Глава 12

Мой гость опаздывал, и в стремлении себя развлечь я исподтишка наблюдала за соседним столиком, на всякий случай прячась за раскрытым меню.

Конечно же, никто их сидящих там меня не узнал.

То есть не узнали Джули.

Мистер Джордан вообще моё появление пропустил, будучи занятым беседой с соседом, а остальные изучали меню, иногда перекидываясь редкими фразами.

Странные ощущения, кстати. Возможно, именно так чувствуют себя шпионы. Шестеро мужчин, которых я знаю в лицо и по имени, ничего не знают обо мне. Превосходство? Если и да, то мелочное.

На память свою я никогда не жаловалась, но, опять же, удивительно наблюдать за живыми людьми, которых до этого видел только на фото. Как будто встретился с ведущим составом сериала, снятого для кабельного. Не звёзды первой величины, но лица знакомы. Хотя мистер Джордан вполне себя тянет на исполнителя главной роли.

Одетый в белую рубашку, закатанную до локтей, он выглядел неожиданно расслабленным в компании строго одетых коллег. Может, это дресс-код такой — всегда ходить в костюме, потому что на дружеский обед это мероприятие походило мало. Деловой — да. Хотя есть гамбургер в костюме тройке — то ещё удовольствие.

С другой стороны, чья бы корова, как говорится. Мне тоже пришлось вырядиться во вновь приобретённые деловые шмотки. Не приходить же на переговоры в джинсах и футболке, в которых я прилетела из Бостона.

Ещё один плюсик в графу полезностей вчерашнего приступа транжирства.

Все пьют воду, между прочим. Будто после обеда всех шестерых ожидает раунд тяжёлых переговоров, и требуется сохранить трезвую голову. Что там было в сегодняшнем расписании мистера Джордана?

Вспомнить об этом мне помешал раздавшийся над ухом приятный баритон с сильным французским акцентом.

— Мадмуазель Ходжéс?

Подняв голову, я улыбнулась высокому шатену в демократичном белом свитере.

— Профессóр Аркур? Рада вас видеть.

Всё это я сказала я на чистейшем французском, с французской же жеманностью подняв правую руку для приветствия.

Конечно же, я видела его фото в интернете. Даже посмотрела парочку выступлений на ютьюбе. Ги Аркуру было сорок два, но на свой возраст он не выглядел, и, вообще, не был типичным профессором, эдаким сухарём в пиджаке с заплатками на локтях. Своей манерой разговора с публикой он напоминал современных топ-менеджеров из сферы информационных технологий, любящих выступать со сцены в том, в чем обычно люди выносят из дома мусор.

Из личного файла я узнала, что профессор давно и счастливо женат, имеет двоих сыновей, чудесный замок в Бретани, фотографии которого регулярно выкладывает в своём Инстаграме. Но это всё равно не помешало мне получить удовольствие от лёгкого поцелуя, который оставил на моей руке галантный француз.

Всё ещё не выпуская её, профессор выпрямился и уставился на меня изумлённым взглядом красивых зелёных глаз.

— Вы говорите по-французски?

— Как видите.

Я наслаждалась произведённым эффектом.

Как известно, французы известные снобы. Вечное соперничество франков и англосаксов, историческое по сути, но карикатурное на деле, привело к тому, что в любой стране мира первые готовы считать чуть ли не родственниками всех, кто говорит на их языке. Во Франции я даже не пытаюсь заговаривать на английском. Даже если меня поймут, виду не подадут точно. Именно моё знание французского должно было поставить окончательную точку в деле подписания договора с Профессором Флэшем.

Обсуждение деловых вопросов заняло у нас всего пять минут. Как оказалось, господин Аркур пришёл полностью подготовленный — со своей подписанной копией договора, пачкой документов и флешками с копией его расчётов, которые он не желал пересылать электронной почтой.

Не самая странная странность у гения.

Следующие полчаса я наслаждалась изысканным обедом и разговором с весьма интересным собеседником. Конечно же, говорили мы на французском, и, разумеется, мне пришлось рассказать и о бабушке, о её корнях и о том, что я приглядываю домик во Франции, чтобы приезжать туда в отпуск, которого у меня не было лет уж так пять.

Мы много говорили, много смеялись, время текло незаметно, и я совершенно забыла о не совсем обычных обстоятельствах своей поездки в Техас, и о том, что одно из обстоятельств находится от меня всего в нескольких футах. Если идти пьяной походкой. разумеется.

Лежащий в кармане пиджака рабочий телефон Джули пиликнул входящим сообщением.

«Подготовьте к завтрашнему утру расходную смету по первой очереди».

«Что, простите?»

Переключиться сразу не получилось.

Какая смета? Какая очередь?

Совершенно ничего не соображая, я перевела растерянный взгляд на соседний столик.

Никаких серьёзных переговоров для делегации «Вестерн Констракшен».

Пиджаки сняты, рукава закатаны. На столе большие тарелки техасских стейков и пивные бокалы. Дружно работают вилки и ножи. Громкие разговоры и смех.

Мужчины за работой.

Кроме одного.

Который хмуро рассматривал экран своего телефона.

Проследив за моим взглядом, Ги, как велел себя звать профессор, улыбнулся.

— Пожалуй, я просчитался, заказав маринованную курицу. Эти ребята полны вдохновения, уничтожая своё мясо. Но есть его в такую жару — такое только вам американцам под силу.

— Что есть, то есть, — промямлила я, лихорадочно соображая, что сейчас сделала, и как исправить ситуацию.

Люди по-разному ведут себя, попадая впросак. Теряются, проявляют агрессию, расстраиваются.

У меня реакция совершенно иная: я начинаю шутить.

— Простите, Ги. Вопрос, не требующий отлагательств. — Я постучала по телефону, откладывая в сторону свою салфетку и поднимаясь из-за стола.

Но профессор меня остановил.

— Сидите, сидите, дорогая. Я как раз хотел попросить у вас разрешения ненадолго отлучиться.

Нет, ну что за душка! Даже в туалет отпрашивается, как истинный джентльмен.

Туалетные комнаты располагались в противоположном конце зала, и, чтобы попасть туда, необходимо было пройти мимо столика мистера Джордана. Проследив взглядом за Ги, я с удивлением заметила, что несколько моих «коллег» с интересом поглядывают в мою сторону.

О-о! А вот это лишнее.

Как можно непринуждённее я облокотилась на левую руку и выпустила из-за уха прядь волос, которая — я знаю! — может скрыть большую половину лица. Особенно, если при этом низко склониться над столом. Приёмчик времён студенчества, когда отчаянно хотелось поболтать с подругой на скучной лекции.

Именно в таком положении я нависла над телефоном и напечатала вдогонку первому сообщению:

«Джордж Карлин однажды назвал имя дьявола. Это Альцгеймер. Кажется, я только что с ним познакомилась».

Нажав «отправить», из-за завесы волос я следила за сидящим напротив мистером Джорданом и мысленно пропела осанну, когда при следующем взгляде на телефон его губ коснулась лёгкая улыбка.

Он тут же начал печатать, и я еле усидела на стуле в ожидании ответа.

«Надеюсь, знакомство шапочное, и вы сможете выполнить мою просьбу».

- … одна француженка. Горячая штучка. Мне не перепало, но мой друг был в восторге от её горловых звуков. Если вы понимаете, о чём я.

— У первой жены моего брата французские корни. Худшей стервы свет не видывал, но трахалась всякий раз, будто последний. Тим еле живым ушёл.

Громкий взрыв смеха заставил меня дёрнуться, и я сменила позу, тем самым, открывая себя любопытным взглядам.

На меня никто не смотрел. Сильный пол занялся своим любимым делом — обсуждением слабого.

То, что мужчины ещё большие сплетники, чем женщины — общеизвестный факт. Но, неужели мистер Джордан поощряет такие разговоры среди подчинённых? Или же я что-то не так поняла об отношениях в этой компании.

— Рон, твой брат известный мудила. Подскажи, который раз он женат?

— Четвёртый.

— И всё ещё думает, что дело в женщинах, которых он выбирает?

— Да я ж разве спорю? — засмеявшись, развёл рукам Рон.

Рон — это Рональд Труман, главный инженер хьюстоновского проекта. А о его брате нелестно высказался Шон Кросби — правая рука Уилла и его первый зам.

Мик Прескотт, Даррен Блум, Кевин Грассли. Перебивая друг друга, они выстреливали историями из своей жизни, одна скабрезнее другой. Обо мне они, слава богу, забыли, и я лениво листала телефон, лишь изредка прислушиваясь к обрывкам разговора. Но и этого хватило, чтобы кончики моих ушей запылали.

Взрывам хохота за соседним столом не было конца. Мне импонировало, что Уильям в этом веселье участия не принимал — его мягкого баритона я не услышала ни разу.

Однако, моему гостю уже пора было бы вернуться.

К сожалению, это заметила не только я.

— … бросил её, что ли? Может, подберём?

— Ты полгода назад женился. Имей совесть, Мик!

— Так я ж не замуж её зову. Всё честно.

— Крисси яйца тебе оторвёт, если узнает.

— А ты собираешься ей рассказать? Что случается в Хьюстоне, остаётся в Хьюстоне. Правильно, Уилл?

Я замерла.

Ну же, Уилл! Не разочаруй меня.

— Заткнулись бы вы, парни. Ваше счастье, что эта крошка не знает английского. В противном случае нам всем несдобровать.

— Твоя правда, брат, — хохотнул Пол.

Все дружно его поддержали.

Я же про себя ухмыльнулась. Значит, вы тут все друзья? Что ж, интересно, знает ли об этом Джули? Если нет, знание это будет полезным: всегда хорошо правильно понимать расстановку сил. В её случае, она окружена глазами и ушами Уилла Джордана, и, проработай сестра больше времени, наша затея вряд ли удалась.

— И всё же жаль, что ты не пригласил на обед свою новую ассистенточку, — неожиданно выдал сидящий рядом с Уиллом Даррен Блум. — Вы же видели её, парни? Огонь деваха.

Все одобрительно загудели. А я стиснула зубы и вперила свой взгляд в Даррена.

Красивый, породистый, похожий на молодого Уоррена Битти. И, похоже, не меньший бабник.

Ну, давай, скажи ещё чего-нибудь эдакое о моей сестре, и я наплюю на маскировку и вобью эти слова тебе в глотку.

— На последнем совещании я пропустил всё, что говорил Андерсон, потому что не мог отвести от неё взгляд. А когда вчера она встретила нас в аэропорту, я решил, что попал в рай. Как её зовут? Джулия?

— Джули, — на автомате поправил Уилл. По лицу было видно, что разговор этот ему не нравится.

— Свежа, как майская роза, — поддержал Мик. — Зачем тебе этот ангел, Уилл? Впрочем, можешь не отвечать. Тут и без слов всё ясно.

Мужчины загоготали, а я едва усидела на месте.

Это уже не просто подзуживание, а чёрт знает что! Самодовольные ублюдки! К чёрту всё, я запрещаю Джули работать у этих козлов!

— Если бы ты думал не только тем, что у тебя в штанах…

Окончания фразы я не услышала, потому что именно в этот момент вернулся Ги. А я уже успела о нём забыть.

Сев за стол, профессор долго извинялся, объясняя свою задержку важным телефонным звонком. Теперь я слушала его вполуха, сосредоточившись на том, о чём говорят за столиком справа. Разговор всё ещё вертелся вокруг моей сестры. Вернее, теперь в ход пошли воспоминания о страстных перепихах в обеденный перерыв со сговорчивыми секретаршами и приключениях в зарубежных командировках.

Я никогда не была ханжой, всегда принимала людей такими, какие они есть. Служебные романы случаются. Романы между преподавателями и студентами случаются. Принцесса выходит замуж за своего телохранителя. Принц женится на звезде сериалов. Всё случается в этом мире.

Но пусть это «случается» происходит подальше от моей сестры.

Дзынь!

С силой шарахнув по столу бокалом, я задела стоящую рядом тарелку.

Вино выплеснулось, обдавая мелкими красными брызгами Ги.

— Oh, mon Dieu! — воскликнул профессор, отклоняясь от стола в безуспешной попытке спасти свой шикарный белый свитер

— Твою ж мать! — Вскочив на ноги, я кинулась через стол с салфеткой.

В этот момент меня не заботило, что последнюю фразу я сказала на чистейшем английском, и что за моей спиной разлилась подозрительная тишина.

Два официанта бросились к нам на помощь, однако Ги повёл себя очень мило, корректно отказавшись от их помощи.

— О, боже, профессор, мне так жаль, — бормотала я, усаживаясь на своё место и снова переходя на французский. — Пожалуйста, пришлите мне счёт за химчистку.

— Цветы, конфеты, даже деньги — неоднократно. Но вот счёт из прачечной своим дамам я никогда не посылал. Не хотелось бы заиметь подобную привычку. Прошу извинения, милая Джесс, но мне снова следует отлучиться.

— С вашего разрешения я попрошу счёт.

— Разумеется. Но плачу я.

— Но это же я вас пригласила!

— Дорогая мадмуазель Ходжес, не портьте впечатление о таком приятном обеде, — улыбнулся Ги, и мне ничего не оставалось, как послать ему ответную улыбку.

Я снова проследила за ним взглядом и теперь уже со спокойным сердцем встретилась с шестью парами смотрящих на меня глаз.

— Какие-то проблемы?

Мой взгляд переходил с одного на другого, пока не остановился на Уилле.

Прищурившись, он долго изучал меня, пока, наконец, Даррен не отвесил ему дружественного тычка в бок.

— Никаких проблем, мисс.

Я кивнула, ещё раз обведя взглядом всю шестёрку. Надеюсь, они увидели в нём предупреждение, что… Короче, чего бы там ни было. Большой Брат следит за вами, засранцы. И планы ваши ему известны.

Уже на выходе меня догнало сообщение от Уилла.

«Документы мне понадобятся сегодня.

P.S. Вы не близнецы».