Глава 55 · В лес — 2

Себастьян

— Габи, ты не видел Мари? — я подошел к брату, что сидел на лужайке и что-то рисовал в альбоме.

— Уже давно не видел, — ответил он, наморщив лоб. — Слышал, как она говорила с Мартой. Кажется, куда-то собиралась.

— Куда? — душа похолодела, ведь уже догадывался, куда она могла направиться.

— Что-то с лесом связанное, — Габриэль нахмурился. — А что?

— Ничего хорошего, — бросил я и побежал в дом, чтобы найти Марту.

Та нашлась в детской, за приборкой.

— Где Мари? — сразу коршуном обрушился на нее.

— Напугали! — схватилась за сердце. — В лес она отправилась. Травки посмотреть, какие там растут. Наш-то запас у нее уже истощился, столько людей ведь лечила…

— Не вешай мне лапшу! — рыкнул зло. — К Таис она направилась? Про лес этот проклятый вызнать? Говори правду!

— Да как скажу-то, коли велено строго-настрого вам ни словечка, — жалобно протянула женщина.

— Что тут такое происходит? — в комнату вплыла Жозефина. — Что за шум?

— Вас тут только не хватало! — зыркнул на нее и выбежал прочь.

Чем думает Мари? Одной отправиться в лес — однозначно было плохой идеей! Там ведь волки и, что еще хуже, Таис!

Влетел в комнату, быстро собрался, рассовав по карманам амулеты — хорошо, что жена сохранила мои вещи. Выскочил из замка и помчался к лесу, чувствуя, как тело подчиняется с трудом — залежался, отвык от нагрузок. Все, как всегда, не вовремя.

— Даже не думайте! — огрызнулся, когда серые стражи Таис зарычали на меня. — Попалю шкуры, не пожалею! — зажег на ладони желтый сгусток огня.

Волки переглянулись и расступились. Но перед самой хижиной на пути встал их черный вожак. Оскалился, демонстрируя острые клыки и всем своим видом намекая, что будет поупрямее сговорчивых собратьев.

— Лучше по-хорошему пропусти, — глянул на него исподлобья. — Или хуже будет.

Но этого магией напугать не удалось. Мотнув башкой, он сделал шаг ко мне, показывая, что не шутит.

— Там любимая моя, понимаешь? — прошептал я. — Пропусти, как мужик мужика, а?

В ответ волк спружинил на сильных ногах и бросился на меня. Солидарность не сработала. Мы покатились по траве. Зубастая пасть щелкала в сантиметре от моего лица. Звериная слюна капала на щеки.

— Уймиииитесь! — раздалось грозное, и мы с вожаком отрыгнули друг от друга.

— Таис! — облегченно выдохнул, и не подозревая, что буду так рад видеть эту женщину.

— За женоооой пришееел? — протянула она, усмехнувшись. — Не нужен тыыы ей, самааа сказалаааа.

Резко развернувшись, она зашагала обратно. Я последовал за ней, сопровождаемый черным волком.

Мари сидела у очага.

— Что ты творишь? — хотел обнять, но ее взгляд остановил меня. — Тут же волки и… — осекся под насмешливым взглядом знахарки.

— С волками она получше твоего управилась, — сообщила та. — А меня ей и вовсе бояться не следует. У нас ведь, как выяснилось, общий враг.

— Как это? — оторопело посмотрел на них.

Женщины всегда будут ставить меня в тупик. Мало того, что они подружились, так еще и соратницами успели стать. Как особи прекрасного пола это делают, поясните?

— Все прооосто, — ответила Таис. — Шанталь или Жозефииина, как вы ее зоооветеее, мне сестра по отцуууу. Матууушка моя обоооротнем быылаааа, ноо с мужем ей не повеееезло. Хоть и ааальфа, но жестоооокий был. Сбежааала от него, тут посееелиииилась, Маааалденр охооотился, на хижииину ее нааабрел. Ну и… — пожала плечами. — Я рооодилаась.

Да уж, Малденры эти охочие до чужих женщин, сам уж убедился.

— Детяяям егооо, Десмонду и Шантаааль, такая сестренкаааа не по нраву пришлаааась. Брат еще ничегооо, а вот гадюкаааа эта известии меня хотелааа, со свету сжиииить. Но не вышло, живучая я, как сорняяяк. Да и война начааалась, муж у нее погиб, дите выкинууула из утрооообы. Забылиии они про меняяяя.

— Но лес-то этот зачем ей нужен? — я перешел к главному.

— Если это вас так интересовало, могли бы и сами спросить, — пропел женский голос за нашими спинами.

Мы резко обернулись и увидели демоницу, выходящую из лесной чащи. Как всегда, одетая с иголочки, с уложенными будто для бала волосами, она была здесь совершенно не к месту, как нарядно разукрашенная елка посреди лета. Вот только атрибуты самого веселого и доброго праздника, несущего уйму надежд, вряд ли бывают ядовитыми.

А Жозефина была пропитана ядом — от головы до изящных ботинок на шнуровке, уже основательно уделанных лесной грязью, не питающей пиетета к дорогим, сделанным на заказ вещам. Я вгляделся в глаза демоницы и вздрогнул — из них словно кислота сочилась.

Впервые задумался о том, что пережила эта женщина, что сделало ее такой — абсолютно глухой к чужим страданиям, эгоистичной, жестокой, беспощадной. Явно не обилие счастья и везения по жизни. Счастливые женщины совсем другие. Они созвучны этому миру. А Жозефина резко уходила в резонанс. Она словно заноза торчала в ткани мироздания, причиняя ей страдания. Ведь только страдания она от жизни и видела…

Следом за сестрой из одноименного леса вышел Малденр, составляя ей прекрасную пару — этакий мрачный леший, насупленный и обиженный на весь белый свет. Это у них семейное.

— Итак, это и есть то время нашей истории, вероятно, — улыбаясь, пропела мачеха Мари, — где главный злодей должен поведать свою историю. — Усмехнулась, сложив руки на груди, и добавила, — перед тем, как все будут уничтожены.

По спине пробежал холодок. Я шагнул к жене, не отрывающей взгляда от врагини. Кажется, моя супруга готова наброситься на нее. Но этого допустить нельзя — во мне еще были свежи воспоминания о черной силе Жозефины. Эта демоница слишком сильна!