Глава 20

Адель

Через два дня меня выпишут, а я не хочу. Потому что понимаю, что мне предстоит сделать дальше, и я оттягиваю момент в своём сознании, как могу. Дашка, наверное, сильно расстроится, но, надеюсь, поймёт. Особенно, когда узнает причину.

За окном сгущаются сумерки, но ещё нет и шести. Всё из-за туч, что набегают на город густым тяжёлым полотном, предвещая грозу. Я закрываю окно и тоскливо наблюдаю, как низко прогибаются деревья от сильных порывов ветра. Самые слабые — почти до земли, а те, что большие и крепкие — лишь слегка склоняют кроны. Так ведь и у обычных людей. Те, кто сильнее, — прочно стоят на ногах, а слабые прогибаются и всё терпят. Только я не прогнусь. Ни под Марка, ни под его жену. Пусть не надеются.

Едва крупные капли срываются с неба, звонко тарабаня по оконным отливам, в дверь стучат. Я отстраняюсь от подоконника, поправляя халат, и вижу, как в мою скромную обитель заглядывает темноволосый мужчина в белом халате. Интересненько, это новый дежурный врач? В первый раз его вижу.

— К вам можно? — улыбается он мне, и эта улыбка мне кажется знакомой.

У Марка такая же — сексуальная и соблазнительная. Только он никогда не приезжает ко мне в больницу в такое время. Обычно в это время он ещё на работе или на каких-нибудь деловых встречах.

— Проходите, — приглашаю неуверенно, внимательно осматривая своего гостя.

Мысль, что это может быть врач, рассеивается как дымок на ветру, ведь иначе он не стал бы спрашивать разрешения войти. С другой стороны, кого попало ко мне не пускают. Марк малость перестарался с обеспечением моей безопасности. Даже Дашка в первый день посещений прорвалась ко мне с боем.

— Мы с вами лично не знакомы, Адель, — говорит мужчина, заметив моё замешательство. — Но я много о вас слышал.

— От кого? — уточняю всё так же настороженно.

Брюнет улыбается и протягивает мне руку:

— Меня зовут Глеб. Я брат Марка Градского.

Замираю на несколько долгих секунд, но всё же пожимаю его большую ладонь, стараясь скрыть охватившее меня замешательство. В ответ ничего не произношу. Банальное и вежливое: «Очень приятно» — под большим сомнением. Ведь я не знаю, в какой целью этот человек тут находится. Может сейчас прополощет меня похлеще Алисы Градской и с довольной улыбкой уйдёт восвояси.

— Я хочу сразу прояснить — ваши отношения с моим братом меня не касаются, — начинает Глеб после короткой паузы, словно читает мои мысли. — Меня больше интересует вопрос, что вы намерены делать дальше?

— Я вас не понимаю.

Что этот мужчина хочет от меня услышать? Подробный план моей дальнейшей жизни? Буду рожать, растить ребёнка, работать и просто жить.

— Я вам объясню. Мой брат, как вы знаете, — не простой человек. А ваш будущий ребёнок — его наследник и мой племянник. Он ведь признает ребёнка?

— Почему бы вам не уточнить всё это у Марка?

— Увы, мы не общаемся. Совсем.

— Эм… — не знаю, что и сказать. — Очень жаль.

— Насколько хорошо вы знаете моего брата, Адель?

Молчу. Я его вообще не знаю. Потому что о себе Марк предпочитал не рассказывать, он предпочитал проводить время несколько иначе, а о причинах такого поведения я узнала лишь недавно.

— Я задал вам этот вопрос не из чистого любопытства, Адель. Вы должны понимать реальное положение вещей. Марк не тот человек, что станет делить своего ребёнка с каким-то другим мужчиной. И если вы сейчас думаете, что рожаете ребёнка для себя, то заблуждайтесь. Вы рожаете наследника для Марка Градского. Понимаете, к чему я клоню?

У меня перехватывает дыхание.

— Наследников ему будет рожать жена, — выдавливаю сухо.

Глеб как-то странно ухмыляется, и качает головой:

— Сомневаюсь.

— К чему весь этот разговор?

— Как я уже сказал, в моих интересах понять ваши дальнейшие действия. Чего вы хотите, Адель? Уйти от моего брата или же стать его второй семьёй?

Я сглатываю, медля с ответом, но всё-таки произношу:

— Уйти.

— Это будет весьма непросто.

— Вы меня отговариваете?

— Предупреждаю. Я могу вам помочь.

— Спасибо, но я уверена, что справлюсь сама.

— Как знаете, — вздыхает Глеб, достаёт из внутреннего кармана пиджака визитку и протягивает мне. — Если вам понадобиться какая-либо помощь, звоните.

Сжимаю карточку пальцами. Не уверена, что этот человек хочет мне помочь просто по доброте душевной. Все эти люди действуют только в своих интересах. И я не хочу знать, какие цели его мотивируют.

— Буду иметь в виду.

— Тогда не буду вас больше утомлять, Адель, — улыбается он напоследок и собирается уйти.

— Постойте, — окликаю, когда Глеб уже доходит до двери. — Есть одна просьба.

— Внимательно слушаю, — он чуть склоняет голову набок и прищуривается.

— Моя сестра работает в компании Марка. Миронова Дарья. Скорее всего, ей придётся уволиться, когда я уеду. Или же её уволят, не знаю. Если вы поможете ей устроиться в хорошее место, я буду очень вам благодарна.

— Кем она работает?

— Юристом по договорной работе.

— Хорошо, Адель. Я вас услышал, — кивает задумчиво. — До свидания.

Как только за ним закрывается дверь, я медленно оседаю на кровать, и думаю, как бы повёл себя этот мужчина, если бы я ответила ему, что готова стать для Марка второй семьёй?

***

— Тебя навещал мой брат? — спрашивает Марк этим же вечером, едва появляется в палате.

— Неужели этот визит был без твоего разрешения? — усмехаюсь с иронией. — А я-то подумала, что ты начал знакомить меня со своими родственниками.

Мою колкость игнорируют.

— Что он хотел?

— Справлялся о моём самочувствии, и сказал, что очень рад твоему наследнику, — выделяю интонацией последнее слово. — Я чувствую себя живым инкубатором в царском курятнике. Или же курочкой Рябой с золотым яичком. Пока не определилась, но это так мило.

Марк изумлённо изгибает бровь, а в тёмных глазах загораются смешинки.

— Вижу, ты сегодня в отличном расположении духа.

— Так меня скоро выпишут, вот и радуюсь.

Выражение его лица тут же меняется. Взгляд становится серьёзным и напряжённым.

— Ты не можешь вернуться в свою квартиру, Адель, — констатирует стальным тоном. — Денис отвезёт тебя ко мне.

Устало вздыхаю, не сводя с него взгляда. Невозмутимый красавец, как всегда собран и уверен в себе. Эдакий король мира, который умеет только приказывать и не принимает возражений. Сложно отрицать, что такой Марк мне когда-то нравился. Да и не столь уж давно… С ним я чувствовала себя уверенной в завтрашнем дне и беззаботно порхала в облаках, позволяя всё за себя решать.

— А что дальше, Марк? — спрашиваю без единой эмоции. — Меня так и будут опекать, пока я не рожу твоего ребёнка?

Он подходит ближе и садится на стул. При этом смотрит на меня так, будто я сморозила несусветную чушь.

— Пока я вижу в этом необходимость — да, — произнёс таким тоном, будто говорил с непослушным ребёнком. — И это не обсуждается, Адель.

Отвожу взгляд, не желая спорить. Я ожидала от Марка чего-то подобного, поэтому возражать не видела смысла. Напротив, мне сейчас важно показать, что я приняла все его условия, а не наводить на лишние мысли.

— Сначала мне нужно заехать домой и собрать вещи, — произношу спустя паузу.

— Денис тебе поможет, — отвечает Марк и принимается подробно расспрашивать о моих скучных буднях в больнице.

Не думаю, что ему сильно это интересно, потому что спустя минут десять он смотрит на часы, приподняв рукав своего пиджака.

Торопится куда-то, а тут приходится со мной возиться. Решаю облегчить ему задачу:

— Марк, у меня процедуры скоро.

— Какие? — тут же поднимает на меня взгляд.

— Водно-полоскательные, — развожу руками с невозмутимым видом. — Поздно уже.

Марк недовольно хмурится, понимая, что я его выпроваживаю, и смотрит на меня задумчиво, будто сказать что-то хочет. Молчаливая пауза затягивается, но он всё же поднимается со стула.

— Ладно, послезавтра поговорим. Дома.

И пока я непонимающе хлопаю глазами, уходит, закрывая за собой дверь.

«Поговорим. Дома», — это звучит необычно. Словно обещание мужа жене.

Стараясь выбросить из головы эти нелепые сравнения, я обдумываю, как улизнуть от Дениса. Допустим, из квартиры я его выпровожу, но как быть с двумя церберами, которые пасут меня на каждой прогулке? Придётся проявить чудеса смекалки, не иначе. Лезу в интернет, заказываю всё необходимое с доставкой на дом и убедительно прошу девушку на горячей линии, привезти мой заказ завтра, когда сестра будет дома.

— Ада, на кой чёрт тебе парик? — изумлённо спрашивает Дашка вечером следующего дня.

— Хочу перекраситься в блондинку, но не уверена, что мне пойдёт. Вот решила посмотреть сначала, как буду выглядеть. А что такого?

— Перекраситься?! Совсем с ума что ли сошла? Нельзя тебе беременной такие вещи делать. Это же химия!

— Вот поэтому — парик, Даш. Хочется мне так!

Сестра фыркает, и стихает. Видимо продолжает бессовестно копаться в моей посылке. Но больше не находит к чему придраться.

— Ты когда приедешь?

— Через два дня выпишут, — мне приходится пойти на обман.

— Во сколько? Я постараюсь отпроситься с работы и встретить тебя.

— Я и сама доеду, не суетись.

— Ада!

— Выписка после двух обычно.

— Так бы и сразу.

Тем не менее, возвращаюсь я домой одна. Я специально сказала сестре дату выписки на день позже, чтобы мы с ней не пересеклись. Денис заносит сумку в мою комнату, и я принимаюсь его выпроваживать:

— Спасибо, я соберусь за два-три часа и наберу тебя.

— Вам чем-то помочь?

— Нет, я сама.

Водитель кивает и без лишних разговоров оставляет меня в квартире одну. А я принимаюсь носиться по комнате, как бешеный сайгак, закидывая в спортивную сумку только самое необходимое. Надеваю серый спортивный костюм, пристраиваю на голову парик и скептически осматриваю себя в зеркале. Да уж, блондинка из меня так себе. Закрываю волосы кепкой, а глаза солнцезащитными очками. Смотрю на время — вылет через полтора часа. Билет в свой родной город я бронировала, не зная толком во сколько освобожусь, и если я прямо сейчас не уберусь отсюда, то так и останусь курочкой Рябой, которую, после неудачного побега, запрут в царском курятнике. Наскоро пишу сестре записку, выключаю телефон и осторожно открываю дверь. На лестничной площадке пусто. Я спускаюсь по лестнице и открываю дверь домофона. Денис стоит с двумя церберами у машины, и все трое тут же поворачивают головы на подъезд. Сердце ухает вниз, но я заставляю себя невозмутимо откинуть голову, и, поправив сумку на плече, иду в противоположную от людей Марка сторону, к ближайшей станции метро. Судя по продолжившемуся беспечному разговору мужчин, никто из них ни о чем не догадался. Что уж говорить, даже Дашка не ожидала от меня подобной выходки.