить кого-то на тот свет. В молодости случалось. Но тогда я много дичи творил. Обстоятельства в те годы способствовали. Сейчас и мысли дурной не появлялось. Не цеплял никто. Пофиг было.

— Тогда я прямо сегодня останусь без работы…

Ладонь на моем члене разжалась, а зеленые глаза, не моргая, уставились в сторону.

— Это директор школы, что ли?

Я тоже посмотрел в сторону, но не тупо в обивку, а в окно. Туда, где недавно стоял чувак с козлиной бородой. Безголовый кастрат… в скором будущем.

— Паш, у тебя талант появляться не в то время, не в том месте.

Женя подо мной зашевелилась. Требовательно толкнула в грудь, словно я ей как-то мешал. Рыкнула что-то там себе под нос.

Совсем как в нашу первую и вторую встречу. Я уже и забывать их начал. Сексуальный марафон в Гамбурге здорово подрихтовал память. А тут опять незнакомка-динамщица на горизонте появилась.

— А может наоборот, вовремя?

Не хотелось выпускать ее из-под себя. Хорошо ей там было — знал, чувствовал. Но лечить женский мозг древним дедовским способом под окнами школы, наверное, все же было слишком.

— Твоя самоуверенность, смотрю, совсем не лечится.

Женя таки протиснулась в сторону. Запахнула пальто. Поправила шарф, который во время нашей разминки съехал ей на плечи.

Бегунья за секунду до старта.

Если бы первый раз был с ней наедине, точно упустил бы. Непредсказуемая ж совсем! Но «опыт — сын ошибок трудных» нынче оказался на моей стороне.

— Спокойно, хорошая моя — Я резко перегнулся через сиденье и нажал на кнопку блокировки дверей. — Отбегалась.

— Паша… Нет!

У моей боевой девочки от решительности даже воротник пальто привстал.

— Трахать не буду. Во всяком случае, сегодня. — Решение было непростым, но принял я его быстро. Ситуация вынуждала.

— Выпусти меня…

Женя, как рыбка о стенку аквариума, боком ударилась о дверь.

— У тебя есть свободное время?

Изначальный план увезти мое сокровище домой и отвести душу улетел псу под хвост. Импровизировать пришлось на ходу.

— Паша… Мне домой нужно… — протянула фея жалобно.

— Один час есть?

Я для наглядности показал указательный палец. Один.

— Час…

Мое солнце пожевало губу. Нахмурило свои красивые брови. Но потом все же нерешительно кивнуло и едва слышно произнесло:

— Да.

* * *

Где-то в моих расчетах с феечкой был косяк. Вернее даже не косяк, а здоровенный такой проеб размером с женщину.

После нашего расставания я был уверен, что Женя позвонит или ответит на звонок. Не сливаются женщины после того, как срывали голосовые связки в кровати! Не зафиксировано таких феноменов в истории!

Но моя фея, мало того, что молчала сама, так еще бойкотировала все попытки с ней связаться.

Сообщения до нее не доходили, гудки срывались после первого. А с моим временным завалом на работе найти Женю и лично дать по жопке я не мог.

Если бы не показания подружки-сводницы Кравцовой, те, самые первые, можно было подумать, что у феечки есть свой собственный фей. С рогами, как у оленя, и с вакуумом в голове.

Но о таком Кравцова врать не могла. Только совершенно безмозглая, рискуя мужем, стала бы вешать лапшу на уши про «свободную» и «одинокую». А учитывая, как виртуозно эта ушлая дамочка нашла ко мне отмычку, с уровнем интеллекта там было все в полном порядке.

Посему выходило, что оленя между мной и феей не существовало. Не уследил что-то важное я сам. Затрахался. В буквальном и самом приятном смысле этого слова.

Лучше всего эту загадку могли бы решить знакомые из прокуратуры. Одна просьба, следом фото страницы с реквизитами из договора на услуги переводчика. И через день-два у меня на почте были бы все данные по феечке.

Без усилий и затрат!

Но существовало одно «но» — тот самый опыт, жизненный.

Фея смогла простить поход в бордель. Она ни разу не попрекнула меня испорченным пальто и сапогами. Но за расследование — я бы огреб.

Железобетонно!

Наперекор любой логике!

До такого «нет», которое потом нереально было бы загладить подарками или вытрахать в кровати.

Бронебойная вера в святость женских тайн, будто каждая баба — это агент спецслужб, за рассекречивание которого расстрел на месте без суда и следствия.

Можно, конечно, было прикинуться валенком и не козырять своими знаниями. В крайнем случае — изобразить сильно умного хрена с задатками экстрасенса. Очень модно и свежо!

Наверное, с любой другой женщиной я бы так и сделал. Но с феей теми самыми экстрасенсорными… или, проще говоря, задницей чуял, что нельзя.

Гиблый способ!

Если что-то и узнавать, то глаза в глаза. Без разведки, с чистыми помыслами и без задней мысли. Как в детском саду. Только с правом тянуть в кровать при первой же возможности.

В общем, на это я и рассчитывал, когда приперся под дверь школы.

План был прост до безобразия и эффективен как гильотина при головной боли: «Удивить, затолкать в машину и увезти разбираться со всем в коленно-локтевой».

О том, как там разговорить мою феечку, я уже знал. Распробовал!

Но плешивый маньяк спутал все карты. Желание убивать не лечилось никакими поцелуями, а несчастный вид моей исхудавшей девочки так и кричал, что не секс ей сейчас нужен… совсем не секс.

— Я, конечно, знала, что ты извращенец, но обжиматься с тобой в ресторане не буду.

Стоило мне вытянуть свою упрямую козочку из машины и подвести к тяжелой деревянной двери с красивой табличкой, она встала, как вкопанная.

— Ход твоих мыслей мне нравится, но трахать тебя я предпочитаю на кровати и без свидетелей.

Пришлось немного подтолкнуть свое сокровище ко входу. И чтобы не сбежала, сразу же за порогом забрать пальто.

— Бояринов, ты у меня час просил, потому что тебе покушать не с кем? — Женя включила училку на полную мощность и гордо вскинула подбородок.

— Представляешь, какая засада?! Полгорода женщин, а как ужинать — так одному. Несчастный!

Я все же не сдержался и поцеловал свое солнце в лоб.

— Тогда у меня для тебя плохая новость. — Женя осмотрелась. Взгляд зеленых глаз ненадолго остановился на ближайшей к нам гостье. Та была обвешана бриллиантами, как новогодняя елка игрушками.

— И?

— С компанией ты ошибся. Я не готова. — Феечка обхватила себя руками. — У меня сегодня была немного другая развлекательная программа. Без платьев, туфель и прочего.

— А это важно?

Мне снова захотелось ее поцеловать. Только не в лоб, а в губы. Зацеловать до отключки. Чтобы выкинула из своей хорошенькой головы все комплексы и вернулась ко мне прежней. Той смелой красоткой, с которой я в тапках ходил по немецким магазинам и шокировал местных фрау.

— Наверное… да. — Женя опустила взгляд.

— Ответ неправильный.

Чтобы и правда не наброситься на это смущенное чудо, я позволил администратору провести нас за столик. Сам усадил феечку. Как коршун. А когда она вздрогнула от случайного прикосновения, наклонился к уху и прошептал.

— Открою тебе страшную мужскую тайну. Не важно, как женщина одета, сколько времени она потратила на боевую раскраску и сколько побрякушек на себя нацепила. Все мужчины видят своих дам голыми. Всегда! Каждую минуту! Как рентген-аппарат, не замечая ничего сверху.

— Паша… Не все такие испорченные, как ты.

Женя закусила губу, пряча улыбку.

— Все! Но те, кто изображает, что они не такие, либо лживые, либо гандоны, либо лживые гандоны. — С чувством выполненного долга я сел на свое место и взял в руки меню.

— Значит, я перед тобой сейчас тоже…

Фея не покраснела, не побледнела. Цвет ее лица остался прежним, но глаза вспыхнули. Впервые за время нашей сегодняшней встречи.

Многообещающе так, жарко, что я чуть не перечеркнул собственный план и не потянул Женю на последний этаж. Туда, где была моя квартира.

— Я же говорил. Всегда. Голенькая и сладкая. — Подмигнул ей. — Но за час я не успею сделать с тобой все, чего хочу. Так что сегодня вместо секса еда.

— И мы просто будем есть?

Кое-кто, похоже, уже знал меня слишком хорошо.

— Мы будем очень вкусно есть. С удовольствием! — Последнее слово я умышленно выделил. — А еще, одна красивая умная женщина расскажет, почему так старательно меня избегала. И пообещает больше так не делать.