Глава 65

Максим, стараясь не разбудить никого, как тень проскользнул в комнату сына. Он замер на пороге, как поражённый увиденным. В который раз, как в первый раз. Диана, его Диана, кормила их сына. В этот момент она казалась ему воплощением материнства, нежности и какой-то неземной красоты.

Он не мог отвести взгляда от неё, словно боялся, что это видение исчезнет, как только он моргнёт. Она была его вселенной, его центром, его жизнью.Тихо ступая, Максим приблизился к ним. Диана, почувствовав его присутствие, подняла голову и одарила его лучезарной улыбкой. В её глазах отражалась вся любовь и преданность, которую она испытывала к нему. Сердце Максима забилось быстрее, переполненное нежностью и благодарностью.

Он нежно коснулся её щеки, ласково поглаживая мягкую кожу. Диана невольно подалась вперёд, прильнув к его руке, наслаждаясь каждым его прикосновением. В этом простом жесте было столько тепла и близости, что на мгновение Максиму показалось, будто время остановилось.

— Он уже спит? — прошептал Максим, боясь нарушить эту хрупкую идиллию.

Диана опустила взгляд на сына, который мирно посапывал у неё на руках.

— Да, практически, — ответила она, наклонив голову и нежно целуя малыша в макушку. От этого зрелища в груди Максима разлилось тепло, переполняя его отцовской гордостью и любовью.

Вскоре малыш наелся и, удовлетворенно причмокнув, окончательно уснул, не выпуская из ротика грудь матери. Диана осторожно приподняла сына и бережно уложила его в кроватку. Максим всё это время неотрывно следил за каждым её движением, заворожённый её грацией и заботой.

Когда Диана повернулась к нему, Максим, не в силах больше сдерживать свои чувства, взял её за руку, притягивая к себе. Он крепко обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце в унисон с его собственным. Его руки скользнули по её спине, вызывая у Дианы короткие вздохи и лёгкий румянец на щеках.

— Макс, мне нужно тебе кое-что показать, — прошептала Диана, стараясь говорить как можно тише, чтобы не разбудить сына. В её голосе звучало лёгкое волнение и предвкушение.

Но Максим уже не мог ждать. Он жаждал её, желал её всем своим существом.

— Всё подождёт, — проговорил он, и не дожидаясь ответа, подхватил её на руки.

Диана охнула от неожиданности, но не сопротивлялась, а лишь обвила его шею руками, прильнув к нему всем телом.

Максим, стараясь не шуметь, тихо вышел из детской, закрывая за собой дверь, и решительно направился в спальню, предвкушая долгожданную близость с любимой женщиной. В его глазах горел огонь страсти, который Диана разжигала в нем одним лишь своим присутствием.

Когда они вошли в спальню, Максим, не теряя ни секунды, запер дверь, словно боясь, что кто-то или что-то сможет отнять этот момент у них.

Диана хотела было заговорить:

— Макс, мне, всё-таки, нужно кое-что пока…

Но её слова утонули в его жадных, обжигающих поцелуях. Максим осыпал её лицо короткими, трепетными касаниями, каждое из которых отзывалось волной удовольствия в теле Дианы.

— Диана… — прошептал он, его голос звучал хрипло и настойчиво.

Диана тихо застонала, забыв обо всем, что хотела. Она чувствовала, как его страсть нарастает, как и её собственная. Слова казались лишними в этом вихре влечения. Он сгорал от желания, и она чувствовала этот жар на своей коже. Каждой клеточкой тела она жаждала его, мечтала ощутить его внутри себя, утонуть в его объятиях, стать с ним единым целым.

— Дети… они забирают всё… наше внимание, — выдохнул Максим, прерываясь лишь на мгновение, чтобы перевести дух. Его голос был полон нежности и одновременно собственничества. — А сейчас… я требую… всё внимание… только мне…

Диана простонала в ответ, её тело уже изнывало от предвкушения. Внезапно он подхватил её на руки и усадил на край стола.

— Не на кровати? — удивлённо выдохнула Диана, чувствуя, как его руки настойчиво раздвигают её ноги, не снимая халатика. Её взгляд был полон возбуждения и предвкушения.

— Хочу… чтобы ты видела всё… — прошептал Максим, его глаза горели неутолимым желанием.

Он медленно, дразняще, стянул с неё трусики, и воздух между ними наэлектризовался. Диана подалась вперёд, чувствуя, как внутри разгорается пожар, готовый вырваться наружу. Она хотела его здесь и сейчас, без остатка, полностью отдавшись этому животному, всепоглощающему влечению.

Максим наклонился вниз и стал покрывать её внутреннюю сторону бёдер поцелуями, нежными и одновременно настойчивыми. Его губы обжигали кожу, вызывая мурашки по всему телу.

Диана застонала, вплетая пальцы в его волосы, пытаясь удержать его рядом, и прошептала:

— Пожалуйста…

Макс продолжал покрывать её бёдра поцелуями, постепенно поднимаясь выше. И вдруг, – лёгкий укус, от которого у Дианы задрожали ноги, и она невольно подалась вперёд, навстречу его губам.

— Что… пожалуйста? — прохрипел он, смотря на неё снизу вверх, его взгляд был полон похоти и обожания. Он наслаждался её возбуждением, её беспомощностью в его руках.

— Войди уже… прошу… — выдохнула она, не в силах больше сдерживать себя.

И он не стал долго ждать. Он приподнялся, его движения были резкими и порывистыми. Руки Максима раздвинули её бёдра шире, давая ему возможность беспрепятственно насладиться её красотой.

Он быстро приспустил свои спортивные брюки вместе с нижним бельём, освобождая возбуждённый член и дразняще провёл им по её клитору, вызывая у неё стоны удовольствия, от которых у него самого перехватило дыхание. И вот, он надавил и вошёл в неё до конца, замирая на мгновение, давая ей возможность почувствовать его присутствие внутри себя. Его руки крепко прижимали её ягодицы к себе, не давая даже возможности отстраниться. Он чувствовал, как её тепло обволакивает его, как она сжимает его изнутри, и это сводило его с ума.

Он начал двигаться, врываясь в неё с исступлённой яростью, с первобытной мощью, заставляя её тело содрогаться в ответ. Диана вздрагивала от каждого толчка, от каждой волны, прокатывающейся по её венам, но это было не от боли, а от дикого, неистового наслаждения, которое затопляло её сознание.

Стоны вырывались из её груди непроизвольно, как молитва, обращённая к нему, как к безумному богу, завладевшему её телом. Она запрокидывала голову, позволяя потоку ощущений захлестнуть её, и неудержимо подавалась бёдрами навстречу каждому его движению, в отчаянной попытке слиться с ним воедино.

Максим перехватил её волосы, вплетая пальцы в шелковистые пряди, удерживая её взгляд. Он заставил её смотреть, наблюдать за тем, как его плоть, налитая жаром и желанием, проникает в её тело, становясь частью её. В этом акте, в этом безумном сплетении тел, было что-то первобытное, что-то запретное, что-то, что пробуждало самые тёмные, самые потаённые уголки её души.

— Смотри… смотри, как ты создана для меня, — прохрипел Максим, его голос был сорванным и хриплым, словно он сам разрывался между мукой и блаженством.

Он наращивал темп, движения становились всё более яростными, всё более требующими, словно он пытался вдолбить её в самую сердцевину своей души.

Диана не могла отвести взгляда от этого зрелища. Влажный блеск на его коже, напряжённые мышцы живота, сосредоточенное выражение лица – всё это завораживало, приковывало к себе. Его член, скользкий от соков её возбуждения, с лёгкостью входил в неё снова и снова. В этом зрелище было что-то дикое, первозданное, что-то, что принадлежало только им двоим, что существовало вне времени и пространства, связывающее их на каком-то первобытном, глубинном уровне.

— Ты – моя, — прорычал Максим, его голос был полон собственнической страсти, низкий и угрожающий.

Он притянул её голову к себе и впился в её губы поцелуем. Это был не нежный, робкий поцелуй влюблённых, а грубый, требовательный, пожирающий. Язык проник в её рот, словно помечая её, заявляя права на каждую клеточку её тела. В этом поцелуе была вся ярость его желания, вся глубина его страсти, вся его одержимость ею.

Максим сделал ещё несколько глубоких, выверенных толчков, каждый из которых бил точно в цель, разгоняя пламя в её теле до предела. Он чувствовал, как её мышцы отзываются, сжимаясь вокруг него в ритме, близком к безумию. Он знал, что она близка, чувствовал предвестники нарастающей бури. И тогда, с прерывистым стоном, Диана обвила его шею руками, притягивая к себе ещё ближе.

Она достигла пика. Волна неистовых сокращений прокатилась по её телу, от кончиков пальцев ног до корней волос. Она вскрикнула, но звук был заглушён поцелуем, превратившись в невнятное мычание, полное удовольствия и восторга. Её бедра непроизвольно подрагивали, отвечая на каждый его толчок, каждая клеточка её существа пульсировала в унисон с его движениями.

И вот, настала его очередь. Он сделал последний, сокрушительный толчок, чувствуя, как её тепло и судорожные сокращения подгоняют его к краю. Его дыхание было прерывистым и хриплым, каждый мускул в его теле напрягся до предела. Он почувствовал, как его накрывает ответная, всепоглощающая волна наслаждения, взрываясь внутри него с силой вулкана. Он излился в неё, щедро и без остатка, отдавая ей всю свою суть, всю свою мужскую силу.

Они замерли в объятиях, тяжело дыша. Их сердца колотились в бешеном ритме, разгоняя кровь. Максим всё ещё крепко держал Диану, не желая отпускать её. Он чувствовал её тепло, её влажную кожу, запах её возбуждения, и это чувство пьянило его сильнее любого вина.

— Так что ты… хотела показать? — с прерывистым дыханием прохрипел Максим, его голос всё ещё звучал приглушенно и хрипло. Каждое слово давалось с трудом.

Диана, всё ещё ощущая жар его тела, осторожно коснулась его щеки. Её прикосновение было лёгким, почти невесомым, но в нем чувствовалась нежность и какая-то скрытая сила.

— Тебе придется меня отпустить сейчас… чтобы я показала… — прошептала она, и в её голосе звучала странная смесь волнения и предвкушения.

— Ну уж нет, — прошептал он в ответ, и его пальцы непроизвольно сжали её ягодицы.

Он ощутил её податливую плоть, почувствовал, как его тело откликается на её близость. Его руки жили своей собственной жизнью, стремясь удержать её рядом, не дать ей отстраниться.

С лёгким движением он притянул её к себе ещё ближе. Диана почувствовала, как его эрегированный член, всё ещё горячий и пульсирующий, с лёгкостью скользнул по стенкам её влагалища, увлажненным их страстными выделениями. Даже такое незначительное движение вызвало у неё стон удовольствия, который вырвался из её груди непроизвольно и тут же затих.

— Нет… придется отпустить… — повторила Диана, её голос звучал тверже, несмотря на волну наслаждения, которая прокатилась по её телу. Она понимала, что сейчас ей нужно быть собранной и сосредоточенной.

Максим пробурчал что-то неразборчивое в ответ, его губы коснулись её шеи, и он оставил там лёгкий, игривый поцелуй. Его разум всё ещё был затуманен похотью, и ему было трудно сопротивляться желанию снова овладеть ею.

Но, несмотря на бушующие внутри него инстинкты, он почувствовал в её голосе что-то такое, что заставило его прислушаться. Он понимал, что сейчас происходит что-то важное.

С тяжёлым вздохом он разжал пальцы, освобождая её ягодицы. Он чувствовал, как волна разочарования накатывает на него, но он сдержался, стараясь не показывать своих чувств.

— Ладно, — пробормотал он, его голос звучал приглушенно и немного обиженно. — Я отпускаю. Но только потому, что ты этого хочешь.

Он отпустил её, быстро одеваясь, хотя его взгляд, казалось, всё ещё удерживал её на месте. Максим наблюдал, как она, слегка покачиваясь, подходит к большому деревянному шкафу в углу комнаты.

Диана была невероятно красива. Две беременности и роды, конечно, оставили свой след на её фигуре, но вместо того, чтобы испортить её, они добавили ей зрелой женственности и мягких изгибов, перед которыми он не мог устоять. Лёгкий розовый халатик, небрежно накинутый на её плечи, лишь подчёркивал плавные линии её тела, а каскад светло-русых волос, разметавшихся по спине, казался ореолом.

Максим не мог отвести от неё глаз. Диана грациозно открыла дверцу шкафа и достала оттуда небольшую сумочку. Он заметил, как её пальцы на мгновение задержались на застёжке, словно она собиралась с духом перед тем, как открыть её.

Затем, с той же плавной и уверенной походкой, она повернулась к нему и направилась обратно. В её руках что-то было. Маленький прямоугольник, как фотография.

Диана подошла к нему вплотную и протянула руку.

— Возьми, — тихонько сказала она, и в уголках её губ появилась загадочная улыбка.