Глава 13 · Добрые дела

— Значит, все-таки все плохо? — предположила я, хмурясь.

— Напротив, — женщина самодовольно улыбнулась. — От таких эмоций между нами снова полыхнуло, как в юности. Уронил меня мой генерал в постель и без всякого снадобья не выпускал несколько дней! Отвели душу, так сказать. Вот сегодня только мой тигр отбыл в ставку. Я и пришла.

— Даже завидую вам, — призналась ей. — Такая бурная жизнь!

— Что вы, милая, все впереди у вас, вот увидите.

— Надеюсь, — я встала и достала пакет с ее заказом. — Вот ваше средство. А это, — добавила розовый пакетик с баночкой крема, — извинения от нас. Новейшие средство для кожи. Сама придумала и изготовила. Результат — чудо! Будете цвести наравне с нынешней весной!

— О, несомненно, так и будет, — женщина тут же принялась открывать подарок, — ваша косметика в городе нарасхват, в очередь стою на набор для ванной и мерцающий скраб для тела.

— Рада, что вам нравится, — на душе потеплело.

В кабинет вошла помощница с чаем. Поставив поднос на стол, поскорее испарилась, с опаской поглядывая на графиню.

— Кстати, слышала, что ваш батюшка женился, — приняв от меня чашечку, отметила женщина.

— Да, — я сделала глоток чая на травах.

— Сочувствую этой дамочке, — Монтэ усмехнулась, взяв с тарелки пирожное. — Вы ей устроите!

— Непременно, — пообещала в ответ.

— Если будет нужно, — графиня понизила голос, — говорите, помогу. Тут через пару месяцев будут корабль отправлять в колонии к демонам, набор начнут из тех, кто туда хочет отправиться, попытать удачу. Много холостяков записалось, так мы вашу мачеху им в жены-то и отдадим, когда папенька ваш сообразит, что наделал и разведется.

— Отличная мысль, — одобрила я и подавилась смешком. — Только демонов жалко. И ее будущего нового мужа!

— Госпожа, к вам связной, — с улыбкой сообщила помощница, после обеда зайдя в помещение, где я варила снадобья. — Вот, — она пропустила вперед паренька в потрепанной одежде и дырявых башмаках.

— Мистер Эллиот, — я сняла перчатки и, сполоснув руки, подошла к гостю, — приветствую.

Давно знала этого мальчишку. После смерти родителей их с сестрой-крохой взяла к себе тетка-посудомойка, хотя у нее своих шестеро бегало. Но Эллиот оказался трудяжкой — постоянно носится по мелким поручениям, помогает на рынке, разносит постиранное тетей белье. На все руки мастер.

— Доброго денечка, леди Мари, — он улыбнулся и отдал мне конверт. — От Соломона это.

— Спасибо, — я вскрыла и пробежала глазами записку, где друг приглашал меня на ужин.

Значит, что-то разузнал про мачеху, отлично.

— Ты поизносился совсем, — оглядев паренька, отметила я. — И обувка на ладан дышит.

— Да ничего, — беспечно отмахнулся. — Зад прикрыт и ладно!

— Нет уж, давай-ка приходи ко мне завтра вечерком, посмотрим, что найдется под тебя, хорошо? Марта перешьет, если что. И сестренку захвати, тоже выросла из платьев, поди.

— Спасибо, леди Мари! — просиял довольно.

— Пожалуйста, — я сунула ему монетку, — а теперь беги, трудяга! Передай Соломону, что прибуду вовремя.

— Агась! — он умчался.

— Тата, — я выглянула из комнаты, — уйду пораньше сегодня, закроешь аптеку.

— Хорошо, госпожа Мари, — девушка кивнула.

Отличная работница. Надо будет ей премию к лету выписать. Стала уже моей правой рукой.

Так, где тут то, что отложила загодя? Я закружила по большому помещению, собирая кое-что. Три больших пакета — разности для жены Соломона, Кити. Два поменьше — подарки многочисленней ребятне. Еще зайду по пути сласти куплю и игрушки. А вот эта коробка — для другого.

Подхватив все это, я направилась к выходу. Туда, где меня уже с нетерпением ждали.

Монастырь на окраине встретил детским гомоном. Это из-за сиротского приюта при нем. Частенько сюда наведываюсь, потому как денег у сестер на лечение многочисленной ребятни нет. Но в городе есть лекари, что приходят на вызов бесплатно. По их назначениям я изготавливаю снадобья, и в итоге малыши выздоравливают. Небольшое доброе дело, а сколько пользы!

— Матушка Ларош, — я обняла женщину с усталым лицом. — Мне передали, что болеющих много. Принесла, как лекарь велел, — отдала ей коробку. — Тут все по именам подписано.

— Спаси Господь тебя, деточка, — она улыбнулась. — Идем в лазарет. Там все незаразные у нас расположены.

Мы прошли в комнату с длинными рядами кроватей. На половине лежали дети. Большинство кашляли.

— Лихорадка спала? — я присела на постель к крошке Минни, которая была чуть младше моей сестренки, потрогала лоб.

— Да, твое средство давали, как и велено, по ложке через два часа, с обильным питьем. Да растерли настойкой. Отпустило ее. Только кашель остался.

— Это поправимо, — я достала баночку с мазью и подмигнула девочке. — Сейчас как намажем, кашель сразу и сбежит, да?

— Ага, — та кивнула.

Сердце стиснула печаль. Растирая мазь между ладонями, я думала о том, что только сироты никогда не плачут, даже если болеют. Вот Милли куксилась бы и жаловалась, чтобы ее пожалели. А увидев лекарство, спросила бы, не горькое ли, не больно ли будет, а потом попросила сказку прочитать. Здесь привередничать не привыкли. Жаль. Детство не должно быть выживанием.

Я намазала впалую грудку и положила сверху теплую тряпицу, накрыла одеялом.

— Выздоравливай, — шепнула крохе и перешла к следующему малышу.