Глава 32

Поднявшись в спальню, Диана окинула взглядом просторную комнату, где теперь их вещи мирно соседствовали, создавая ощущение обжитого пространства.

«Наша спальня,» — подумала она с теплотой, но тревога быстро вернула её к реальности.

— Надя, — обратилась она к служанке, — не могла бы ты оставить меня на несколько минут? Мне нужно переодеться.

Надя, с кивком, удалилась, оставив Диану наедине с её тревогой и двумя огромными ротвейлерами, которые внимательно следили за каждым её движением. Демон и Люцифер сопровождали её взглядом, их мощные тела казались воплощением силы и опасности.

Диана понимала, что у неё есть очень мало времени, чтобы придумать план. Переодеться необходимо, иначе её намерения сразу станут очевидными.

Сбросив верхнюю одежду, она достала из шкафа шелковый домашний комплект цвета бордо. Мягкая ткань приятно скользнула по коже, но Диана не ощущала ни комфорта, ни уюта. Она должна была сосредоточиться.

Её взгляд снова вернулся к ротвейлерам. Они стояли неподвижно, но чувствовались напряжение и настороженность. Диана ощущала их пристальный интерес, словно они пытались прочесть её мысли. Она заметила, как их головы слегка склонились вбок, будто они прислушиваются к чему-то, что не слышала она. Страх всё ещё сковывал её, но в то же время росло странное любопытство.

«А что, если…?» — подумала Диана, пытаясь вспомнить команды, которые Максим отдавал собакам. Она никогда не думала, что ей придётся использовать эти знания, но сейчас это могло стать её единственным шансом.

— Демон… Люцифер, — тихо позвала она, стараясь, чтобы в голосе звучала уверенность, несмотря на дрожь внутри.

Ротвейлеры отреагировали моментально. Они вскинули головы и высунули языки, словно улыбаясь. Сердце Дианы немного оттаяло. Это было… мило. В этот момент они показались ей не такими уж и страшными.

Превозмогая страх, Диана сделала шаг вперёд, затем ещё один. Она медленно подошла к Демону и протянула руку, колеблясь лишь мгновение. Он не зарычал, не огрызнулся. Он просто смотрел на неё своими умными, тёмными глазами.

Диана набралась смелости и коснулась его головы. Шерсть была короткой и жёсткой, но под рукой чувствовалась сила и тепло. Она погладила его, затем повторила движение с Люцифером. Оба пса закрыли глаза от удовольствия, подставляя головы под её руку.

В глазах Дианы вспыхнул огонёк решимости. Значит, не всё потеряно. Если ей удалось установить хоть какой-то контакт с этими огромными зверями, значит, у неё есть шанс.

— Лапу! — громко и чётко скомандовала она, стараясь подражать голосу Максима.

И произошло невероятное. Демон, а затем и Люцифер, подняли свои огромные лапы и протянули их ей. Диана с трудом сдержала улыбку. Она взяла их лапы в свои руки, ощущая мощь и силу, скрытую под мягкой шерстью.

«Они слушаются меня,» — подумала Диана, отпуская лапы ротвейлеров.

Её взгляд загорелся решимостью. Быстро переодевшись в шелковый комплект, Диана прошлась по волосам расчёской, чтобы выглядеть спокойной и покорной.

— Надя, — позвала она, — можешь войти.

Когда служанка вошла в комнату, Диана уже стояла у окна наблюдая за заснеженным двором. Она выглядела спокойной и умиротворённой, словно ничего не случилось.

Диана глубоко вздохнула, стараясь унять дрожь в коленях. Она притворилась, что увлечённо открывает ноутбук, который Максим ей оставил. На экране замигали его обычные криминальные сводки, графики, какие-то схемы - всё это казалось сейчас далёким и неважным. Главное - выиграть время.

Надя, настороженная, но немного успокоенная её покорным видом, села в кресло, не сводя с Дианы глаз. Ротвейлеры оставались начеку, время от времени бросая короткие взгляды на дверь, словно ожидая новых указаний. В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением ноутбука и размеренным дыханием Дианы. Так прошло около пяти минут, которые показались ей вечностью.

Диана барабанила пальцами по крышке ноутбука, прикидывая варианты. Сердце колотилось как бешеное, но она старалась держать лицо. Нужно было что-то придумать, и быстро.

Внезапно она схватилась за живот, согнувшись пополам. Лицо исказила гримаса боли, хотя ничего такого она не чувствовала. Да, это может сработать.

— Ох… — прохрипела она, стараясь придать голосу больше слабости. — Мне плохо…

Надя встрепенулась, но не двинулась с места. В её глазах читалось недоверие.

— Что с вами, госпожа?

Диана с трудом подняла голову, в глазах стояли слёзы, конечно же притворные. Она погладила свой округлившийся живот, стараясь вызвать у служанки сочувствие.

— Кажется… кажется, это… — она запнулась, словно не в силах выговорить. — Мне очень плохо. Может, отравление?

Надя, не уступала, прищурилась:

— Не может быть. Вы ничего не ели кроме того, что готовили мы.

Диана сглотнула, изо всех сил стараясь не выдать себя.

— Всё равно… — прошептала она. — Мне ужасно нужна вода. С лимоном… Холодную.

Надя колебалась. Она окинула взглядом ротвейлеров, которые, казалось, не проявляли никакой агрессии. Они просто наблюдали, как и она сама.

— Я позову кого-нибудь другого, — сказала Надя неуверенно. — Я не могу вас оставить одну.

— Нет! — воскликнула Диана, пытаясь придать голосу настойчивость. — Не нужно никого звать. Мне просто нужна вода. Со мной собаки, — она слабо улыбнулась, — они меня охраняют. И потом, я всё равно здесь, в спальне, никуда не денусь. Устроит?

Надя всё ещё сомневалась, но взгляд Дианы был таким молящим, таким беспомощным, что в её сердце дрогнуло сочувствие, служанка даже почувствовала вину за свой чрезмерный контроль, ей передалось волнение, что если она не сможет помочь Диане вовремя, то её ожидают последствия. В конце концов, беременная женщина, да ещё и от такого человека, как Ротвейлер… Лучше не рисковать.

— Хорошо, я быстро, — произнесла Надя, поднимаясь с кресла. — Но дверь не закрывайте. И собак близко не подпускайте.

Диана слабо кивнула, давая понять, что слушает и понимает. Как только Надя вышла из комнаты, Диана вскочила с кровати. Сердце чуть не выпрыгивало из груди. Она подбежала к двери и тихонько прикрыла её, не на замок, лишь слегка притворив.

Адреналин бурлил в крови, заставляя действовать молниеносно. Она распахнула дверцы гардероба и выхватила первый попавшийся под руку пуховик. Сейчас важна была не красота, а скорость и незаметность. Волосы остались распущенными, и пусть. В глазах Дианы горел огонь решимости, затмевающий любой страх.

Она обернулась к ротвейлерам, чьи взгляды по-прежнему были прикованы к ней. В них не было враждебности, лишь настороженность и готовность к выполнению команд. Диана медленно подошла к столу, где лежал ноутбук Максима. Подняв его, Диана решительно направилась к собакам.

— Ну что, мои хорошие, — тихо произнесла она, стараясь, чтобы в голосе не было слышно ни капли сомнения. — Проверим, на что вы способны… И на что способна я.

Она положила ноутбук между Демоном и Люцифером, глядя им прямо в глаза.

— Охраняйте! — скомандовала Диана громко и чётко, вкладывая в этот приказ всю свою уверенность.

Ротвейлеры отреагировали мгновенно. Словно по команде, они легли по обе стороны от ноутбука, положив на него свои огромные морды. Глаза их не отрывались от двери. Диана облегчённо выдохнула.

«Отлично. Они действительно привыкли ко мне», — подумала она, наполнившись новой волной уверенности.

Не теряя ни минуты, Диана решила воспользоваться запасным входом через особняк. Она помнила, что в доме был потайной выход на задний двор, ведущий к небольшому садовому участку. Ей нужно было вырваться на улицу, увидеть своими глазами, что происходит с Максимом и его отцом. Если такой человек, как Максим испытал страх, услышав от своего помощника весть об отце, то что же из себя представляет этот отец? Не грозит ли Максиму что-то серьёзное?

Диана тихо прикрыла дверь спальни и, ступая на цыпочках, вышла в коридор. Она отлично помнила планировку дома. В первый месяц беременности, когда Максим часто уезжал по своим тёмным делам, связанным с наркотическим бизнесом, она, томимая скукой и любопытством, исследовала каждый уголок этого мрачного особняка. Спустившись со второго этажа, она старалась обходить людные места, петляя по коридорам.

Её сердце колотилось как бешеное, но она помнила каждое место, каждую дверь. Она знала, где располагались комнаты охраны, кухни, кабинеты, тайные проходы. Максим, привыкший к своей власти и контролю, даже не подозревал, что его пленница изучила особняк как свои пять пальцев. Но сейчас все эти знания должны были сыграть решающую роль.

Осторожно пробираясь по дому, она наконец добралась до двери, ведущей в заветный сад. Выглянув наружу и убедившись, что её предположения верны - охраны практически не было - она быстро нырнула в прохладный воздух.

То, что она увидела, заставило её сердце замереть на мгновение. Максим, окружённый своими верными людьми - Виктором и многочисленными охранниками, все вооружённые до зубов. Их оружие блестело под тусклым зимним солнцем, создавая зловещий отблеск.

Но самое главное - она увидела его. Мужчину с собственным, не менее внушительным, конвоем - вооружённых до зубов людей. У отца Максима было столько же, если не больше, людей, готовых выполнить любое его указание.

Он стоял на расстоянии вытянутой руки от Максима, мужчина лет шестидесяти, но в его облике чувствовалась невероятная мощь, не уступающая Максиму. В голове Дианы сразу сложился пазл: вот в кого вырос Максим. Но нет, в жестокости Максима всё-таки виднелись остатки человечности, если так можно выразиться. А в отце… В отца словно и не было ничего человеческого.

Максим стоял, плечи расправлены, подбородок слегка приподнят. Он был напряжён, это ощущалось в каждой клетке его тела, но лицо оставалось непроницаемым, холодным, как лёд. Во взгляде не было ни тени эмоций, лишь обжигающий, почти нечеловеческий холод.

А вот мужчина напротив, отец Максима, несмотря на густую седину, пробивающуюся сквозь чёрные волосы, излучал силу и властность. Теперь Диане стало понятно, откуда в Максиме эта «порода».

И всё же, несмотря на общее впечатление, становилось очевидно: внешностью Максим действительно пошёл в мать. Его тёмно-каштановые кудри резко контрастировали с гладкими чёрными волосами отца, да и черты лица были иными. Макс был красивым - факт, о котором Диана никогда не признавалась вслух. Его облик, несмотря на присущую ему жестокость, обладал какой-то… притягательностью. Фотогеничностью, что ли.

Отец же… Обладал резкими, грубыми чертами, тонким, хищным носом и более угловатым овалом лица. В целом, он выглядел опаснее. Такой же высокий, как и Максим, он излучал ту же силу, но в его случае она была более… зловещей. Словно перед ней не человек, а смертоносная змея, затаившаяся в ожидании броска.

Она не могла расслышать, о чём они говорили, но видела их лица. Губы Максима двигались, произнося слова ровным, холодным тоном. На его лице не дрогнул ни один мускул. А вот лицо отца… Его искажала мерзкая, самодовольная улыбка, от которой по телу Дианы побежали мурашки. В этой улыбке читалось превосходство, власть и какая-то чудовищная уверенность в себе.

Но самым страшным был его взгляд. В нём плескалось что-то безумное, дикое, маниакальное. Диана вдруг поняла, что отец Максима одержим местью, и эта мысль пронзила её ледяным ужасом. Теперь она поняла, что такое настоящий страх. Смотря на отца Максима, она видела не просто опасного человека, а абсолютное зло.

Диане казалось, что время остановилось, пока она наблюдала за этой сценой. Холод сковал её тело, но не от зимнего воздуха, а от ужаса, который она испытывала.

Внезапно, маска ледяного спокойствия на лице Максима дала трещину. Губы его скривились в презрительной усмешке, настолько мимолётной, что она едва успела её заметить. В этой усмешке читалось всё его отвращение к происходящему, к отцу, к той ситуации, в которой он оказался. Но усмешка исчезла так же быстро, как и появилась, и непроницаемое выражение вернулось на его лицо. Без единого слова, отец и сын, в сопровождении своих армий, двинулись к дому.

Диана почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок. Что же теперь? Ей срочно нужно вернуться в дом и попытаться подслушать, о чём они будут говорить за закрытыми дверями. Но как? Как помочь Максиму справиться с этой угрозой? Она была слабой, совершенно не подготовленной к такому развитию событий. Вся её вылазка казалась бессмысленной, почти самоубийственной авантюрой.

Отчаяние нахлынуло волной. Зачем она вообще полезла сюда? Что она могла противопоставить этим матёрым волкам? И всё же… Где-то глубоко внутри, в ней тлел огонёк упрямства. Она не могла просто стоять в стороне и наблюдать, как Максима затягивает в водоворот опасности. Диана вспомнила о ребёнке, которого носила под сердцем, и поняла, что должна сделать всё возможное, чтобы защитить его. И как это парадоксально не звучало, защитить Максима тоже.

Неожиданно в голове мелькнула безумная мысль: если в Максима будут стрелять, она первой бросится ему на защиту. Пусть это глупо, пусть это безрассудно, но она готова сделать всё возможное чтобы спасти его. Или, хотя бы, попытаться.

Подождав несколько мучительных минут, пока все скрылись за дверями особняка, Диана решилась следовать за ними. Она ступила на первую ступеньку, ведущую к дому, и тут… Внезапно, сзади неё кто-то зажал рот. Она даже не успела вскрикнуть - звук отчаяния утонул в чьей-то жёсткой ладони. В нос ударил резкий, отталкивающий запах - смесь неприятного одеколона, пота и чего-то гнилостного, вызывающего тошноту.

В голове промелькнула паническая мысль: "Это конец". Но прежде чем она успела что-либо предпринять, услышала тихий, шипящий голос прямо у своего уха. Голос был пропитан фанатизмом и какой-то болезненной убеждённостью.

— Сергей Александрович будет рад познакомиться с вами, Диана, — прошептал незнакомец. Слова его были произнесены с каким-то болезненным благоговением, будто он говорил о святом. — Особенно, учитывая ваше интересное положение. Видите ли, в "Книге Бытия" сказано: "Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю". Сергей Александрович ценит тех, кто следует заветам Господа… А особенно тех, кто может принести пользу общему делу. Он видит вас важной деталью в великом плане.