Глава 31
КИРА
Вскидываю голову, оглядываясь, и глазам своим не верю.
Чистяков.
– Максим! – ворчу, хватаясь за сердце. – Что ж ты сразу не сказал, что блондинок предпочитаешь. Натуральных. Седых. Я б подумала и, может, самостоятельно перекрасилась.
Медленно выдыхаю, мысленно убеждая трусливое сердце перестать шалить и вернуться из пяток на законное место под ребра.
– Прости, не подумал, что ты так испугаешься.
Мужчина перехватывает мою ладонь и несильно сжимает, делясь теплом и спокойствием.
– Нормально, – дергаю губы в неловкой улыбке. – Просто встреча была… сложной, не успела переключиться.
Но очень скоро мне это удается.
Макс, сам не ведая того, помогает. Точнее, помогает его образ серьезного бизнесмена, который вижу впервые и впечатляюсь.
Так впечатляюсь, что едва гашу в себе желание потянуться за стаканом с водой и смочить пересохшее горло.
Темно-синие брюки и пиджак, угольно-черная рубашка на стойке, кожаный ремень и ботинки ей в цвет. Часы в массивном металлическом корпусе на запястье.
Чистяков в строгом классическом костюме – сумасводящий красавчик. А уж с выглядывающей из-под расстегнутого на две верхние пуговицы ворота рубашки и уползающей на шею замысловатой татуировкой – полный финиш…
Финиш моей адекватности.
– А ты откуда здесь такой красивый? – озвучиваю первую пришедшую в голову мысль.
– Мне твой сотрапезник не понравился. Может, пересядешь к нам за стол и нормально пообедаешь? – произносит он в свою очередь.
Хмурюсь.
Ответ звучит совсем не в тему и как бы не на мой вопрос, но если задуматься… вспомнить воскресенье… пустынную дорогу, одинокую и напуганную меня, подъехавшего Максима, наш разговор, визитку, которую он достает из-под дворника…
Еще раз окидываю Чистякова внимательным взглядом.
А что я, собственно, о нем знаю?
Молодой человек в провокационных татухах. Поначалу грубый и отталкивающий, а раскрывшись, абсолютно иной. Рисковый спортсмен, профессионально занимающийся стантрайдингом. Друг моих друзей. Защитник, не проходящий мимо чужой беды. Невероятно сексуальный мужчина, умеющий дарить женщине удовольствие и при этом наслаждаться сам. Тот, в чьих руках я ощущаю себя красивой, желанной, единственной, необходимой. К кому тянусь, как цветок к солнцу, и странным образом доверяю на интуитивном уровне. Будто так оно и должно быть.
Немало всего, выходит, я о нем знаю. Но чем живет и дышит помимо стантрайдинга – не в курсе. И вот этот деловой стиль… и «пересесть к ним»… к кому?
– А ты с кем? – оборачиваюсь, оглядывая скрытую резной перегородкой другую часть зала.
– Со Славой, – указывает направление Максим.
– О-о-о…
Наконец, замечаю парня. Пыжов, поймав мой взгляд, широко улыбается и шевелит в приветственном жесте пальцами.
– Неожиданно.
Еще бы. Брат Риты тоже в деловом костюме. Боже ж ты мой.
Откуда они такие красавцы?
– Пойдем, Кира. Давай-давай.
Чистяков, так и не отпустивший за всё время мою руку, тянет увереннее.
Поддаюсь.
Без сопротивления. Кусочки греческого салата, проплаченного Комаровым и проглоченного мной, чтобы доказать наглому меценату свою силу и спокойствие, до сих пор стоят поперек горла. Хочется их протолкнуть хотя бы чашечкой кофе.
– Девушка, меню за наш столик, – распоряжается Максим, жестом подзывая официантку.
Та резво уносится выполнять задание, а мой спутник помогает мне расположиться на двухместном диванчике со своей стороны. И сам присаживается рядом.
– Привет, Кирюх. Как ты? – здоровается Слава, дождавшись, когда я на него взгляну.
– Привет, нормально. А ты?
– Тоже.
– Рука зажила?
– В порядке.
После пожара в «Логове» мы с Пыжовым в живую нигде не пересекались, только в мессенджере списывались, да Рита упоминала, что брат локтевой сустав слегка повредил, когда дверь выбивали.
– А вы…
– А вы…
Начинаем с парнем одновременно, замолкаем и, усмехнувшись, переглядываемся.
– А мы теперь вместе, да, – не знаю, каким образом Чистяков угадывает вопрос Пыжова, но отвечает другу, похоже, в тему и, главное, невозмутимо. После скашивает глаза в мою сторону и, хитро прищурившись, интересуется. – Я ничего не путаю, Кир? Мы вместе?
Да уж, умеет Неудержимый проявить свою натуру самым шокирующим способом. Так, что щеки заревом пылают, а в животе бабочки крылышками на запредельных машут.
Вместе.
Красивое слово. Ласковое. Согревающее. Дарящее надежду.
Какая девушка не хочет его услышать? А уж тем более от человека, который нагло вторгается в ее сердце?
И всё же… вдруг у меня глюки? Может, Комаров, гад, что-то в еду подсыпал, вот мне и мерещится желаемое?
Поворачиваюсь к Чистякову и хриплю просевшим голосом…
– Мы… хм… уверены? – получается больше вопросительно, чем утвердительно.
Где-то сбоку прыскает Пыжов, ситуация, конечно, неординарная – знакомы всего-ничего, а такими громкими заявлениями бросаемся.
Максим же лишь несколько раз с кривой улыбкой кивает.
– Мы – да, Кира, уверены.
Поджимаю губы и смыкаю ресницы, пряча веселые искорки в глазах. Перевариваю, что и вот такая – после одной безумной ночи – фантастика случается: мужчина не бежит от ответственности и отношений, а принимает их и даже настаивает.
Потом поворачиваюсь к Славе.
– Да, Слав, мы вместе.
– Ну так отлично. Я за вас рад, – подмигивает мне парень и пожимает Максу руку.
Запросто. Будто так и надо.
– А вы? Откуда здесь? Почему оба в костюмах? – интересуюсь позже, когда Чистяков, уточнив мясо или рыба, диктует официанту кроме кофе принести семгу с овощами.
Мужчины переглядываются.
Я тут же оцениваю свои вопросы со стороны, растираю пальцами лоб.
– Боже, Чистяков. Это полная ненормальность, – качаю головой. – Мы с тобой говорим, что вместе, но при этом я даже не знаю, где ты работаешь, кем и вообще, может, учишься или…
Теряюсь, замолкаю.
– Зато мы друг другу доверяем, – приподнимает мое лицо за подбородок, ловит взгляд серьезным своим. – Доверяем же?
Перед мысленным взором мелькает нападение в парке и то, как он бросился на помощь. Пожар в клубе и его серьезные глаза, уговаривающие потерпеть, не паниковать и верить, что он нас выведет. Его противостояние Лазареву и желание вырвать тому руки за то, что тот меня схватил и насильно удерживает. Его искренние эмоции тревоги, когда нашел меня посреди дороги всю расклеенную...
Тону в ореховом бархате глаз и неуверенно киваю.
Да, доверяю.
– Вот, Кир. Это самое важное в отношениях. А со всем остальным мы разберемся.
Последнюю фразу договаривает, медленно поглаживая подушечкой большого пальца уголок рта и жадно его рассматривая. Сглатывает, так что кадык подпрыгивает, и, шумно выдохнув, отстраняется.
– Ешь, пока горячее. Все разговоры потом.
Еще недавно не хотевшая есть, я сижу и ем.
Рыба оказывается чудесной. Сочной, нежной, в меру соленой. Овощи хрустящими и тающими во рту.
Пока мужчины все же немного приоткрывают завесу тайн, успеваю опустошить тарелку. Заодно узнаю новое.
Максиму от отца остался автосалон, который тот, будучи молодым и горячим, не только не слил, а сумел сохранить и расширить – Славка с гордостью делится заслугами друга, а также тем, что уже несколько лет работает на него и контролирует сервисную часть.
– Так что, можно сказать, мы с твоим батей одним делом занимаемся, – улыбается Ритин брат, отставляя чашку на блюдце.
Вспоминаю папулю и его кислое лицо, когда порой необходимо облачаться в деловой костюм, потом чистую радость в глазах при виде фланелевых клетчатых рубах и джинсов… смотрю на Славку в белой шелковой сорочке и галстуке… и качаю головой.
Делом, может, занимаются и одним, но уровни у нашего автосервиса и у автосалона Максима однозначно разные.
Вот тебе и расписной байкер на драндулете.
Поворачиваюсь к Чистякову, упираюсь лбом в его плечо и хохочу почти до слез. А после, отдышавшись, объясняю причину. Поняв, мужчины присоединяются к веселью.
Жаль, недолгому.
Максим не оставляет без внимания мою встречу с Комаровым и, как только я допиваю кофе, спрашивает:
– Зачем Комаров тебя выдергивал? Что ему надо?
Вот так в лоб.
Четко и, по сути, правильно.
Комаров не позвал, не пригласил. Именно выдернул. И сделал это потому, что ему действительно кое-что от меня надо.
– Сервис он у отца хочет отнять. Точнее, его интересуют здание и земля.
***
Позже я не раз буду перематывать и анализировать этот разговор, и неизменно приходить к одному и тому же выводу – Максим Чистяков – не только Неудержимый нахал, но и очень тонкий и грамотный психолог.
Так ювелирно уметь к себе расположить, убедить доверить личное и заставить принять помощь… дано не всем. Только удивительно сильным и цельным личностям… и неважно сколько им лет. Пятьдесят или двадцать шесть. Просто им это дано.