Глава 21

До аэропорта я добираюсь вовремя, билет оказывается у меня в руках за десять минут до окончания регистрации. Пока я жду объявления на посадку, не могу отделаться с мысли, что меня уже ищут. Хоть я и пытаюсь не волноваться, но постоянно оглядываюсь по сторонам. Вдруг спохватились? Что если Денис решил подняться и поторопить меня?

С другой стороны раньше такого никогда не было. Денис обычно не навязывался и ждал столько, сколько я просила, не нарушая моё личное пространство. Разве что однажды, когда приволок меня к своему боссу из женской консультации.

Наконец, самолет выруливает на взлётную полосу, и я немного расслабляюсь. Закрываю глаза и вспоминаю свой последний полёт. В прошлый раз я была вместе с Марком и летела в Грецию, откуда привезла маленький круассанчик в животе. Своеобразный сувенирчик, ничего не скажешь. А теперь я сбегаю от новоиспечённого папочки и его жены. Подумать только!

Всё было бы гораздо проще, если бы я не сказала Марку о беременности сразу. Но в тот момент я была жутко растеряна и совершенно не знала, что делать с этим нежданным подарочком. Зато знаю сейчас. Малыш будет только мой, а Марк… Надеюсь, он не станет меня искать после всего, что я задумала провернуть. У него ещё обязательно будут дети, даже если с первого раза у них с женой не получилось. Она будет растить наследников, а муж — гулять на стороне. Не жизнь, а сказка! Алису Градскую подобный расклад вполне устраивает. А мне в этом участвовать как-то не хочется.

По прилёту я первым делом снимаю с себя парик и ветровку, в которых успела запариться, а потом принимаюсь транжирить банкомат. Пользоваться карточкой я первое время не смогу. С обречённой тоской слушаю, как автоматика шустро пересчитывает купюры и думаю о том, что сейчас бы мне не помешала безлимитная карточка Марка. Или хотя бы та, что он заводил специально для меня. Даже несмотря на то, что на любых картах есть ограничения по снятию наличных за сутки, мои пожитки не идут ни в какое сравнение с той суммой, что я могла бы сейчас получить. Но это дело временное, исправим. И жёнушка Марка Градского мне обязательно в этом поможет. Позже. Сейчас нужно найти квартиру и обосноваться в городе.

Выхожу из здания аэропорта, где, словно чайки у моря, пасутся таксисты, и называю одному из них адрес своего лучшего друга, с которым училась в институте. Вернее дружила с Никитой я, а вот он испытывал ко мне отнюдь не платонические чувства. Всё-таки дружба между парнем и девушкой — сложная штука. В ней обязательно кроется какой-нибудь подвох.

Когда я уехала на стажировку, мы переписывались чуть ли не каждый день, но с годами стали перебрасываться новостями гораздо реже. Сначала раз в пару недель, потом срок перешёл на месяцы, а на последнее его сообщение в социальной сети, что было где-то полгода назад, я не ответила. Завертелась в делах, а потом и вовсе забыла. Надеюсь, он не сильно обиделся.

Приехав по нужному адресу, я робко стучу в дверь. Неловко как-то заваливаться к Нику без предварительного звонка, но пользоваться телефоном я сейчас не могу. Потому что у меня нет никаких гарантий, что церберы Марка не придут к нему в гости завтра же. Может и ерунда это вовсе, и такое только в фильмах показывают, но рисковать не хочу.

Дверь долго не открывают, и в голову крадутся сомнения. Вдруг мой друг переехал? Или приходит домой поздно? Или вообще живёт с девушкой? Я даже не знаю, что лучше: просидеть под дверью битый час в ожидании его прихода, или же столкнуться нос к носу с какой-нибудь красоткой, которая наверняка задастся вопросом, кто я такая и что здесь забыла.

Дверь открывается, и я с облегчением улыбаюсь. На пороге Ник, в затасканной серой футболке, которую я хорошо помню, и чёрных шортах. Его неизменный домашний наряд.

— Ада? — он удивлённо округляет глаза и роняет челюсть до пола. — Ну, ничего себе, какие люди! Ты как тут оказалась?

— Надеюсь, не помешала? — робко улыбаюсь в ответ.

Друг морщит нос, усыпанный бледными веснушками, и с задорной улыбкой сообщает:

— Вчера бы точно помешала, а сегодня так уж и быть, проходи, беглянка!

Он дурашливо кланяется, открывая дверь шире, и я шагаю в небольшой коридорчик, в котором царит холостяцкий беспорядок. Знал бы Никита, что его шутливое обращение сейчас очень чётко определяет моё состояние. Я ведь действительно беглянка.

— Ого, да ты не налегке, — замечает бывший однокурсник, когда я сбрасываю с плеч тяжёлую сумку и устало вздыхаю.

Поднимаю на него глаза и произношу:

— Ник, мне очень нужна твоя помощь.

Беспечное выражение лица друга моментально меняется. Он скрещивает руки на груди и окидывает меня более внимательным взглядом.

— Во что ты на этот раз вляпалась, Ада?

А в этот раз моё невезение достигло вершины Эвереста. Я влюбилась в женатого мужчину, забеременела от него и теперь надеюсь обмануть.

— Лучше не спрашивай, — вздыхаю обречённо.

Никита хмыкает, почёсывая свою рыжеватую макушку, наводя на ней ещё больший беспорядок. Его непослушные волосы вечно торчали в разные стороны, чем-то напоминая иголки ёжика, и мне всегда хотелось его расчесать. Я даже как-то подарила другу набор фирменных расчёсок, но он вряд ли хоть раз ими пользовался. Потому что девчонкам его буйная шевелюра очень даже нравилась.

— Пошли чай пить, — пробурчал он. — Расскажешь заодно, как жизнь молодая.

Иду следом, перешагивая пустую коробку из-под пиццы. Под кухонным столом выстроен ряд пустых бутылок. И правда, вчера бы я точно помешала. Кто-то тут хорошенько оторвался.

— Что за праздник в будний день? — спрашиваю с намёком на беспорядок.

— Отмечали с парнями моё повышение.

— Только ли с парнями? — неуютно еложу на стуле, боясь наткнуться на нечто… более неприличное.

— А ты с какой целью интересуешься? — подмигивает хитро, включая чайник. — Лучше бы про повышение спросила.

— И кто ты теперь у нас?

— Ведущий программист.

— Поздравляю!

— А ты где трудишься? Всё так же в бюро?

— Нет, — отвечаю нехотя. — Я теперь вольная птичка. Работаю через интернет.

Мы непринуждённо болтаем и пьём чай. Никита не напирает с неприятными расспросами, но всё же я не могу вечно ходить вокруг да около, поэтому со вздохом переводу тему:

— Ник, мне нужна левая сим-карта. Есть мысли к кому обратиться?

Брови друга синхронно взмывают вверх, и между нами повисает гробовая тишина. Ну да, вопрос настораживающий. Это не из сугроба меня доставать с переломанными лыжнями.

— Найти-то можно, — наконец говорит он. — Но тебе зачем?

— Номер нужно сменить, а на себя оформлять симку никак нельзя.

— Интересненько, — тянет Никита. — Ты случаем мошенницей не подрабатываешь? Шучу! — добавляет моментально, когда я возмущённо фыркаю. — С сим-картой помогу, только ты мне честно ответь зачем такая конспирация? Прячешься от кого-то?

— Прячусь, — отвечаю со вздохом. — Но ничего незаконного, Никит, честное слово.

— Значит ты надолго вернулась? — спустя паузу уточняет тот.

— Надолго.

— А жить где будешь? К матери поедешь?

— Квартиру сниму. Вряд ли мама меня на порог пустит. Мы окончательно разругались.

— Ясно… С квартирой тоже помочь?

— А ты можешь?

— А чего тут мочь? — искренне удивляется друг. — Я тебе рассказывал, что Гоша в этой сфере деньги делает. Вложился в долёвку, продал под ключ дороже, а пока не продал — под сдачу, чтобы не простаивали. Договориться можно и на длительный срок.

— Это будет супер, — тут же оживляюсь. — Спасибо!

— Должна будешь, — опять хитро подмигивает. — Сейчас ему позвоню.

Он достаёт телефон и набирает своего знакомого. Из их недолгой беседы понимаю, что Гоша сможет с нами встретиться только завтра, и моё воодушевление медленно сходит на нет.

— Ну вот и всё. Завтра вместе поедем и посмотрим квартиру. Район хороший, но если не понравится, другой вариант подыщем и без Гоши.

— Завтра… — повторяю эхом, думая куда же мне сегодня податься. — Я могу твоим компьютером воспользоваться? Поищу квартиру на сутки.

— Ада, что за ерунда? — смеётся Никита. — Сегодня у меня останешься.

— Не хочу создавать тебе проблем.

— Да какие проблемы?

— Не знаю. С девушкой твоей например. Не думаю, что она в восторге будет.

— Она не узнает, — слышу задорный заговорщический шёпот. — Я сто раз так делал.

Даю этому охламону звонкий подзатыльник одновременно со строгим взглядом.

— Да шучу я, Ада, — тут же оправдывается Никита. — Всё нормально будет. Уверен, ты бы мне тоже не отказала, окажись я в такой ситуации.

Он прав. Я бы ему тоже не отказала и помогла бы всем, чем смогла. Как только мы заканчиваем с чайными посиделками, я помогаю другу навести порядок на кухне, и мы до позднего вечера смотрим кино. Я стараюсь отвлечься, как могу, но на душе неспокойно. Мысли то и дело возвращаются к сестре и к Марку. Как там Дашка? Переживает наверное, ругается на меня, дурёхой бестолковой называет. А вот Марк… он наверняка в бешенстве. Как бы из-за меня Денис не вылетел с работы…

Никита уступает мне спальню, а сам остаётся в гостиной на диване. Шутит при этом, мол, наконец-то, красотка Миронова оказалась в его постели. Совсем не изменился и не повзрослел. Зато — ведущий программист!

Утром он уходит на работу и возвращается к обеду с новенькой сим-картой. Потом мы вместе едем на встречу с Гошей, и вскоре я держу в руках связку ключей от новенькой однокомнатной квартиры-студии. Она практически пустая, в комнате одиноко стоит диван, напротив — кухонный гарнитур с барной стойкой, и встроенный в стену шкаф-купе. Но мне так нравится, что я готова бабочкой порхать по воздуху. Всё новенькое, чистое, не обжитое!

Когда остаюсь одна, раскладываю свой скромный гардероб, с тоской вспоминая сколько красивых нарядов оставила дома, а потом принимаюсь за телефон. Меняю сим-карту и включаю его. Мне так хочется позвонить Даше и сказать, что со мной всё в порядке, но не решаюсь. Пока что нельзя, нужно потерпеть. Вместо сестры я набираю номер той, из-за кого я была вынуждена исчезнуть.

— Я слушаю, — раздаётся мелодичный голос Алисы Градской.

— Это Адель, — представляюсь без предисловий. — Я подумала над твоим предложением и согласна сделать аборт. Если мы, конечно, сможем договориться о цене…

Красавица модель явно теряет дар речи, потому что первое время из динамика не раздаётся ни единого звука. Затем я слышу шумный вдох и короткий писк, будто бы Алиса что-то нажала на своём смартфоне. Решила сделать запись разговора?

— Адель, здравствуй, — мягко мурлычет Градская. — Я не расслышала, что ты сказала, видимо что-то со связью. Можешь повторить?

Я закатываю глаза, лишь ещё больше убеждаясь в своей догадке.

— А с памятью всё хорошо? — не удерживаюсь от колкости. — Или нужно в деталях напомнить, как ты угрожала мне, чтобы я сделала аборт?

— Я лишь предлагала договориться по-хорошему и предупредила о последствиях…

— Так вот давай договоримся, — невозмутимо соглашаюсь. — Я согласна сделать аборт. И меня интересует сумма, которой ты хотела отблагодарить меня за эту маленькую услугу.

— Как интересно… Почему же ты передумала? Марк оказался не таким пушистым зайкой, как ожидалось?

— Я не обязана давать тебе объяснений. Давай перейдём ближе к делу.

— Ну, хорошо… — в её голосе звенит неподдельное ликование. — Сколько тебя устроит?

— Ты всегда следила за своим мужем, Алиса, и прекрасно знаешь, сколько он тратил денег на содержание своих любовниц. Своему ребёнку он дал бы ещё больше. А теперь давай подумаем, какую сумму я получила бы за год, если бы осталась с ним. Такое вознаграждение меня вполне устроит.

Алиса некоторое время молчит, но я буквально чувствую, как она бесится.

— Договорились, — выдавливает она. — Я переведу тебе деньги, как только получу подтверждение…

— Нет, Алиса, — перебиваю я. — Ровно половину ты переведёшь мне сегодня же. А остальную часть уже после подтверждения.

— Ты спятила? — фыркает она возмущённо. — Где гарантии, что ты не нарушишь наш договор?!

— Так и у меня нет никаких гарантий, что договор не нарушишь ты. Всё-таки это я иду на твои условия, а не ты на мои. Надеюсь, ты рада. Будешь жить со своим мужем душа в душу в вашем счастливом свободном браке…

— Сегодня вечером я переведу деньги. И жду быстрый результат, — рычит она в трубку.

— Не беспокойся, я не стану затягивать. Всё-таки срок уже десять недель. Через пару минут пришлю реквизиты. И кстати, Алиса, мой телефон сохраняет записи разговоров автоматически.

— Что ты имеешь в виду? — напрягается Градская.

— Ничего. Это на случай, если ты решишь вырезать из нашего разговора лишнее и как-то этим воспользоваться, — объясняю, что далеко не дура.

— Главное для меня — чтобы ты сделала аборт и сгинула к чёртовой бабушке!

— Этим я и занимаюсь, — отвечаю без колебаний. — Ещё услышимся.

Кладу трубку и незамедлительно приступаю ко второй части своего плана. Меня немного потряхивает от адреналина, но я даже не думаю отступать. Для себя я всё решила ещё в первую ночь, проведённую в больнице. У меня есть иностранный счет. Я заводила его в то время, как проживала за рубежом — обязательное требование к иностранным студентам. Даже если Марк начнёт под меня копать, он не сразу его обнаружит. Так что время есть. Высылаю реквизиты сообщением и начинаю шерстить интернет на поиск «не совсем легального дела».

Через два дня у меня на руках появляются нужные документы от врача местной клиники. Эта махинация встала для меня в кругленькую сумму. Мало того, что мне пришлось остаться с пустыми карманами, так ещё и в долг у Никиты пришлось просить. Но на самом деле всё не так сложно, как казалось бы. Главное правдоподобно и жалобно плакать «связному лицу», что сделала аборт ещё месяц назад, а вот освобождение от нежелательных нагрузок нужно именно сейчас. Сунуть ему результаты «чистого» УЗИ, а напоследок дать столько денег, сколько требует, с просьбой зафиксировать мой визит в клинике по всем правилам.

Сестре за это время я так и не звонила. Боялась, что она уже в курсе моей беременности от её босса, и я была уверена, что в этом случае она сдаст меня с потрохами, лишь бы её младшая сестрёнка не делала глупостей. Только я уже всё сделала. Глупость это, или нет — только время покажет.

Я получаю перевод от жены Марка на третий день после нашего разговора. Дамочка продуманная, сбрасывает мне деньги через какое-то левое лицо. Для меня это означает одно — Алиса Градская меня не сдала. Не в её интересах жаловаться своему мужу на зажравшуюся любовницу. Ей нужно от меня избавиться, и не важно, какими методами. В прочем, именно на это я и рассчитывала. Выжидаю ещё один день и отправляю ей выписку из клиники. Ответа от Алисы нет целый день, но к вечеру она присылает мне сообщение:

«Поздравляю с очищением «совести», девочка! Вышлю оставшуюся сумму завтра. Можешь не благодарить! P.s. Даже не думай пытать иллюзий и смей больше лезть в нашу жизнь. После такого Марк тебя не простит. Он тебя возненавидит».

Я ещё долго пялюсь на экран ноутбука, прежде чем захлопываю крышку. На душе становится нестерпимо гадко, потому что я понимаю — вскоре это увидит и Марк. Стараюсь себя успокоить — всё к лучшему. У меня просто не было выбора. Только так я смогла бы закончить весь тот ужас, в который он меня бессовестно втянул…