Глава 19

Вот такого варианта ответа, я точно не ожидал. Я готов был услышать, что Громов её любовник, ухажёр или она должна ему крупную сумму. Да всё что угодно, но брат, хоть и двоюродный…

История оказалась очень запутанной, а других у аристократов и не бывает. Родители Насти познакомились в Нижнем Новгороде, когда Арина Громова приезжала туда к друзьям, с дружеским визитом. Воспылав чувствами к друг другу, парочка решила пожениться, вопреки запрету тогдашнего главы рода Громовых.

Прадедушка Насти строил совершенно другие планы на брак своей дочери. И как это обычно бывает, он уготовил ей судьбу брака по расчёту. Она должна была выйти замуж на одного очень влиятельного герцога, но этому не суждено было сбыться.

В те времена, Князь Дандевиль обладал не только обширными связями со столицей, но и огромными ресурсами, намного превосходящими ресурсы рода Громовых. Некоторые даже называли его следующим генерал-губернатором Нижнего Новгорода. У Громовых в этом плане всё было намного скромнее, они не обладали княжеским титулом, всего лишь графским и по сути, оказались бессильны в данной ситуации. Только отчаянные самоубийцы будут тягаться с такой глыбой. Поэтому пришлось пойти на уступки влюблённым, но осадочек, как говорится, остался.

Время шло, власть в роду Громовых перешла к старшему сыну, который вскоре после этого, стал главой внутренней стражи города-крепости Красноярск. А у четы Дандевиль появилась на свет дочка, которую назвали Анастасией.

Казалось бы, всё хорошо. Живи, как говорится, и радуйся, но внутренние интриги за власть в Нижнем Новгороде, вынудили род Дандевиль покинуть родные стены под страхом смерти.

Кто конкретно угрожал их роду, Настя не знала. Эта тема навсегда закрыта для обсуждения в их семье. Своего рода табу, но я думаю, что там не обошлось без императора или его приближённых. Отдавать целый город в чужие руки? Где такое было видано? Скорее всего, он обменял свою власть в городе, на жизни своих любимых.

И вот тут встал самый главный вопрос в жизни рода Дандевиль, куда податься? Вариантов, где бы приняли опальный княжеский род, оказалось, не так много и выбор пал на Красноярск.

Громовы согласились восстановить отношения и даже создали южный егерский корпус, специально для отца Анастасии. Что-то вроде местной шутки, потому что основные события происходили на других направлениях. Здесь же, практически никогда, ничего не случалось.

— Подожди, — я перебил Настю, — Но это никак не объясняет неприязнь твоего отца к твоему двоюродному брату.

— Понимаешь, — она замялась, — Как бы тебе сказать… Наше финансовое положение в последнее время не очень устойчиво…

— Стоп, ты хочешь сказать, что Громов подкидывал тебе задания, чтобы помочь вашему роду? — я хмыкнул.

— И да и нет, — ответила она.

— Это как? — я нахмурился.

— Мы помогаем друг другу, — пояснила она, — Как ты думаешь, много ли достаётся ресурсов третьему сыну графа?

— Третьему? — я задумался.

Какая разница кем ты являешься в мире, где правит сила? Хочешь, чтобы тебя уважали или считали равным, добейся успеха, стань лучше других. Другой вопрос, как это сделать и вот тут множество нюансов.

Чтобы стать сильнее, требуется концентрат. А чтобы его получить, нужны или огромные деньги или опять же силы. Своего рода замкнутый круг. Не имея ни того ни другого, тебя банально сотрут в порошок при первой же возможности. Но даже имея что-то одно, ты всё равно рискуешь нарваться на отморозков. Это как раз мой случай, каждая козявка считает своим долгом проверить меня на прочность.

Выходит, Громов не такой уж и козёл, как я думал раньше. Он просто пытается выжить среди людей, которые будут пострашнее монстров.

— Я уже не говорю про себя, — она поникла, — Отец всегда был против того, чтобы я становилась егерем. Но я, не могу сидеть сложа руки и смотреть, как наш род сводит концы с концами, в этом захолустье.

Ничего себе захолустье, думаю всё до единого простолюдины или горожане с ней бы категорически не согласились.

— Ты, конечно, меня извини, но мне кажется, что вы немного зажрались, — я немного рассердился, — Я понимаю, что у вас тут свои порядки и интриги, но вести себя как бандиты с большой дороги и шмонать каждый встречный транспорт в целях наживы…

— Тут ты не прав, — Настя меня перебила, — Саша изымает только опасные ингредиенты и выдаёт за них компенсацию…

— Опасные и самые ценные? И назначает компенсацию за них, в десять раз меньше, чем они стоят на самом деле? Кому ты рассказываешь? — я нахмурился и отвернулся к окну, — Так мы с тобой, точно не договоримся. Я, конечно, благодарен вам с Александром, за то, что вы вытащили меня из камеры, но я уже с лихвой выплатил вам долг. Ты хоть представляешь, сколько там трупоедов? И на какую сумму потянут ингредиенты с них? Что там по вашим правилам? Кто убил, того и трофеи? Мне собираются выдать мою половину? Мы же для этого едем к генералу?

Она замолчала, не зная, что ответить. Я был прав на все двести процентов. По моим подсчётам, в колодце остались десятки миллионов. И в скором времени чей-то род получит солидные барыши за всё это хозяйство. А что получу взамен я? Я вздохнул. Как бы я пулю в висок не получил взамен. У меня даже амулетов на физическую защиту не осталось.

Ругаться дальше не имело никакого смысла хотя бы потому, что она в этой схеме ничего не решала. Простой винтик, дурочка, которую использует Громов, чтобы стать сильнее и влиятельнее. Понятное дело, что они делятся между собой, но о какой награде могла идти речь, если вчера, все егеря в колодце должны были умереть. Не потому ли её отец против их общения?

С одной стороны, я был сильно недоволен, что меня втягивают в семейные разборки, а с другой, это не последние люди в Красноярске. Грош цена моим усилиям, если кто-то из них захочет сейчас меня прикончить. А с другой, до тех пор, пока я веду себя в рамках приличия, поводов для этого нет, по крайней мере у них. Я вспомнил про длинный список тех, кто уже был бы не прочь со мной расправиться, если бы такая возможность им представилась.

Водитель привлёк наше внимание и сообщил, что мы подъезжаем.

Через несколько минут мы подъезжали к роще, в деревьях которой виднелся полуразрушенный забор. На воротах нас встретил пожилой мужчина в военной форме и автоматом на плече. Он приложил руку к знаку на груди и открыл ржавые ворота.

Увиденное мной не внушало абсолютно никакого доверия. Что за приколы? Проехав ещё метров пятьсот, мы выехали на площадку перед административным зданием.

— Это что здание детского сада? — я спросил у Насти.

— Ты почти угадал, — она улыбнулась, — Только не детского сада, а начальной школы.

Старое, трёхэтажное кирпичное здание, с входом по центру. Часть кирпичной кладки уже потрескалось и обвалилось. Некоторые из многочисленных окон, были заколочены фанерными щитами в связи с отсутствием стёкол.

— А почему южный егерский корпус находится в аварийном здании? В него не то что заходить, стоять рядом опасно, — я посмотрел на Настю, — Ты меня решила разыграть?

— Вот об этом я и пыталась тебе сказать всю дорогу, — она смотрела на меня с некоторой снисходительностью, — Это здание принадлежит городу и мы не вправе проводить в нём какие-либо мероприятия по ремонту. Прадедушка ничего не забыл, таким образом, он мстит моему отцу за мою маму.

— А он знает толк в извращениях, — я ухмыльнулся.

Дедок, наверное, полжизни ждал, чтобы отомстить. А может это он их и сослал сюда, как только появилась такая возможность?

— Да, они помогли нашему роду, но взамен, мы оказались вынуждены терпеть некоторое давление с их стороны. К тому же мой отец не переносит Громовых на дух, я думаю, отдав ему южный корпус, они и сами уже пожалели об этом. Впрочем, все торговые пути сосредоточены на других воротах и в порту. Здесь, как я уже и сказала, практически ничего не происходит.

Мы припарковались рядом с похожими броневиками, рядом со зданием старой школы. Парковку решили сделать чуть в стороне. Верное решение, а то, так можно и парочку кирпичей словить, а может, и сразу полстены, вон какая трещина, готов поспорить, что туда пара пальцев пролезет.

Поднявшись по лестнице, мы зашли внутрь. Нас никто не встречал. У меня по-прежнему складывалось такое впечатление, что это розыгрыш. Но увы, «коллекционер» не врал, народу в здании действительно находилось мало. Генерала я сразу нашёл, он находился в подвале, вместе с двумя магистрами. Что они там делают? Готовят для меня апартаменты на ближайшее будущее?

Я начал оглядываться по сторонам, чтобы примерно прикинуть, как буду отступать в случае, если это окажется правдой. В подвале не так много места. Он не будет использовать против меня сильные заклинания, пострадают его подчинённые и дочь. Окон здесь достаточно, все они с решётками, но не думаю, что это станет для меня проблемой.

Мы подошли к одному из кабинетов и Настя, заглянув внутрь, спросила, где находился генерал. Получив точное направление, мы пошли в подвал.

— Что можно делать в подвале? — спросил я у неё.

— Трофеи, мы до сих пор перевозим сюда туши убитых трупоедов, — пояснила она, — скоро должна прибыть группа алхимиков, которые займутся их разделкой и сбором ингредиентов.

Понятно, где же ещё оборудовать холодильники, как не в подвале.

В подвале оказалось достаточно светло. Свет от ламп отражался ото льда, который намёрз на его стенах.

— Отец, — Настя вышла вперёд, когда три фигуры показались в коридоре.

— Настенька, — генерал улыбнулся, похоже, все вчерашние обиды позади.

Два магистра, которые стояли позади, слегка поклонились княжне, а генерал, обняв за плечи дочь, мельком стрельнул по мне своим взглядом.

— Пойдём, моя хорошая, познакомишь нас со своим другом, — сказал он и подтолкнул её к выходу.

Другом, не такие уж мы и друзья. Ишь как всё обставила. Ещё и про Громова попросила не рассказывать. Впрочем, так действительно будет лучше. Влезать в их разборки я не собирался.

Сейчас генерал не выглядел таким грозным, скорее наоборот, он был похож на доброго мужичка, который души не чаял в своей дочери. Да и стариком его не назвать, лет пятьдесят не больше. Но внешность бывает обманчивой, у него внутри по-прежнему плескался океан энергии, что меня сильно нервировало и даже немного пугало.

— Отец, позволь тебе представить Дмитрия Ивановича Донского, это он помог нам вскрыть гнездо трупоедов, она указала на меня рукой.

— Дмитрий значит, можно я буду вас так называть? — он подкрутил один из усов.

— Без проблем, — ответил я, слегка пожав плечами.

Какая мне собственно разница, даже если он захочет назвать меня последним слизняком, возразить будет сложно.

— Дмитрий, это мой отец, — продолжила Настя, — Начальник южного егерского корпуса города-крепости Красноярска, Владимир Александрович Дандевиль, — отчеканила она.

— Всё верно, — подтвердил он и протянул мне руку, — Рад встрече.

Интересно, а куда же подевались титулы? А как же чин генерала и титул князя? Неужели стесняется или специально не выпячивает свою принадлежность к сильным мира сего, чтобы быть ближе с «народу»?

— Это наши склады, — заметив мой интерес, ответил он, — С недавних пор, они завалены трупоедами и мы решаем, как лучше с ними поступить.

— А чего тут думать? — я взял слово, — Всё продать и поделить между участниками рейда.

Настя закашляла от такого неожиданного предложения. Ну а что? Я просто обязан попытаться хоть что-нибудь урвать. Заодно, сразу пойму, можно ли иметь дело с их семейкой.

— Хорошая идея, но боюсь, неосуществимая, пойдём, я всё объясню, — он указал рукой на выход из подвала.

Он даже не взял паузу на подумать. Сбрил меня на подлёте, так сказать.

В кабинет мы проследовали втроём. Магистры разошлись по своим делам, как только мы вышли на первый этаж. Это хороший знак, если бы они остались с нами, то у меня по-прежнему оставались вопросики на тему, не хотят ли они меня прикончить.

— Дмитрий, возможно, вы хотите чаю? — он спросил у меня, — Путь сюда был не близким.

— Спасибо, не откажусь, — ответил я и Настя цокнула языком.

— Солнце моё, будь добра, — он улыбнулся дочери.

Теперь я понял, почему она так среагировала на мои слова. Я не заметил, чтобы у генерала был секретарь. На его столе находилось около десяти артефактов связи, разного размера и формы. Скорее всего, через них он держал связь со своими отрядами. Дождавшись, пока она покинет кабинет, мы продолжили нашу беседу.

— Позволь мне поблагодарить тебя за спасение дочери, — начал генерал.

Я попытался возразить, но он отмахнулся от моих слов, словно от назойливой мухи.

— Дмитрий, не стоит её выгораживать, мне обо всём доложили. Если бы не ты, все егеря, участвовавшие в операции, оказались в желудках этих мерзких тварей. И это не мои слова,

— он взял со стола несколько папок и потряс ими, — Все участники операции оказались едины в своих оценках на шансы выжить. Если хочешь, можешь ознакомиться с докладами.

— В этом нет необходимости, — ответил я.

Я знал, что все мои действия рано или поздно обязательно всплывут в отчётах. Они же не идиоты, чтобы считать меня обычным учеником или везунчиком. Да и в штабе наверняка не дураки работают, смогли сопоставить всё случившееся, задать им правильные вопросы и уловить суть.

— Она совсем не жалеет меня, — он улыбнулся, — Уже второй раз, она заставляет меня думать, что я потерял её навсегда.

— Почему же вы тогда потакаете ей? — задал вопрос я.

— Не буду ходить вокруг да около, рассказывая про отношения отцов и детей. Ты ещё слишком юн, чтобы забиваться себе таким голову. Поэтому скажу просто, по крайней мере, так я могу хоть на что-то влиять.

Ха! Влиять на неё? Очень в этом сомневаюсь. Я сразу же вспомнил свою сестру. Сколько раз я пытался её контролировать и каждый раз она находила способы избавиться от моего контроля. Если он так хочет этого, тогда пусть раздобудет рабский ошейник, как в моём мире. И тогда она будет получать дозу электрошока каждый раз, когда задумает выйти за порог отчего дома. Делов-то, но это всё равно не заставит её мечтать о свободе.

Пожалуй, единственное в чём он прав, так это в том, что не стоит забивать себе таким голову. Главное, что большинство егерей выжило и точка.

— В таком случае я предлагаю перейти к делу, — сказал я совершенно серьёзно, — Вы же пригласили меня сюда не для того, чтобы обсудить Анастасию Владимировну?

— Как скажешь, — он на секунду задумался, — Прочитав все отчёты, меня не покидает одна и та же мысль о том, что я постоянно что-то упускаю.

— И вы подумали, что я помогу вам разобраться в этом? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — он прищурил глаза.

А вот и настал момент истины, моя судьба зависела от дальнейших слов, которые я скажу. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что он упускал. Конечно же, моё непосредственное участие во всём этом. Проблема в том, что я по-прежнему не понимаю, что он из себя представляет. Эта их сценка со счастливой семьёй, его желание оградить дочь от всех опасностей этого мира. Что, если это всё спектакль? Что, если она всё это время подготавливала меня к чему-то?

— Владимир Александрович, — я обратился к нему, — Я нахожусь в некотором замешательстве и не совсем понимаю, с чем конкретно я должен вам помочь разобраться. И что более важно, что я за эту помощь получу.

Я видел, как океан энергии в его теле всколыхнулся, энергия направилась от сердца прямо в его ладони. Вот он, настоящий архимаг, который привык всё решать силой. Что, не нравится? Не привык платить по счетам? Так мы это быстренько поправим.

Какими бы благими намерениями он ни руководствовался, мне было абсолютно наплевать, я ему не мать Тереза. И если у меня действительно находилась информация, которая ему нужна, то он за неё заплатит или пойдёт к чёрту, потому что мне нужна сила!