Глава 12

Оставшись одна Карина ещё раз скептически оглядела комнату, словно камеру, в которой ей предстояло жить ближайшие несколько месяцев, до того момента, пока отец не уладит все дела с какими-то врагами, которые могут покуситься на её жизнь.

«И сколько времени я здесь буду находиться? Это какая-то шутка?» — подумала она и с силой открыла дверь своей «камеры». За дверью её уже ждала женщина средних лет в строгом сером костюме. Её лицо было непроницаемым, но во взгляде читалась лёгкая снисходительность.

— Карина Ивановна, меня зовут Елена. Я буду вашей личной помощницей на время вашего пребывания здесь. Если вам что-то понадобится, обращайтесь ко мне.

Карина закатила глаза. Личная помощница? Звучит многообещающе, но вряд ли эта женщина сможет заменить ей парней, вечеринки и беззаботную жизнь. Тем не менее, она решила не показывать своего недовольства сразу.

— Хорошо, Елена. Тогда сразу к делу. Мне нужны противозачаточные таблетки. Срочно. И ещё… есть ли здесь Wi-Fi? Без него я просто умру от скуки.

Елена слегка улыбнулась. Кажется, она была готова к подобным запросам.

— Нужные таблетки вам поможет выбрать личный врач, сейчас вы направитесь прямо туда. Что касается Wi-Fi, то он здесь есть, но доступ к некоторым сайтам может быть ограничен. Но, думаю, вы найдёте, чем себя развлечь. Здесь есть библиотека, кинозал, тренажерный зал… и даже небольшой бассейн.

Карина приподняла бровь, слегка заинтересованная. Бассейн — это уже что-то. А если ещё и тренажерный зал приличный, то можно будет хоть как-то поддерживать форму.

— Ладно, пойдём к врачу, — сказала она, небрежно махнув рукой. — Но потом сразу покажите мне бассейн. И вообще, проведите экскурсию по этому… убежищу.

Елена кивнула и повела Карину по коридорам бункера. Они прошли мимо нескольких комнат, где люди в униформе что-то печатали на компьютерах или разговаривали между собой. Все они бросали на Карину любопытные взгляды, но никто не останавливался и не заговаривал с ней.

— Как давно вы здесь работаете? — спросила Карина невзначай, пробираясь по длинным коридорам.

— Достаточно давно, чтобы привыкнуть к этому месту, — ответила Елена, стараясь не вдаваться в подробности. — Я работаю здесь уже больше десяти лет, и за это время видела всякое.

Карина хмыкнула. Десять лет в бункере? Это же можно сойти с ума от скуки! Она не представляла, как можно жить в таком месте добровольно. Но, с другой стороны, у каждого есть свои причины. Может быть, Елене просто некуда больше идти.

Они подошли к двери с табличкой «Медицинский кабинет». Елена постучала и, услышав «Войдите», открыла дверь. В кабинете их ждал молодой мужчина, около тридцати лет, в белом халате. Он обернулся к ним и приветливо улыбнулся Карине, предлагая присесть.

Девушка затаила дыхание, словно нырнула в омут предвкушения. Да, это было именно то, чего жаждала её душа. Перед ней стоял мужчина, сотканный из притягательности и молодости. Чёрные, словно крыло ворона, волосы гладко лежали, открывая высокий лоб. В ясных, ореховых глазах плескался недюжинный интеллект, и в целом его облик источал необъяснимую, завораживающую силу. Он был безупречен.

— Добрый день, Карина Ивановна, — произнёс он мягким, обволакивающим голосом, от которого по коже побежали мурашки. — Меня зовут Станислав, я ваш личный врач на время пребывания здесь. Елена уже рассказала мне о вашей… деликатной проблеме. Не волнуйтесь, мы решим этот вопрос быстро и конфиденциально. — Можете оставить нас, Елена… мне нужно поговорить с ней наедине. Врачебная этика.

Карина повернулась к Елене и закивала, соглашаясь с врачом. Елена, бросив на Карину мимолётный взгляд, полный едва уловимого предостережения, бесшумно вышла из кабинета, оставив девушку наедине с доктором Станиславом. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением системы вентиляции. Карина нервно переступила с ноги на ногу, ощущая, как по щекам разливается предательский румянец.

— Итак, Карина Ивановна, расскажите мне немного о себе, — начал Станислав, присаживаясь за свой стол и беря в руки папку с её личным делом. — Какие противозачаточные таблетки вы принимали раньше? Есть ли какие-то аллергии или хронические заболевания?

— Я несколько лет принимаю «Марвелон 21», и всё было нормально… до сегодняшнего дня, пока я не забыла таблетки дома…

Станислав внимательно слушал, кивая головой и делая пометки в папке. Его спокойный и профессиональный тон немного успокоил Карину, хотя волнение все ещё не покидало её. Почему-то она чувствовала себя немного глупо, рассказывая о таких личных вещах такому симпатичному мужчине, но понимала, что это необходимо.

«Да уж, Карина… заниматься сексом сразу с двумя парнями ты не стыдилась, а перед этим красавчиком вдруг стало стыдно, какой-то абсурд» — подумала она, нервно улыбаясь.

— Хорошо, «Марвелон 21». Понял. В таком случае, учитывая ваш опыт и отсутствие аллергий, мы можем подобрать вам аналог здесь, в бункере. У нас есть несколько вариантов, но я бы рекомендовал «Регулон». Он схож по составу и действию с «Марвелоном», и, думаю, вам подойдёт. Но прежде, чем его выписать, я бы хотел провести небольшой осмотр, чтобы убедиться, что всё в порядке.

Станислав поднялся со своего места и подошёл к шкафу с медицинскими инструментами. Он достал оттуда несколько стерильных перчаток, одноразовую простыню и гинекологический набор.

— Присаживайтесь на кушетку, пожалуйста, — сказал он, указывая на медицинскую кушетку, стоявшую в углу кабинета. — Вам нужно будет снять одежду ниже пояса и лечь на спину. Не волнуйтесь, это займёт всего несколько минут.

Карина почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она никогда раньше не была на гинекологическом осмотре у такого привлекательного врача. Неужели её отец специально выбрал самого красивого доктора во всём бункере, чтобы её смутить? Она подчинилась, чувствуя себя немного неловко. Сняла джинсы и нижнее бельё, накрылась простынёй и легла на кушетку, стараясь не смотреть на Станислава.

Он надел перчатки и приблизился к ней. Его движения были плавными и уверенными. Он начал осмотр, внимательно и профессионально ощупывая живот. Карина старалась дышать ровно, но сердце бешено колотилось в груди. Она чувствовала, как щеки горят огнём, как томление охватывает низ её живота. В голове проносились сумбурные мысли. «Только бы не опозориться!», «Интересно, что он сейчас думает?», «Его руки… так жарко». Она крепко зажмурила глаза, пытаясь отвлечься от того, что происходит с её телом от его прикосновений.

Станислав закончил осмотр живота и мягко отстранился.

— Всё в порядке, — произнёс он, снимая перчатки. — Сейчас я проведу небольшой осмотр на кресле. Просто расслабьтесь и дышите ровно.

Карина открыла глаза и взглянула на него. В его взгляде не было ни капли похоти или осуждения, только профессиональный интерес. Это немного успокоило её, но неловкость всё ещё не покидала. Она с трудом перебралась на гинекологическое кресло и устроилась там, чувствуя себя совершенно беззащитной.

Станислав подошёл к креслу и отрегулировал свет. Он надел новые перчатки и снова приблизился к Карине.

— Сейчас будет немного прохладно, — предупредил он, смазывая зеркало гелем. Он аккуратно ввёл инструмент и начал осмотр.

Карина старалась расслабиться, но тело не слушалось. Она чувствовала его взгляд, его прикосновения, и невольно застонала, ощущая что ещё немного, и эта пытка доведёт её до оргазма. Она широко распахнула глаза прикрывая рот ладонью.

Станислав оторвался от осмотра, его ореховые глаза встретились с её смущённым взглядом. Он слегка нахмурился, словно пытаясь понять причину её реакции.

— Все в порядке, Карина Ивановна? Вы чувствуете боль или дискомфорт? — спросил он мягко, с ноткой обеспокоенности в голосе.

Карина покраснела ещё сильнее и замотала головой.

— Нет, все хорошо, просто… немного прохладно, — пробормотала она, стараясь скрыть истинную причину своего волнения. — Я просто… очень чувствительная.

Станислав внимательно посмотрел на неё, словно сомневался в её словах, но решил не заострять на этом внимание. Он продолжил осмотр, стараясь быть максимально деликатным и осторожным. Его прикосновения были лёгкими и профессиональными, но Карина все равно не могла унять дрожь, пробегавшую по телу. Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, но образ Станислава упорно возникал в её воображении. Она представляла его руки, его взгляд, его мягкий голос, и невольно распалялась ещё больше. Она чувствовала, как влага вовсю проступает между ног. И он наверняка всё видел…

Но Станислав был невозмутим. Он медленно поворачивал зеркало, внимательно осматривая стенки влагалища и шейку матки. Карина чувствовала себя словно под микроскопом, её тело казалось чужим и выставленным на всеобщее обозрение. В голове мелькали обрывки мыслей и воспоминаний о её бурной жизни, о вечеринках, о парнях, о случайных связях. И почему-то именно сейчас, в этой неловкой ситуации, она вдруг осознала, насколько поверхностной и бессмысленной была её прошлая жизнь.

Станислав закончил осмотр так же быстро, как и начал. Сняв перчатки, он присел на стул, стоящий рядом с кушеткой, и, прочистив горло, внимательно взглянул на смущённую девушку.

— Всё в порядке, Карина Ивановна. Никаких отклонений я не обнаружил. «Регулон» вам подойдёт. Сейчас я выпишу рецепт, и Елена вам всё принесёт.

Карина с облегчением выдохнула. Ей было стыдно за свою реакцию, но в то же время она не могла ничего с собой поделать. Этот мужчина пробудил в ней какие-то неведомые доселе эмоции и чувства.

— Спасибо, доктор, — прошептала она, поднимаясь с кушетки и быстро натягивая на себя нижнее бельё и джинсы. — А я могу… помогать вам, может… ну просто вам нужен ассистент?

Станислав усмехнулся, услышав её предложение. В его глазах мелькнул озорной блеск, который, казалось, противоречил его сдержанному образу врача.

— Вы не подумайте… я просто… тоже захотела стать врачом, и была бы счастлива немножечко поучиться у вас, — она широко улыбнулась, встречая его скептический взгляд. Этот мужчина… заворожил её, и она не собиралась так просто сдаваться.

— Не думаю, что это проблема… — наконец ответил он, — но ваш отец строго настрого запретил вам видеться с парнями, насколько мне известны приказы вашего отца…

— Ну так вы и не парень, — усмехнулась она, одаривая его широкой улыбкой. — Вы мужчина, а на мужчин у него запретов не было!

Станислав откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. В его взгляде читалось явное удивление, смешанное с лёгкой иронией. Он явно не ожидал такого напора от избалованной дочки политика.

— Вы очень изобретательны, Карина Ивановна, — произнёс он, растягивая слова. — Но боюсь, что ваш отец не оценит такое толкование его приказов. К тому же, я не уверен, что мне нужен ассистент. Моя работа требует полной концентрации и… определённой дистанции между врачом и пациентом.

Карина нахмурилась. Она не привыкла к отказам, особенно когда чего-то сильно хотела. А сейчас она хотела Станислава. Не просто как мужчину, а как учителя, как наставника, как человека, способного открыть ей новый мир. Он… понравился ей, и она не собиралась сдаваться.

— Ну, может быть, позволите хотя бы иногда… просто смотреть, как вы работаете? Я буду тихой, как мышка, и не стану вам мешать. Я обещаю! — взмолилась она, смотря на него умоляющим взглядом. — Я действительно хочу учиться!

Станислав задумчиво почесал подбородок, взвешивая все «за» и «против». Он прекрасно понимал, что разрешение Карине присутствовать на его приёмах может повлечь за собой массу проблем, в первую очередь с её отцом. С другой стороны, что-то в этой девушке его зацепило, не только красивая внешность. Её непосредственность, настойчивость и, чего греха таить, её явная симпатия к нему. Всё это льстило самолюбию и будоражило кровь. А учитывая то, что с такой работой у него не было никаких долгосрочных отношений, он не мог просто игнорировать растущее между ними влечение.

— Ладно, — наконец сдался Станислав. — Я подумаю над вашим предложением. Но ничего не обещаю. Если я решу, что это возможно, я вам сообщу. А пока вам лучше пойти отдохнуть и освоиться в этом… убежище, как вы выразились.

Карина радостно захлопала в ладоши.

— Спасибо, доктор! Вы самый лучший! Я буду ждать вашего положительного ответа! — выпалила она и, не удержавшись, чмокнула Станислава в щеку, прежде чем выбежать из кабинета.

Станислав проводил её взглядом, слегка ошарашенный такой бесцеремонностью. Он коснулся рукой щеки, на которой ещё ощущался лёгкий поцелуй, и невольно улыбнулся. Эта девушка, безусловно, добавит красок в его серую и однообразную жизнь в бункере.